Синто. Героев нет
Шрифт:
Вечером, в его домике, я не ответила ни на один его вопрос, и Синоби, в бешенстве разбив графин, вышел в другую комнату. Я ушла из поместья и улетела к себе, находясь в эмоциональном ступоре. Половина меня кричала, что я делаю из мухи слона и нагнетаю обстановку, что вполне можно было все рассказать, а другая половина твердила, что у него нет права вмешиваться в мою жизнь, и что стоит раз дать слабину, и уже из-под каблука не выбраться. Я не гнала флаер и, зайдя в дом, услышала от Эзры.
— К вам гость — лорд Синоби.
Куда деваться…
— Пропусти.
Синоби ворвался как смерч, я приготовилась к очередному скандалу,
После взаимного безумства, когда я, растратив все силы, лежала между сном и явью, этот змей попросил поклясться, что я не хочу секса с Лобо. Поклялась, действительно не хочу. Потом между поцелуями был задан вопрос, а зачем же мне тогда надо на Тропез? Я, мысленно взвыв и так же мысленно выбросив белый флаг, сдалась и в двух словах рассказала.
— И почему нельзя было сразу об этом сказать? — спросил Аррен.
И что ему ответить, ведь он действительно не понимает. Вместо ответа я его стукнула, в отместку меня куснули, и понеслось все по новой.
Третьим пунктом был сбор информации, и заказывать официальное исследование я не собиралась. Позвонила Хелен-Инге, попала на ее секретаря и оставила просьбу о встрече. Леди Тобин перезвонила через два часа, извинилась, мол, была на переговорах, и мы договорились пообедать в ее любимом ресторане в деловом центре.
Выглядела Хелен-Инга просто прекрасно, маленький животик придавал ей какую-то особенную значимость и гордость. Она была довольна собой и жизнью в целом, как человек, переживший трудные времена и теперь видящий впереди лишь радужные перспективы. У меня пронеслась мысль, что знай Хелен-Инга то, что знаю я, этой благости бы в ней заметно поубавилось. Мы обнялись как подружки и принялись болтать, я выспрашивала, как идут дела, Хелен-Инга с удовольствием рассказывала о своих победах. Сейчас все коммерсанты, связанные с медпрепаратами, заканчивали увлеченно делить наследство Морганов, больше всех себе отхватили Тобины и семья Баюл, но и другим тоже перепало. Примерно через полчаса хвастовства вполголоса, леди Тобин очнулась и с улыбкой сказала.
— Что я все о себе, да о своих делах… Как дела у тебя? Я так понимаю, ваша семья не осталась обделенной после того набега на пиратов?
Кто про что, а коммерсант про деньги. Я заверила, что в материальном плане у нас все хорошо.
— Ой, а тебя можно спрашивать, что там было на самом деле? Эти пираты, русы… Что к чему?
Я рассмеялась.
— Можно, но не нужно.
Хелен-Инга не расстроилась, мы не торгуем медикаментами с Русской Федерацией, значит, информация для нее не важна.
За разговором мы уже съели основное блюдо и на десерт заказали фрукты. Я видела, что ей хочется что-то спросить, но она не решается.
— Ну, спрашивай уже… Обещаю, что не буду оскорбляться, — полушутливо сказала я.
— Я понимаю, что это абсолютно не мое дело, и я не имею права спрашивать что-либо, но… Лана Алани ждет ребенка?
Хм… Ревность? Почему бы нет.
— Я б так не сказала — ответила я — У нее будет инорожденный ребенок.
— От Исента?
Я сделала усилие над собой, чтобы не скривиться, коммерсанты не стесняются употреблять имена, этакий вызов традициям.
— Да, будет девочка Алани-Викен.
— Девочка? — ревниво переспросила она.
— Ну да, сын ведь есть уже, — ответила я, не понимая, чего она взъелась.
— У меня тоже будет
— Это было естественное зачатие? — спросила я.
— Нет, — погрустнев, ответила Хелен-Инга, — твой отец не молод, и слишком долго жил на той помойке, Деправити, и слишком много летал.
Это прозвучало как обвинение, я сидела, не зная, как реагировать.
— Я люблю его. Я понимаю, что это моя проблема, что я полюбила человека, которому не нужна, но не могу перестать любить его.
— Почему ты думаешь, что не нужна ему? — осторожно спросила я.
— Он пропал тогда, после бала. Сказал, что улетает, не сказал куда. Я узнаю, что он недавно вернулся… Но со мной не связался даже по браслету.
Я сидела, тихо приходя в себя. Теперь я понимаю, почему послы, безопасники и прочие госслужащие роднятся между собой, избегая семей коммерсантов. Совсем другой взгляд на все.
— Во-первых, он никогда не говорит, куда и насколько летит; во-вторых, он пробыл всего пять дней, в течение которых мы успели организовать свадьбу брата и подготовиться к следующей командировке, позавчера он улетел. В-третьих, такое будет продолжаться постоянно, и в обозримом будущем надежды на то, что он осядет на Синто, нет, — спокойно сказала я.
Хелен-Инга бездумно тыкала вилочкой в половинку абрикоса.
— Ты считаешь меня эгоистичной и недалекой? — не поднимая глаз, спросила она.
Я взяла ее за руку.
— Нет, я так не считаю. Просто ты воспитана иначе.
Она кивнула то ли мне, то ли своим мыслям.
— Ты так терпелива… Чем я могу помочь тебе? — почти официальным тоном спросила она.
Мне не понравился такой поворот нашей беседы. Я улыбнулась.
— Леди Тобин мне ничем помочь не может.
Я собиралась попросить у нее помощи как у своей подружки, а не как у любовницы отца и матери его ребенка.
— Вот как… — и она передернула плечами — мол, как знаешь.
Да, что-то не складываются у меня отношения с ровесницами, были две подружки, да сплыли. Ничего, зато мужчин я привлекаю, спасибо Лане, научила.
Я закончила трапезу и не холодно, но и не сердечно распрощалась с леди Тобин. Не вышло, не беда, походим, подумаем, что-нибудь придумаем.
И вправду, пройдя пару кварталов, я пришла к выводу, что пытаюсь «ногой чесать за ухом», и решила расспросить Илис. Они с Ронаном как раз выбирали себе квартиру в Южном центре. Через сорок минут я прилетела туда, и мы втроем пошли на очередные смотрины. Квартира была светлой и просторной, но вокруг дома находился лишь чахлый скверик, мне не понравилось, молодым тоже. Илис грустно вздохнула, что первая квартира, которую они смотрели, была самой лучшей. Я предложила еще раз там побывать, и мы отправились на флаере в соседний район. Да, квартира действительно была хороша, в трехэтажном доме с лифтом, к тому же планировка и дома и квартиры рассчитывалась на семью с детьми. Большие окна, балкон, пять комнат, а главное, высокие деревья за окном, ухоженный скверик и спортплощадка. Дороговато, конечно, рассчитано на то, что если семья заводит детей, то, значит, уже накопила достаточно денег. Консьерж, пожилой, но крепкий мужчина, внимательно осмотрев наши «души», вел себя с достоинством и дружелюбно, я все пыталась вспомнить, где слышала одну из его фамилий. Точно, выездной следователь на вечеринке Грюнда. Так перед нами следователь на пенсии. Я глянула на Ронана, потом на Илис, они хотели здесь жить.