Синто. Героев нет
Шрифт:
— Думаешь, Викен выкрутился и нас всех вытянул?
— Хотели бы убить, не отдавали бы комбинезон, он слишком ценный — также шепотом ответил я. Абель повеселел.
Когда надели комбинезон, я опять завалился боком на кровать, пытаясь вычислить, сколько еще будет действовать мазь. Тут очнулась кошка, и Абель переключился на нее, прям, хоть одевай ему повязку с белым крестом на зеленом фоне. Кошка очухалась и перепугалась, ей оставили воспоминания трехдневной давности, то есть помнила она только пребывание в гареме Раффера. Абель рассказал ей урезанную версию, в которой не фигурировал крылатый, кошку распирало от желания
Я ненадолго отключился и пришел в себя от звука открываемой двери. Викен! Абель дернулся было навстречу, но остановился, как-то жалко и преданно пытаясь заглянуть лорду в глаза.
— В порядке? — строго спросил Викен кошку, та усиленно закивала. — Вы вдвоем поможете моему секретарю дойти до флаера.
Абель наконец поймал взгляд, расцвел и тоже закивал. Я тем временем пытался сесть, тело отчаянно не хотело шевелиться. Викен подошел и всмотрелся мне в лицо.
— Я в порядке — твердо сказал я, в напряжении ожидая слов извинения. Если они прозвучат, значит, я всего лишь его секретарь, значит я что-то сделал не так и он мной не доволен… Перед родственниками не извиняются за неудачное стечение обстоятельств, а лишь за СВОЮ вину.
Викен согласно кивнул то ли мне, то ли своим мыслям.
— Дойдешь с их помощью? Или взять носилки? — спросил он.
— Не надо носилок — сказал я, сдерживая радость.
Викен опять кивнул и пошел к двери, Абель и Кошка подхватили меня с двух сторон, закинув мои руки себе на плечи, и потащили к двери. Я сосредоточился на том, чтобы молчать и дышать, действие мази практически кончилось, и боль была адская. Провожатых с нами не было, лорд вел нас сам и единственный человек, которого мы встретили перед выходом из посольства, был старик, усохший, лысый, в коричневых пятнах, его холодные цепкие глаза удивительно контрастировали с немощным телом. Он молча проводил нас взглядом и скрылся за какой-то дверью. В грузовом флаере нас дожидалась медкапсула, мы с Абелем молча переглянулись, лорд и Белого вытащил! Что же он им такого рассказал, что нас отпускают в том же составе, в котором взяли?
Возле нашей яхты нас поджидали Теренс и Флер, Флер занялся погрузкой медкапсулы, пока Викен с Теренсом о чем-то торопливо переговаривались. Потом лорд отвел Кошку и они перебросились парой фраз, а после меня втащили на яхту и, наконец, оставили в покое.
Мы отправились к «пустышке» вместо официальных «врат», соединявших сектор Депры с сектором, принадлежащим к Хинскому Объединению, еще минимум сутки от меня не будет никакого толку, зато потом я смогу сменить лорда в кресле пилота. К моему удивлению мы взяли Кошку с собой, на нее и на Белого наложили «каютный» арест. Кошке отдали каюту в единоличное пользование, Абеля подселили к Белому, а я делил каюту с лордом. На третий день нашего полета, во время моей вахты подошел Абель.
— Викен спит — сообщил он. Конечно спит, подумалось мне, впервые спит за трое суток.
— Ну…
— У Зиты приступ…
Зита? Кошка! Приступ? Боже и Судьба помоги… Во время приступа модификант не может себя контролировать, всякое логическое мышление сведено к нулю, остается только ЖАЖДА наслаждения и боли, причем отличить одно от другого в этом состоянии они не могут. По рассказам
— Что ты можешь предложить? — спросил я.
— Нужен пятый антидот, пока не поздно…
Пятый антидот для списанной хоул… Да она б за месяц его стоимости не отработала…
— Абель, а у тебя бывают приступы?
— Бывают. И я переживаю их на «квази».
— Почему она не может пережить приступ на «квази»?
— Да потому что баба! Слабая баба со слабым сердцем. У нее будет инфаркт! Ташин, раз Викен взял ее, значит, она ему для чего-то нужна. Значит, если она сдохнет в пути, он будет не доволен.
Я усмехнулся, да, с доводами не поспоришь.
— И антидот нужно ввести сейчас, в течение десяти-пятнадцати минут, потом будет поздно — голос Абеля противно звенел.
— Когда у тебя самого будет приступ? Скоро?
— Да что ты ко мне прицепился?! Да, скоро! Но я не сдохну, не надейся! — знакомые злобно-истеричные ноты.
Я вынул ампулу из своего пояса, Абель смотрел на меня круглыми от удивления глазами.
— Что смотришь? Иди. Вводи. Защитник двуполых кошек.
— А что у тебя там еще есть? — выдал он.
— Пошел вон.
Через два дня начался приступ у Абеля, мы перевели Белого к себе в каюту, решив что один все равно управляет кораблем, а второй может поспать и в кресле. Абель же глотнув «квази» методично скакал по каюте, пол — кровать, пол — столик, пол — зацепится за полку для вещей. И так часами не прекращая… Действительно, такая нагрузка неподготовленного и убить может.
Что касается Белого, то я его избегал, памятуя о том погружении в сон, мне совсем не хотелось общаться с существом, способным мною управлять, пусть и в малой степени. Лорд же наоборот беседовал с ним все свободное время.
Петляя по пустым секторам девять дней, мы вышли к сектору с симпатичным поясом астероидов, среди которого можно было спрятать весь ЕвСовский космофлот. Там нас поджидал небольшой грузовичок, каких тысячи, не новый и не старый — стандартный. Лорд по своему обыкновению, не спешил заранее что-либо рассказывать и я терялся в догадках, что же мы будем делать дальше.
Белого в медкапсуле доставили на грузовичок, а оттуда на яхту перешли двое мужчин. Обоим было немногим за двадцать пять, один был ну вылитый клерк какой-нибудь коммерческой семьи, а второй — экстерминатор, именно такой, каким я их запомнил в детстве из фильмов. Странная пара, неуместная…
— Шур-Ша
— Шур-Чи — представились они. Видя мое лицо, один поспешил уточнить.
— Прозвища.
А…Я вышел из ступора, в который впал, пытаясь вспомнить их вторые фамилии. Разговор происходил в крохотной кухне, зашел Викен с камерой и подал ее Шурше-экстерминатору.
— Господин Ташин, я предлагаю вам стать моим младшим сыном — без всяких предисловий сообщил Викен. С полсекунды я приходил в себя, потом встал и поклонился, нормального благодарственного поклона не вышло из-за стола, над которым я нависал.