Сипстрасси

Геммел Дэвид

В комнату вбежал Нестор.

– Приближается всадник, – объявил он. – Такой жуткий!

– В каком смысле? – спросил Шэнноу.

– Он будто весь разрисован красными и черными полосками.

– Это он! – закричала Амазига, вскакивая. Пэдлок Уилер схватил ружье и выбежал наружу, крича своим Крестоносцам собраться у изгороди загона. Всадник находился примерно в двухстах ярдах от них. Во рту Уилера пересохло. Вложив патрон, он прицелился и выстрелил. Пуля пролетела мимо, и всадник пустил своего коня в галоп.

– Остановите

его! – закричал Уилер. И тотчас повсюду вокруг него загремели выстрелы. Конь упал, сбросив всадника в траву, но он встал и твердым шагом направился к ферме. Три пули ударили ему в грудь, чуть задержав его. Еще одна пуля попала ему в лоб, и его голова откинулась. Тут же удар пули в колено сбил его с ног. Но он сразу поднялся и продолжал идти вперед.

В него стреляли из шестидесяти ружей, пуля за пулей ударяли в него, отскакивали от кожи, расплющивались о кости и падали в траву. Очень медленно он продвигался вперед сквозь стену пуль, все ближе и ближе к стрелкам за изгородью загона.

Сто пятьдесят ярдов. Сто сорок ярдов…

К всепоглощающему обессиливающему голоду, терзавшему Саренто, начала примешиваться боль. Сначала пули казались всего лишь насекомыми, чьи крылья слегка задевали его кожу, но вскоре они уже били, как градины, а затем начали вонзаться в кожу, как тыкающие пальцы. Теперь он охал, когда они попадали в места ушибов. Пуля ударила ему в глаз, и он попятился, ощущая кровь под веком.

Прикрыв глаза ладонью, он, спотыкаясь, упрямо побрел вперед, подгоняемый сладкой надеждой на насыщение.

Уже совсем близко! Запах был настолько силен, что у него потекли слюни.

Нет! Им его не остановить!

– Саренто! – Сквозь треск выстрелов он услышал, как кто-то называет его по имени. И, обернувшись, увидел, что слева к нему идет старик, которого поддерживает чернокожая женщина. Они медленно приближались в стороне от линии огня. От удивления он остановился. Женщина была ему знакома. Амазига Арчер! Но она же давно умерла! Он заморгал. Поврежденный глаз мешал сфокусировать взгляд.

– Не стрелять! – крикнул старик, и ружейный гром стих. Саренто выпрямился и уставился на старика, пустив в ход свою силу, чтобы проникнуть в его мысли. Но они были закрыты от него.

– Саренто! – снова крикнул старик.

– Говори! – приказал Кровь-Камень. Он увидел, что старик ранен. Его голод достиг такой степени, что ему пришлось напрячь всю свою волю, чтобы не выпить кровь из этих двоих. Но он был заинтригован. И это помогло.

– Что вам надо?

Старик почти повис на женщине. Амазига поддержала его, не сводя глаз с Кровь-Камня. Он ощутил вкус ее ненависти и засмеялся.

– Я мог бы дать тебе бессмертие, Амазига, – сказал он вкрадчиво. – Почему бы тебе не присоединиться ко мне?

– Ты массовый убийца, Саренто, – прошипела она. – Как я тебя презираю!

– Убийца? Но я же никого не убивал, – сказал он с искренним

удивлением. – Они все живы здесь! – Он хлопнул себя по груди. – Все до единого. Каждая душа. Я знаю их мысли, их мечты, их желания. Со мной они обрели вечную жизнь. Мы все время беседуем. И, пребывая в своем Боге, Амазига, они счастливы. Это рай.

– Ты лжешь!

– Боги не лгут, – отрезал он. – И я докажу тебе. – Он закрыл глаза, и зазвучал голос. Не голос Саренто!

– Боже мой! – прошептала Амазига.

– Отойди от него, мама, – донесся голос ее сына Гарета. – Отойди от него!

– Гарет! – закричала она.

– Он Дьявол! – вскрикнул такой знакомый голос. – Не верь… – Глаза Саренто открылись, и раздался его глубокий бас:

– Он еще не оценил счастья своей участи. Но, думаю, я доказал свои слова. Никто не мертв. Они просто сменили место обитания. А теперь – что вам нужно? Я голоден.

Старик с трудом выпрямился.

– Я здесь, чтобы предложить тебе… исполнение твоего заветнейшего желания, – сказал он прерывающимся голосом.

– Желание у меня одно: насытиться, а эта болтовня оттягивает время.

– Я могу открыть Врата в другие миры, – сказал старик.

– Если так, – заметил Саренто, – мне достаточно втянуть тебя в себя, и я обрету твое умение.

– Нет! – Голос старика стал более звучным. – Ты прежде имел дело с компьютерами, Саренто, но подобного тебе видеть не приходилось! – Он погладил коробочку у себя на поясе. – Это портативный компьютер, обладающий личностью. С помощью этой машины я могу открывать Врата. Если же я умру, он запрограммировав самоуничтожиться. Хочешь насытиться? Посмотри вокруг. Сколько здесь людей?

Саренто обвел взглядом двор фермы. Пятьдесят – шестьдесят стрелков…

– Слишком мало, а? – продолжал старик. – А я могу перенести тебя в мир, где миллионы и миллионы.

– Зачем тебе это?

– Чтобы спасти моих друзей.

– Ты пожертвуешь целым миром ради этой горстки? – Я перенесу тебя туда, куда ты пожелаешь.

– И мне поверить твоим словам?

– Я Йон Шэнноу, и я не лгу.

– Шэнноу, как ты можешь! – вскричала Амазига, бросаясь к портативке. Шэнноу отбросил ее, хлестнув рукой по лицу так, что она не удержалась на ногах. От усилия он пошатнулся и прижал ладонь к окровавленной повязке. Амазига посмотрела на него с земли.

– Как ты можешь, Шэнноу? Что ты за человек? Саренто сосредоточился и проник в сознание Амазиги. Она ощутила это и содрогнулась.

– Так! – сказал Саренто. – Ты не лжешь. И перенесешь меня туда, куда я пожелаю?

– Да.

– В двадцатый век на Землю?

– А куда в двадцатом веке? – уточнил старик.

– Соединенные Штаты. Лос-Анджелес был бы в самый раз.

– Обещать, что доставлю тебя прямо в город, не могу. Точки силы, как правило, расположены далеко от таких многолюдных мест.