Синестетик
Шрифт:
— Да легко! — согласился Немков. — А откуда ты вообще все это взял?
— Так у тебя в башке, — ответил мужчина, — там столько всякого дерьма скопилось! Особенно комплексов! Я и не догадывался даже, — заговорщически произнес он, — что можно…
— Так! Давай, про мои комплексы не будем, — перебил гостя Роман. — Я работаю над полным их искоренением.
— А! — кивнул Локхикхаарм, но по его виду было видно, что он в эти «отмазки» не очень-то верит. — Замяли!
— Что посоветуешь, дедуля? — Подковырнул «существо высшего порядка» Роман. — Мы
— Не ерничай, а то дедуля нечаянно кашлянет, и от кого-то мокрого места не останется! А теперь по делу: чтобы нам с тобой разрулить всю эту поганую ситуацию, ты меня должен либо освободить, либо убить…
— Вот это новости! — Даже присвистнул от изумления Роман. — Насчет освободить: это обсуждаемо, хотя и нереально! Но со смертью это ты перегнул! Совсем уже устал?
— Ты не понял: на девятом уровне меня держит лишь моя физическая оболочка. Даже если её не станет — я не умру! Моя духовная составляющая практически бессмертна и неуязвима! А отрастить новую физическую — дело сотни-другой лет!
— Ну, и как ты себе все это представляешь? Слепой задохлик… Я все еще слепой?
— А как же, — кивнул Локхикхаарм, — вернуть зрение я тебе не в силах! С меня вытягивается вся Магия, до самого последнего эльма! Я не предлагаю заняться моим освобождением прямо сейчас. Не надо вырубать меня изо льда или пытаться нашинковать на мелкой терке мое тело. Да тебе просто и не дадут этого сделать! Ты вернешься к своей обычной жизни, но постараешься подняться по вашей социальной лестнице как можно выше! И вот когда поймешь, что ты в состоянии освободить меня или убить — вернешься назад, на девятый круг Джанаханнама. А я подожду еще, как уже ждал миллионы лет. Еще тыщонку-другую осилю «без труда». — Он тяжело вздохнул.
— Ты обо мне слишком хорошего мнения, дружище. Но я попробую — мне и терять-то особо нечего! — без особой бравады произнес Роман.
— Я не могу вернуть тебе зрение, — с сожалением сказал Локхикхаарм, — но у меня есть для тебя один подарок…
— Какой же?
— Я награжу тебя даром предвидения. Но не обольщайся, твоих сил хватит лишь на небольшой отрезок времени, думаю, секунд на двадцать-тридцать. Но по мере роста твоих сил этот отрезок будет увеличиваться. К тому же, у тебя есть для этого все необходимые инструменты.
Он звонко прищелкнул пальцами и посередине комнаты развернулась привычная Роману временная карта. С пальцев Локхикхаарма сорвался узконаправленный изумрудный поток. Ударившись в карту, он заставил её тоже светиться. Больше никаких внешних изменений не произошло.
— И как она работает? — спросил Немков.
— Ты поймешь, — отмахнулся мужчина. — Алгоритм просчета вероятностей, имеющих приоритетный потенциал очень простой. Ты тоже когда-нибудь разберешься в принципе его работы.
— Через миллион лет? — усмехнулся Роман.
— Возможно. А возможно, намного раньше, если найдешь подходящего наставника.
— А есть кто на примете? Кто поможет быстро подняться?
— Был
Роман с сожалением оглядел такую родную, а вместе с тем недосягаемо далекую квартиру. Но плакать поздно, когда почки уже отпали.
— Давай! — разрешил он. — Стой, еще один вопрос: а как тебя зовут? Ведь Локхикхаармы — это название твоего рода?
— Мое имя слишком сложно для твоего понимания, — ответил мужчина.
— Тогда я буду звать тебя Локи. Не против?
— Нет, — согласно кивнул Локхикхаарм.
— Слушай, Локи, а наш с тобой разговор никто не подслушал?
— Да меня не слышал никто уже миллионы лет! — Локи в сердцах влепил кулаком по журнальному столику. — Особенность наложенного Диввами проклятия. Ты первый, кто услышал мой зов! И то, только потому, что мы «одной крови».
— А, вот оно как?
— Да, вот так! Ты готов?
— Трогай, шеф! Перед смертью не надышишься…
Локи прищелкнул пальцами в очередной раз, и на Романа навалились уже подзабытые, но такие привычные ощущения — темнота, вонь, тяжесть бракованного СИМЗа на натертых плечах, жгучая боль в отсутствующих глазах и ломота в мышцах.
***
Он очнулся, стоящим на коленях, со свистом втягивая окорженевшими от мороза крыльями носа ледяной воздух девятого круга через распахнутый иллюминатор защитного костюма. Но, несмотря на обжигающий мороз, чувствовал он себя, скажем так, сносно.
Над ухом все так же надрывался дальнослух голосом перепуганного до желудочных колик Антигона:
— Сука!!! Че ж ты наделал-то, а?! Нам же теперь всем трындец!
Вместо ответа Роман поднял кверху руку с оттопыренным средним пальцем. Он не знал, известен ли этот жест в Шедимском протекторате, так ли трактуется, но ему было на это плевать.
— Живой еще, Хараст? Ты че, падла, творишь? — Дальнослух взорвался новой порцией проклятий.
Роман еще поводил над головой рукой с оттопыренным пальцем, а затем резко поднялся на ноги. Неожиданно перед его внутренним взором мелькнула картинка: он тянет за ногу закоченевший труп, облаченный в рабочий СИМЗ по направлению к входному шлюзу.
«Подарочек, значит, заработал! — догадался Роман. — Спасибо, родной!»
«Кушайте и не обляпайтесь!» — ворвался в его сознание могучий голос Локи.
«И вам не хворать! — ввернул ответную колкость Немков. — Ладно, хорош трындеть, мне работать пора!»
Продолжая монотонно подбираться к основной цели по спасению рабочего СИМЗа, Роман размышлял, что же такого ему сделать, чтобы его поменьше терзали вопросами по возвращению. А что они будут — к бабке не ходи! Ладно, решил он, будем импровизировать!