Синто. Героев нет

Пушкарева Любовь Михайловна

— Ничего жизненно важного, кроме регенераторов, — они вышли из строя.

— Постарайтесь…

— Волна!

— Глушить генераторы! — на автомате отозвалась я.

— Они еще не включены.

— Замечательно, но если вы не среагировали на команду…

— Виноват.

— Так вот, постарайтесь переподключить регенераторы напрямую в сеть корабля.

— Есть.

Как по-дурацки себя чувствуешь, отдавая такие команды, наверняка бы сделали это и без приказа. Но не дашь такого распоряжения, скажут — невнимательна, безынициативна.

Так, пришла пора опять медитировать, лишние мысли в голову лезут.

— Полный вперед!

Мы подобрали отстрелявших «дельфинов» и добили уже беззубую станцию.

Запустили сканеры на обнаружение омниа-руды и нашли, только не руду, а омниа. Ничего себе, значит, у них где-то есть плавильное производство, теперь ясно, почему тропезцы не могли вычислить, куда девается украденная у них руда: сбывался уже сам металл. И как его теперь забрать, мы все не утащим… Поисковые группы обнаружили еще склады платины, золота и агау в промышленных слитках. Еще склад со всякой всячиной — от медикаментов до драгоценностей и антиквариата.

Очередной отчет на Синто. Организовала работы по погрузке металлов, скоро должны прийти три наших транспортника, но это не повод не использовать освободившееся от «дельфинов» место. В течение трех часов были запущенны погрузчики станции, и работа закипела.

Все это веселье через пять часов было прервано.

Тропезский флот ввалился через те же «врата» что и мы, и вышел на связь. «Не успели», — мелькнула мысль.

Настроила визор так, чтобы было видно только мое лицо, и включила видеосвязь. М-да, суровая физиономия во весь экран, вояка, наверняка не глупый, но ВОЯКА.

— Синто, вы обвиняетесь в несоблюдении договора, в отстранении от командования и изоляции полковника Грево и троих офицеров. Это измена, — закончил он на повышенных тонах.

Спокойствие, только спокойствие.

— В свою очередь мы обвиняем Тропез в попытке заражения экипажа чумой-тетта. Вы ведь знали, что Грево больна, и все равно послали ее к нам, — негромко и спокойно ответила я.

— Ложь!

Я успела пообщаться с Грево, и по всему выходило, что заразилась она именно в своем министерстве, на последнем инструктаже. Но теперь это неважно.

— Чего вы хотите? — спокойно, даже светски поинтересовалась я. Все это время я в слепую набирала пароль активации пушки, кляня нашу чрезмерную подозрительность. Пушка в руках Китлингов, пароль у меня, баланс соблюден. Судьба, не дай мне ошибиться. Отослала. Мой разговор с тропезцем транслировался на всех наших кораблях, надеюсь, Китлинги поймут, что надо сделать.

Вояка не ожидал от меня такой сговорчивости и насторожился.

— Мы хотим покинуть этот сектор без потерь, — добавила я.

Он на секунду задумался.

— Я отвечу через несколько минут, а вы расширьте обзор и оставайтесь на связи! И заглушите генераторы, любое шевеление с вашей стороны — и мы атакуем дезинтегратором. Вам ясно?

— Ясно.

Что ж, и тропезцы

сняли со своей орбитальной крепости дезинтегратор, не одни мы такие умные. Я подчинилась, появилась возможность посмотреть, правильно ли напечатала. Правильно. Китлинг-Бялко в это время списывался с нашим прикрывающим Техно-1, он был заглушен, и тропезцы решили, что он поврежден или разбит. Так думать они будут до тех пор, пока не получат визуальную картинку целого корабля, и тогда он быстро перестанет быть целым.

— Они не в фокусе, — прошептал Бялко беззвучно, — тропезцы не остановились возле «врат», а сразу двинулись к нам и проскочили зону поражения. Кораблю надо развернуться.

Я закрыла глаза. Вот и вся предусмотрительность насмарку, не тот угол обстрела… Конечно, никто нас не выпустит, мы свидетели предательства. Хотелось свернуться в клубочек и причитать: «Не хочу, не хочу, не хочу…»

Не время раскисать. Жизнь — игра, так играй, а не отворачивайся. Отведенной вниз рукой я показала: «Готовность. Сигнал СОС». Китлинг-Бялко тут же это передал. Инженеры выключали все, что можно, глушимся… Секунд через двадцать…

— Леди, сигнал с Техно-1, там кто-то выжил, — раздался взволнованный голос.

— Нас осталось трое, жизнеобеспечение отключено, я попытаюсь включить генератор, — услышали мы сквозь помехи.

— Техно-1, нет, не надо, подождите…

— Мы вас не слышим… Запускаем.

— Что у вас там происходит? — слышится от тропезцев, картинки нет, только голос.

— Подождите, не включайте, — кричу я с отчаяньем в голосе. — Кто-то выжил на Техно… — это уже черному экрану.

— Командир, они… у них пушка!

И тут погас свет; как и в прошлый раз — тишина… Свет зажегся. Голокуб не работал.

— Что с голокубом?

— Уничтожены все сканеры.

— Так выпустите еще!

— Слушаюсь.

— Синто — на старт.

Наверняка кто-то выжил и боеспособен. Томительных две минуты ничего не проявлялось.

Потом показались остатки крупного эсминца и движущиеся точки истребителей, их многовато для наших пятнадцати.

— Двадцать «дельфинов» — на старт.

Следующие сорок минут прошли, как в фильмах про космо-войны. Верткие «дельфины» отвлекали тропезцев на себя, давая синто подобраться для удара. Тяжелые ракеты пробивали защиту истребителей, разнося их в клочья.

Мы потеряли одного синто и четыре «дельфина».

«Рыбак» к концу боя как раз доплелся и принялся собирать улов. Как бы тропезцев не нахватался. Надеюсь, Илис не на этом корабле, ох, и авантюрист Шур-Бельфлер…

— Запускайте генераторы, продолжаем погрузку.

Связалась с Техно-1, капитан — Хорес-Китлинг, мужчина лет тридцати пяти, исполняющий обязанности Первого в семье Хоресов, кривился, как от зубной боли, и смотрел в пол. Его отправили сюда доказать свою лояльность и состоятельность как руководителя, а тут такой просчет, чуть не стоивший жизни нам всем.