Шрифт:
– Когда я был в этих местах в прошлом году… – начал было сэр Генри Клиттеринг и умолк.
Хозяйка, миссис Бантри, посмотрела на него с любопытством. Экс-комиссар Скотленд-Ярда гостил у своих старых друзей – полковника Бантри и его жены, которые жили неподалеку от Сент-Мэри-Мид. Миссис Бантри только что спросила у сэра Генри, кого пригласить шестым сегодня вечером на обед.
– Итак? – произнесла миссис Бантри, ожидая продолжения. – Где вы были в прошлом году?..
– Скажите, знаете ли вы некую мисс Марпл? – спросил сэр Генри.
Миссис Бантри удивилась. Этого она никак не ожидала.
– Знаю ли я мисс Марпл?
– Вы удивлены?
– Надо признаться, да. Никогда бы не подумала, что вы… Но, может быть, этому есть объяснение?
– Объяснение очень простое. Когда я был здесь в прошлом году, мы взяли за обыкновение обсуждать разные загадочные случаи. Нас было пятеро или шестеро. Писатель Реймонд Уэст затеял все это. Каждый рассказывал какую-нибудь историю-загадку, отгадку на которую знал он один. Решили посостязаться в дедуктивных умозаключениях, посмотреть, кто ближе всех окажется к истине.
– И что же?
– Мы и не предполагали, что мисс Марпл пожелает принять участие в этой забаве. Но произошло неожиданное. Почтенная дама перещеголяла нас всех!
– Да что вы!
– Чистая правда. Без всяких усилий, уверяю вас.
– Не может быть. Мисс Марпл ведь почти не выезжала из Сент-Мэри-Мид.
– Зато, по ее словам, у нее были неограниченные возможности наблюдать человеческую природу как бы под микроскопом.
– Да, возможно, в этом что-то есть, – согласилась миссис Бантри. – Но я считаю, что у нас тут нет настоящих злодеев. Я думаю, не испытать ли ее после обеда на истории с привидением Артура. Я была бы очень благодарна ей, если бы она разгадала ее.
– Я не знал, что Артур верит в потусторонние силы!
– Ой! Он не верит. Именно поэтому он и озабочен. А произошло это с одним из его друзей – Джорджем Притчардом, самой прозаической личностью. Либо эта необыкновенная история – правда, либо…
– Либо что?
Миссис Бантри не ответила. Спустя минуту она сказала ни с того ни с сего:
– Вы знаете, я люблю Джорджа. Его все любят. Невозможно поверить, что он… но бывает же, что люди совершают из ряда вон выходящие вещи.
Сэр Генри кивнул. Он лучше, чем миссис Бантри, знал «из ряда вон выходящие вещи».
И вот вечером миссис Бантри окинула взглядом собравшихся за столом. Хозяйка остановила свой взгляд на пожилой даме, сидящей по правую руку от ее мужа. На мисс Марпл были черные кружевные митенки, на плечи изящно наброшено fichu [1] из старинных кружев, кружевная наколка венчала ее белоснежные волосы. Она оживленно беседовала с пожилым доктором Ллойдом о работном доме [2] и о не внушающей доверия местной медицинской сестре, особе весьма небрежной.
1
Род шейного платка, косынки (фр.).
2
Работные дома – благотворительные учреждения для оказания помощи нуждающимся. Они должны были работать и жить в них, подчиняясь заведенным порядкам. В своем первоначальном виде
Миссис Бантри засомневалась: уж не пошутил ли сэр Генри? Но в этом, кажется, не было никакого смысла. Неужели то, что он рассказал о мисс Марпл, правда?
Затем ее взгляд остановился на муже, который завел разговор о лошадях с Джейн Хелльер – популярной актрисой. Джейн, в жизни более красивая (если только это возможно), чем на сцене, шептала время от времени: «В самом деле? Надо же! Как замечательно!» Она ничегошеньки не знала о лошадях и еще меньше интересовалась ими.
– Артур, – обратилась к мужу миссис Бантри. – Ты доведешь бедняжку Джейн до изнеможения. Оставь лошадей в покое, лучше расскажи ей историю о привидении. Ну знаешь… о Джордже Притчарде.
– Э-э, Долли… Я думаю…
– Сэр Генри тоже хочет послушать. Я ему кое-что шепнула сегодня утром.
– О, пожалуйста! – сказала Джейн. – Я люблю истории о привидениях.
– Ну… – замешкался полковник Бантри. – Я, собственно, никогда особенно не верил в сверхъестественное, но тут… Никто из вас, вероятно, не знает Джорджа Притчарда. Это замечательный человек. Его жена – она, бедняжка, умерла уже – устроила ему в свое время нелегкую жизнь. Она была из тех полуинвалидов – хотя, я полагаю, она действительно была больным человеком, – которые используют свое положение на всю катушку. Капризная, требовательная, безрассудная, она жаловалась на свою участь с утра до вечера и считала, что Джордж должен постоянно быть в ее полном распоряжении. Что он ни делал – все было плохо… Я совершенно убежден, что всякий на его месте давно бы шарахнул ее обухом по голове. Разве не так, Долли?
– Отвратительная она была особа, – подтвердила миссис Бантри. – Если бы Джордж Притчард размозжил ей голову, любая женщина, будучи судьей, полностью бы его оправдала.
– Я в точности не знаю, как это все началось: Джордж в детали не вдавался. Как я понял, миссис Притчард всегда питала слабость ко всякого рода ясновидцам, прорицателям и гадалкам. Джордж ей не препятствовал. Раз это было для нее утешением, то и слава богу. Но сам он не проявлял восторга по этому поводу, что являлось еще одной причиной для обид.
Медицинские сестры в доме не задерживались. Миссис Притчард увольняла их очень быстро. Правда, одна молодая сестра чрезвычайно серьезно относилась к разным пророческим фокусам, и некоторое время миссис Притчард ее очень любила. Потом неожиданно стала и ею недовольна. Она потребовала другую сестру, которая служила у нее раньше, пожилую женщину, опытную в обращении с неуравновешенными пациентами. Сестра Коплинг, по мнению Джорджа, была из тех женщин, с которыми можно поладить. Она справлялась со вспышками раздражения и нервных бурь совершенно невозмутимо.
Второй завтрак – ленч – всегда подавался миссис Притчард наверх, и обычно во время него Джордж и сестра Коплинг договаривались о второй половине дня. Строго говоря, сестра была свободна от двух до четырех, но «в виде одолжения» она иногда уходила и после чая, если Джордж хотел быть свободным днем. А в этот раз она сказала, что едет повидать родственницу в Голдерс-Грин и может немного задержаться. Джордж расстроился, потому что он договорился сыграть партию в гольф.
Сестра Коплинг успокоила его: