Синдик
Шрифт:
Я уже сказал, что черта с два мы знаем, что делать. Пока что имеется статус кво, хотя у меня есть причины бояться, что почва уходит из-под наших ног. Если это так, то это может только ускорить наш конец. Вооружением наших коммерсантов и созданием народного ополчения мы еще больше его приблизим. Если народ по-прежнему с нами, как он был всегда, — тогда да. Черт возьми, мы ведь не знаем, во что мы превратимся, если радикально изменим образ жизни и отношения в Сиггдике.
Я — не сторонник создания военно-морского флота. Я — не сторонник создания регулярной
Кто может знать, что ему делать, если он даже не знает, почему он это делает? Ты можешь благословлять кроманьонца за то, что он изобрел охотничий лук, и проклинать его за изобретение ядерного оружия. Можешь благословлять древних шумеров за ту красоту, что они создали, и проклинать их за то, что они заживо хоронили прислугу их умерших цариц. Ты будешь благословлять Ши Хуан Чи за строительство Великой Китайской Стены, разделившую северных варваров и южную культуру, и проклинать его за то, что он сжег все книги в Китае. Можешь благословлять царя Миноса за его великолепные кносские туалеты и проклинать его за ежегодные человеческие жертвоприношении. Можешь благословлять фараонов за мир и проклинать за их рабовладельческий строй. Благословлять греков за то, что они ограничили рождаемость настолько, что те, кто мог хорошо питаться, зажгли на Западе маяки, и проклинать их за проституцию, содомию и колониальные войны, которыми они достигли своих успехов. Благословлять римлян за их усилия устранить все преграды на пути их строительного гения и проклинать за их слабость, не позволившую сбросить кровавое наследие этрусского варварства. Благословлять евреев, открывших Божественное Начало, и проклинать их за то, что они распространяют его только на тех, кто подвергся хирургической операции. Благословлять христиан, презревших эти хирургические ограничения, и проклинать их за то, что они свели это Божественное Начало к тысячам обрядных условностей. Благословлять Юстиниана за создание Свода Законов и проклинать его за бесчисленные предательства, ставших прототипом для византийского средневековья. Благословлять церковников за их проповеди и поучения и проклинать их за то, что они установили некую линию, за которой только они имеют право поучать и проповедовать.
Можешь благословлять мореплавателей, открывших старушке Европе новые земли, и проклинать их за сифилис. Благословлять краснокожих, выращивавших кукурузу, спасшую огромное количество жизней, и проклинать их за нее же, уничтожившую верхний слой почвы. Благословлять плантаторов Вирджинии за их табак и проклинать их же за те красные пустыни, которые остались на месте старых лесов. Благословлять акушерок со щипцами, облегчающими страшные боли, и проклинать их за то, что с их помощью на свет появляется огромное количество уродов. Благословлять парней с Четвертой Станции, уничтоживших на Цейлоне малярийных комаров,
«Кто знает, что он творит, почему творит или какие будут последствия творения его?»
Пусть ученые-гуманитарии развлекаются со своими теориями, если этого им хочется; сам я люблю поэзию. Факт тот, что они до сих пор не решили проблему, которую я называю проблемой двух миллиардов тел. Некоторые ив них с великолепным чувством твердят, что до нас исчезли во тьме веков больше дюжины цивилизаций. Я не вижу причин, почему бы и нашей не отправиться туда вслед за ними, как не вижу причин, почему бы нам тем временем не доставить себе удовольствие так, что будет столь приятно вспоминать в старости. Нет; я не агитирую за насилие над Правительством и гегемонию над Крими. Подобная политика автоматически, немедленно принесет с собой горе, смерть и ранения в огромное количество семей. Это неправильное понимание удовольствия. Я буду рекомендовать со страхом и дрожью создание народного ополчения — но чисто оборонительного, и буду молиться богу, чтобы это не втянуло нас в агрессивную войну.
Он взглянул на двоих своих гостей и пожал плечами:
— Ли так подавлена, Чарлз так хмур. Полагаю, что теперь вы во все посвящены. У меня есть огромное желание взять из ящика стола пистолет и застрелить вас обоих. Я предчувствую, что вы почти созрели отправиться в поездку по городам и весям Синдика поднимать народ гга борьбу с его врагом. Вы уверены, что судьба цивилизации зависит от вас. Да, вы, конечно, правы. Судьба цивилизации зависит от каждого из нас, причем всегда, в каждый данный момент времени. Все мы — частички этой проблемы двух миллиардов тел. Каким-то образом за сто лет мы в Синдике достигли почти для всех гражданских свобод, мира в душе и такого жизненного уровня, которым наслаждался средний класс до 1914 года — плюс большей продолжительности жизни, более крепкого здоровья, большей нравственности, большей власти над природой, минус служебные проблемы и некоторые суеверия. Череда очень приятных десятилетий. Когда окинешь взглядом историю, то удивляешься, кто бы в здравом уме хотел желать большего. Удивляешься, кто отважился бы покончить с этим.
Он помолчал и внимательно посмотрел в искренние молодые лица. Сказать он мог гораздо больше — но он снова пожал плечами.
— Благословляю вас, — произнес он. — Храните свои впечатления, пока можете. Каждый ошибается по-своему. А сейчас идите и занимайтесь своим темным и кровавым ремеслом — мне нужно работать.
На самом деле работать он не стал. Оставшись один, он откинулся на спинку кресла и долго, долго смеялся.
Будь то победа, поражение или ничья, эта парочка далеко пойдет и будет на своем пути радоваться друг другу…