Сипстрасси
Шрифт:
Амазига погладила лоб мертвого юноши, потом устремила гневный взгляд на Взыскующего Иерусалима.
– Где ты был, когда мы в тебе нуждались?
– Близко, – ответил он скорбно, – но недостаточно близко.
– Да проклянет тебя Бог, Шэнноу! – крикнула она, хлестнув его рукой по лицу.
– Довольно! – загремел Сэм, оттаскивая ее от Иеру-салимца. – Это не его вина! Откуда? Если бы не он, убиты были бы все мы. – Он взглянул на Шэнноу. – Вы думаете, тут есть еще?
– Внутри остались двое, которых я не убил. – Он пожал плечами. – Там могут быть
– Послушай, Зига, нам надо выбраться отсюда. Что случится, если мы активируем Врата преждевременно?
– Ничего. Только энергия Сипстрасси будет израсходована зря. А ее осталось мало.
– Но хватит для нашего возвращения? Она кивнула. Пуля ударила в бордюр аллеи, и Сэм упал на землю, увлекая с собой Амазигу. Шэнноу ответил на выстрел, его пули отбили осколки от балюстрады балкона.
– Пора отправляться, – сказал Шэнноу. Амазига протянула руку, чтобы погладить лицо сына в последний раз. Потом встала и побежала к кольцу камней. Сэм последовал за ней. Шэнноу пятился к кольцу, шаря взглядом по балконам. На одном приподнялся стрелок. Шэнноу выстрелил, и он нырнул за балюстраду. В кольце Амазига встала на колени за одним из камней и включила компьютер. Пули рыхлили землю вокруг них.
– Они нас окружают, – сказал Шэнноу.
Вокруг них замерцал фиолетовый свет… Шэнноу вложил пистолеты в кобуры и вышел на склон холма над аризонским домом Амазиги.
Шэнноу более часа просидел на изгороди у загона, не замечая слепящего солнечного света. Здешняя пустыня дышала миром и спокойствием. Гигантские сангуаро словно были поставлены в ней искусным ваятелем. Он снова думал о спасении Сэмюэля Арчера. Столько смертей! Девушка Шэмми и все другие безымянные герои, которые сражались вместе с Сэмом. И Гарет. Шэнноу чернокожий юноша очень нравился. У него был вкус к жизни, и он обладал мужеством принимать ее во всей полноте. Даже труп двойника не заставил его свернуть с избранного пути – пути, приведшего его под пулю воина-исчадия, который стал свидетелем гибели своей расы, но не понял причин этой гибели.
Терпеть несправедливый гнев Амазиги было трудно, но Шэнноу понимал ее. Ведь при каждой их встрече погибал кто-то, кого она любила.
К нему подошел Сэм.
– Пойдемте в дом, мой друг. Вам надо отдохнуть.
– Мне надо вернуться домой, – категорично ответил Шэнноу.
– Пойдемте поговорим, – сказал Сэм, отводя глаза. Взыскующий Иерусалима спрыгнул с изгороди и последовал за ним в дом. Внутри было прохладно, экран. занимало лицо Люкаса. Амазиги в комнате не было.
– Садитесь, мистер Шэнноу. Амазига скоро присоединится к нам.
Шэнноу расстегнул пояс и дал пистолетам соскользнуть на пол. Он смертельно устал – даже думать было трудно.
– Может быть, вам сначала вымыться? – сказал Сэм. – Привести себя в порядок?
Шэнноу кивнул, прошел по коридору в свою комнату и разделся. Повернув краны, он встал под душ и подставил лицо каскадам воды. Несколько минут спустя он вышел из ванной и
Когда Сэм разбудил его, было уже темно. Из-за бегущих облаков выглядывал лунный диск. Шэнноу сел на постели.
– Я не отдавал себе отчета, насколько я устал, – сказал он.
Сэм сел рядом с ним.
– Я поговорил с Зигой. Она в полном отчаянии, Шэнноу, но тем не менее понимает, что в смерти Гарета вашей вины нет. Она, вы знаете, замечательная женщина, но упрямая. Никогда не умеет признать себя неправой. Думаю, вы убедились в этом на собственном опыте. Но в ней нет злопамятности.
– Зачем вы говорите мне все это?
– Просто чтобы вы знали, – неопределенно ответил Сэм.
– Но есть ведь и еще что-то, Сэм?
– Это вам скажет она. Я принес чистую одежду. Амазига будет ждать вас в гостиной. – Сэм встал и вышел из комнаты.
Шэнноу, чувствуя себя отдохнувшим и освеженным, подошел к креслу, на которое Сэм положил чистую одежду – голубую клетчатую рубашку, брюки из плотной хлопчатобумажной ткани и черные носки. В груди рубашка оказалась широковата, а рукава коротковатыми, зато брюки сидели на нем как влитые. Натянув сапоги, он вышел в большую комнату, где Амазига сидела за компьютером, разговаривая с Люкасом. Сэма в комнате не было.
– Он пошел размять ноги, – объяснила Амазига, вставая и медленно подходя к нему. – Я прошу прощения, – сказала она, и ее глаза наполнились слезами. Шэнноу инстинктивно раскрыл объятия, и она прильнула к его плечу. – Я пожертвовала Гаретом ради спасения Сэма, – сказала она. – Вина моя.
– Он был мужественным пареньком, – растерянно пробормотал Шэнноу.
Амазига кивнула, отступила от него и провела рукавом по глазам.
– Да, он был мужественным. Он был таким, каким я только могла пожелать. Вы голодны?
– Немножко.
– Я приготовлю вам что-нибудь поесть.
– С вашего позволения, госпожа, я бы хотел отправиться домой.
– Сначала ужин, – сказала она. – Оставляю вас на время с Люкасом.
Когда она вышла, Шэнноу сел перед машиной.
– Что происходит? Сэм отправился размять ноги, Амазига разыгрывает радушную хозяйку. Что-то не так.
– Вы вошли в окно раньше, чем предполагалось. Это истощило ее камень.
– Но у нее же есть и другие?!
– Нет. Сейчас нет.
– Так как же она отправит меня обратно?
– Этого она не может, мистер Шэнноу. Я обладаю способностью хаке… Способностью проникать в другие компьютеры. Я это сделал, и в ближайшие дни начнут прибывать документы, которые обеспечат вам новую личность в этом мире. Кроме того, я проинструктирую вас в нравах, обычаях и законах Соединенных Штатов. Они многочисленны и разнообразны.
– Я не могу остаться здесь!
– Так ли плохо это будет, мистер Шэнноу? Благодаря моим… контактам, если хотите… я обеспечил Амазигу большим богатством. У вас будет к нему доступ. А что вы оставили там? У вас нет семьи и мало друзей. Вы могли бы счастливо жить в Америке.