Синто. Героев нет
Шрифт:
— Что ж, рад, что не ошибся в вас, придраться не к чему. Спасибо, — сказал он без особых эмоций.
Эта сдержанная похвала меня успокоила, я с детства не составлял подобных отчетов и боялся, что потерял квалификацию.
— Ташин, вы умеете входить в боевой транс? — поинтересовался Викен.
— Да, только не мгновенно, нужно секунд тридцать-сорок для сосредоточения.
— Очень хорошо, я тоже мгновенно не могу… А в той стычке с фермерами вы его применяли?
Я растерялся, мне почему-то в голову не пришло воспользоваться этой пси-техникой, хоть теоретически я мог выиграть время для вхождения.
— Нет.
— Возможности или желания? — уточнил Викен.
— Я просто не подумал о такой возможности.
Лорд лишь усмехнулся на мою игру слов.
— Когда сядем, главное доставить контейнеры в посольство в целости и сохранности, так что будьте во всеоружии.
Деправити встретила нас туманом и моросящим дождем, который сменится снегом, а потом снег растает и испарится, все сезоны года за один день. Глорией ее могли назвать только отчаявшиеся первопроходцы, которые до ее открытия в течение трех лет выходили на безкислородные планеты. Дышать без фильтров было тяжело, слишком влажный воздух, я с помощью телохранителей максимально быстро загрузил два флаера, и мы двинулись к посольству. Похолодало, туман сменился снегом. Когда подлетели к территории посольства, лорд Викен снял маску и вдохнул полной грудью, мы последовали его примеру, воздух оказался до странности свежим и каким-то вкусным.
— Один час на этой гадской планете можно дышать нормально, — проинформировал нас лорд. — В святой час.
Само посольство представляло собой огороженную территорию, посредине которой находилось причудливое здание с множеством входов, причем здание напоминало мне постройку каких-то насекомых — срезанный, оплавленный конус, предположительно этажа в четыре, с рваными уровнями и ложными окнами, его архитектор явно нуждался в помощи психиатра.
Тут открылась одна из дверей и показался очень высокий и широкоплечий, но не грузный мужчина лет под сорок, абсолютно лысый, даже без бровей.
— Викен, ну наконец-то! А это что за дети с тобой? — веселый голос с хрипотцой, карие глаза перебегают с меня на телохранителей.
— Теренс, лентяй, когда ты будешь читать почту? — добродушно ответил Викен.
— Когда ничего другого делать не смогу, — не обижаясь на «лентяя», ответил лысый. Надо сказать, что отсутствие волос не делало его уродом, наверняка он нравился многим женщинам.
— Ну, давайте, разгружайтесь, — сказал Теренс и отдал Викену электроключи, а сам опять скрылся.
Странный он какой-то, подумалось мне.
Нашлось два мини-погрузчика, и мы наконец-то водворили контейнеры с оружием и медикаментами по разным складам.
— В святой час чаще всего убивают, — сказал Викен. — Люди слишком ему радуются и расслабляются, а наши так еще и «раскачиваются» именно в это время, в другие часы о физической нагрузке даже думать тошно.
Мы зашли внутрь здания и оказались в маленьком приемнике с двумя выходами.
— Привыкайте, как только попадаете в дом, правый коридор — чистка, биологическая, химическая и техническая. Редко-редко после вылазки в Город возвращаешься без «подарка», — рассказывал Викен, ведя нас к отсекам чистки. Мы все прошли эту малоприятную процедуру, причем на Поле обнаружился жучок.
— Нормально, даже мало как-то, — отреагировал
Наконец мы попали в большой холл с тремя выходами и тремя лестницами наверх, первым делом надо будет все тут обойти, этот архитектурный маразм меня уже раздражает.
— А где все? — выдал я терзавшую телохранителей и меня мысль.
— Я ж говорил, «раскачиваются», тут есть терраса, они сейчас там, — лорд Викен махнул в сторону левой лестницы.
Никакой террасы мы снаружи не заметили, но промолчали об этом.
— Давайте покажу, где кухня, — сказал лорд и повел нас наверх. Едва мы зашли на кухню и я из-за спин телохранителей успел увидеть только, что это просторная светлая комната, как что-то громыхнуло, раздался радостный вопль, сменившийся тут же криком боли.
— Извините, лорд Викен, я… — сказал Пол.
— Все нормально, Пол, — как-то строго ответил Викен.
Я наконец протиснулся мимо Каса и увидел сидящего на полу и баюкающего свою руку… модификанта? Секс-модификанта? Ничем другим это создание быть не могло.
— Сломал? — спросил Викен.
— Нет, — тут же с обидой ответило создание и со жгучей ненавистью посмотрело на Пола; тот инстинктивно подобрался.
— Так вставай, чего расселся? — без тени сочувствия сказал Викен.
Ненависть щедро плеснулась на лорда.
— Телохранителями обзавелся, Викен? Неужто я тебя так пугаю?
На что тот спокойно поинтересовался:
— Тебе «квази» уже мозги разъело? Быстро, однако…
Модификант на это лишь молча встал и отошел к плите. Викен принялся показывать бытовую технику и объяснять, что где размещается, предупредив, что готовят еду обычно по очереди, но теперь эту обязанность спихнут на нас троих. Мы поражались спокойствию лорда, потому что сами ежились под ненавидящими взглядами модификанта. Телохранители были со мной солидарны, это создание так и просилось, чтобы его убили, инстинкт самосохранения запрещал оставлять за спиной столь агрессивно настроенное существо. Тут модификант сорвался с места, и я понял, почему среагировал Пол: двигался он очень быстро. Инстинктивно дернулся, но сдержался Кас, который находился ближе всех к нему.
— А это Абель, — шутовской поклон в нашу сторону, голосок звенящий и бесполый, — секс-модификант к вашим услугам, — еще один поклон.
Мы не стесняясь разглядывали его: несомненно, мужчина, или, скажем, бывший мужчина, худой, маленького роста, ниже меня примерно на ладонь, блондин, волосы до плеч, ангелоподобный тип. Лицо подправляли, но не сильно, увеличены глаза, радужка подкрашена синим, слишком тонкие кости, как бывает у тех, кто сидит на «квази», сочетая его с антидотами. Возраст где-то между двадцатью и двадцатью восьмью годами, точнее не сказать, не зная, когда его изменили.
— Посольство, как вы, наверное, знаете, занимается тем, что выкупает похищенных, — раздался чуть скучающий голос лорда. — Родители Абеля требовали найти его в любом случае. Когда нашли, то имплантаты были вживлены, но память еще не стерта. Родители отказались его забирать, вернее, отец нашел причину избавиться от отпрыска, который и до модификации был неадекватен.
— А добрейший лорд Викен решил не возвращать меня папакарлам, а оставить при себе, в посольстве — тут же отозвалось это нечто.