Сингулярность
Шрифт:
Внезапно, ко мне подошла темная фигура в виде тумана, или же тени, форма которой напоминала девушку в доспехах. Силуэт максимально сильно оказался похож на Элли в ее поздние года, и единственная отличительная черта этого «нечто» — пылающие глаза уникального оттенка в виде переливающегося черного и белого цвета. В остальном же… оно было абсолютно темным.
Призрак.
— Элли?.. — заставил я спросить себя, все еще не имея возможности сдвинуться с места.
— Элли? — ответил мне риторическим вопросом призрак, неестественно наклонив голову вбок. — Возможно. — Глаза призрака запылали
Я не бесстрашен, но и не пугаюсь от всего подряд, так что могу назвать себя как минимум весьма стойким на психику. Но эта штука… удивила меня. Голос этого «нечто» нельзя было назвать ни мужским, ни женским. Для него это понятие будто бы находилось за пределами.
Не на шутку испугавшись от увиденного, я моментально нашел в себе сил вскочить с трона в сторону, при этом прихватив с собой меч, который к этому времени уже полноценно заполнился энергией, переданной ему от тел падших воинов. Поскользнувшись на пороге, я рухнул на спину и стремительно отполз в левую сторону от трона, попутно пытаясь встать на ноги.
— Если ты того хочешь, я могу стать для тебя тем, кого ты называешь «Элли», — поднимаясь по ступенькам в сторону трона, призрак не отводил взгляда от меня. — Не молчи, Путешественник во Времени.
— Кто ты? — спросил я, крепко сжав меч двумя руками. — Что ты такое?
— Кто-то, или что-то, что выглядит в точности, как Элли, полагаю.
— Нет. — Коротко и уверенно отрезал я. — Ты лишь выглядишь похоже, не более. Какой в этом смысл? Ты пытаешься сыграть на моих чувствах?
— Смысл? Разве в человеческом обличие есть смысл? — призрак создал паузу в разговоре, и лишь через пару секунд продолжил говорить: — Мне известны лишь трое… этого недостаточно, чтобы создать уникальный облик.
— Какие еще трое? Что ты вообще несешь?
— Не понимаешь? — озадаченно спросил призрак. — Печально. Так же печально, как и судьба людей, чьи души и плоть ты обратил в этот меч.
— О чем ты?.. — непонимающе спросил я. — Они ведь… — осмотревшись вокруг еще раз, ко мне начало приходить понимание. — Мертвы…
И ведь действительно… я сам видел, как энергия крови и душ перешла из тел в меч, наполнив его силой и заставив воспылать его так, как никогда раньше.
— Ты не позволил им жить, и не позволил им умереть, — направив руку вправо, призрак как бы вынудил меня посмотреть на то сборище трупов. — И все ради одного человека, который дорог лишь тебе самому. Эгоист.
Я сделал это ради Элли. Переступив черту дозволенного, когда-то давно я подчинил себе целую армию, напавшую на королевство… да и не только напавшую, но и защищавшею, если быть откровенным. Я сокрушил их всех, и магией заключил их жизненную силу вместе с душами внутри меча, который я прямо сейчас держу в руках. Я заключил их внутрь фамильного меча, который Элли всегда носила с собой. Потому он так силен.
И… я обратил этих людей не только в силу меча, но и в заклинание. В огромное количество магической энергии, позволившей мне разорвать связь бессмертия с предыдущим катализатором — с тем самым мечом, из-за повреждений которого Элли оказалась так близко к гибели в тот момент. Позже от этого меча осталась лишь
Бессмертные невероятно сильны по своей сущности, но как только целостность катализатора ставится под сомнение — все их силы и возможности сходят на нет. Именно поэтому я обязан был изменить ее судьбу, даже такой высокой и неравной по соотношению ценой. По сути, их жизни для меня ничто, и я вовсе не скрываю этого. Жизнь Элли для меня намного важнее. Это мое решение.
— И что? Собираешься отчитывать меня? — собравшись с мыслями, я взял меч в одноручный хват и направил его в сторону призрака. — Я не злодей. Но я никогда и не был героем, чтобы кто-либо имел право осуждать меня.
— О, ты не злодей, Путешественник во Времени… — шагнув вперед, призрак обрел полноценное обличие Элли, но только лишь на момент, когда он делал этот самый шаг. — Ведь ты это свершил даже не ради самого себя, а лишь для дорого тебе человека, не так ли?
— Не смей принимать ее обличие в моем присутствии! — обозлившись, я прыгнул вперед, попытавшись задеть призрака магическим клинком. Тщетно, мы просто поменялись местами. По крайней мере, теперь я стою выше, и у меня есть какое-никакое преимущество перед ним. — Люди — это не просто куча деталей! От того, что ты принимаешь ее обличие, ты не становишься ею!
— Но ведь ты сам являешься гремучей смесью из магии, человеческого нутра и демонической сущности… — его силуэт изменился на мужской, в точности повторяющий мой. Вместе с силуэтом поменялся и цвет глаз, с красного на светло-ледяной, почти не отличимый от белого. — Почему же ты пытаешься быть похожим на человека, таковым не являясь?
Он… нет, оно знает, кем я являюсь на самом деле. Никто в мире, кроме меня самого не знает, что я такое на самом деле. Значит, я столкнулся с чем-то, что могло бы считаться богом, если бы такой существовал в действительности.
— Озадаченное лицо — это твой ответ? — опечалено, и, с определенной ноткой ненависти в голосе сказал призрак. — Каждый раз ты разочаровываешь меня все больше и больше. Но, стоит отдать должное, без тебя мое воплощение в таком виде никогда бы не увидело свет.
— Хватит говорить загадками, будто ты действительно какое-то высшее существо, которое мне не суждено понять! — взмахнув рукой, я заполонил весь тронный зал льдом, попытавшись создать для себя условия, в которых у меня появилось еще большее преимущество. — Никто не смеет говорить со мной в таком тоне!
Замахнувшись мечом, я попытался остановить время, чтобы нанести призраку сокрушительный удар и завершить это раз и навсегда. Но ничего не вышло.
Заклинание банально не сработало.
— Я могу существовать и без тебя, Винтер. Но ты без меня ничто. — Прямо перед ударом его форма изменилась, превратившись в огромного дракона-циклопа, с пылающим голубым глазом посреди всей его длинной морды. — Я не укрываю от тебя какую-либо тайну, глупец. Просто есть вещи, которые ты должен осознать сам. Или же не осознать вовсе. Никогда.