Синглетон
Шрифт:
– Я в Луизиане. Кажется, отыскалась зацепка.
– Да?
– Я сообщу, чем все кончится.
– Хорошо.
Я не видел ее во плоти уже почти два года. Множество раз оказываясь вместе в тупике, мы решили разделиться, чтобы расширить поиски: Франсина искала от Нью-Йорка до Сиэтла, а я взял на себя юг. По мере того, как месяц за месяцем уплывал в прошлое, ее твердое решение позабыть обо всех эмоциях ради стоящей перед нами задачи постепенно слабело. Я не сомневался, что в один из вечеров ее, одинокую в унылом номере какого-нибудь мотеля, захлестнуло горе - и не имело значения, что такое же случилось и со мной, месяцем позже
О Джейке Холдере я узнал в Батон-Руже, профильтровав все слухи. Парень напропалую похвалялся в барах. Его приятели, раскрыв рот, узнавали, что он владеет высокотехнологичным эквивалентом надувной куклы и что в голове у этой куклы кое-что (и кое-кто) есть. Очевидно, многим мужчинам импонировал такой шанс.
Холдер производил отвратительное впечатление. Я раздобыл список покупок, сделанных им в течение жизни, и обнаружил в них все нарастающий поток киберфетишистского порно, купленного за последние два десятилетия. Жесткого и с претензиями - половина названий включала слово «манифест». Но примерно три месяца назад поток оборвался. По слухам, он отыскал нечто получше.
Я докурил и энергично пошевелил руками, разгоняя кровь в жилах.
Ее не будет на барже. Насколько мне удалось узнать, она услышала новости из Брюсселя и была уже на полпути в Европу. Путешествие станет трудным, если совершать его самостоятельно, но у меня не имелось причин сомневаться, что у нее нет верных и надежных друзей, которые ей помогут. Слишком уж много устаревших воспоминаний отпечаталось у меня в голове: все эти яростные и бессмысленные ссоры, мелкие проступки, самоувечья. Что бы с ней ни случилось, что бы ни довелось ей испытать, она теперь уже не та сердитая пятнадцатилетняя девчонка, которая отправилась как-то в пятницу в школу, но так и не вернулась.
К тому времени, когда ей исполнилось тринадцать, мы спорили буквально из-за всего. Ее тело не нуждалось в гормональном потоке пубертатного периода, но программы работали неумолимо, имитируя все нейроэндокринные эффекты. Иногда мне казалось, что подвергать ее такому - пытка, и почему бы не отыскать некий волшебный переход сразу к зрелости?
– но основным правилом было никогда не регулировать, никогда не вмешиваться, а лишь стремиться к наиболее точной (из всех возможных) симуляции обычного человеческого развития.
О чем бы мы ни спорили, она всегда знала, как заткнуть мне рот. «Я для тебя всего лишь предмет! Инструмент! Папочкин счастливый талисман!» Мол, мне наплевать, кто она или чего хочет, и я создал ее исключительно для того, чтобы избавиться от собственных страхов. (Потом я лежал, не в силах заснуть, и мысленно репетировал неуклюжие контраргументы. Других детей заводили по гораздо более приземленным мотивам: работать в поле, заседать в совете директоров, разогнать скуку, спасти распадающийся брак.) В ее глазах Квасп сам по себе не был ни плохим, ни хорошим - и она отклонила все мои предложения отключить экранирование, потому что в этом случае я слишком легко слез бы с ее крючка. Но я сделал ее уродом по личным и эгоистичным причинам, отделил даже от других ариев исключительно для того, чтобы подарить себе определенный комфорт. «Ты хотел родить одиночку,
Когда она пропала, мы боялись, что ее похитили на улице. Но потом нашли в ее комнате конверт с локаторным маячком, который она извлекла из тела, и запиской: «Не ищите меня. Я никогда не вернусь».
Я услышал шорох шин тяжелой машины, давящих грязь на раскисшей грунтовой дороге слева, и сжался, прячась в кустах. Когда грузовик остановился, негромко лязгнув металлом, от баржи отделилась дистанционно управляемая моторная лодка. Мой виртуальный помощник перехватил обмен данными - пароль и отклик, - но они не позволили бы решить главную задачу: выдать себя за владельца баржи.
Из кабины грузовика выбрались двое. Одним был Джейк Холдер; я не мог разглядеть его лица при свете звезд, но я сидел в нескольких метрах от него в забегаловках и барах Батон-Ружа, и мой помощник знал его соматическую подпись: электромагнитное излучение нервной системы и имплантантов, отклики емкости и индуктивности его тела на небольшие изменения в окружающих полях, слабый гамма-спектр радиоизотопов - как естественных, так и попавших в тело в течение жизни.
Его спутника я не знал, но общее представление вскоре получил.
– Тысяча сейчас, - сказал Холдер.
– И еще тысяча, когда вернешься.
– Он указал на лодку.
Второй выказал подозрительность:
– Откуда мне знать, что оно будет таким, как ты сказал?
– Не называй ее «оно», - предупредил Холдер.
– Она не предмет.
Она моя Лилит, моя Ло-ли-та, мой соблазнительный заводной суккуб.
– Меня на несколько секунд охватила надежда: я представил, как клиент усмехнется, услышав этот рекламный тон, и опомнится - бордели в Батон - Руже открыто рекламировали секс с машинами, которыми управляли опытные «кукловоды», причем за малую толику названной цены. Как бы он ни воображал секс с настоящим арием, он не мог знать наверняка, что Холдер не управляет телом на барже, и тем же способом. И он вполне может выложить две тысячи за работу Холдера-кукловода.
– Ладно. Но если она не настоящая…
Мой помощник уловил, что деньги перешли из рук в руки, и смоделировал ситуацию достаточно хорошо, чтобы знать, как я на нее отреагирую. «Теперь действуй», - прошептал он мне в ухо. Я подчинился, не размышляя - полтора года назад я выдрессировал себя на мгновенное подчинение его командам, вытерпев всю боль и тошноту, вызванную современной химией. Помощник не мог управлять моими конечностями - такая сложная хирургия оказалась мне не по карману, - однако он накладывал подсказки движений на поле моего зрения, эту систему я разработал, переделав старую программу для обучения хореографии. Я вышел из кустов прямо к лодке.
– Кто это?
– вопросил взбешенный клиент.
– Не хочешь трахнуть сперва его, Джейк?
– обратился я к Холдеру.
– я его подержу.
– Есть вещи, которыми я не доверяю управлять помощнику; он задает границы, но лучше позволить мне немного импровизировать, а потом обрабатывать мои действия как еще один компонент окружающей среды.
– Я этого козла никогда в жизни не видел, - ледяным тоном процедил Холдер после секунды ошеломленного молчания. Однако пауза чуть затянулась, что вызвало у клиента подозрение, и когда Холдер потянулся к оружию, клиент попятился, а потом развернулся и побежал.