Скала Жнеца
Шрифт:
29
– Пальчики оближешь.
Уилл кладет руку на плечи Фарре и обнимает ее.
Фарра зарезервировала стол на краю террасы, с видом на море. Блюда расставили как на вечеринке – тарелки с тонюсенькими кусочками свеклы, сбрызнутыми соусом с травами, полоски говядины, кусочки брокколи. На другой тарелке – горка овощей во фритюре, маринованных острых перцев, плоских хлебных лепешек с поджаристой корочкой.
– Привилегии администратора, – добродушно улыбается Фарра, но Элин замечает тревожную морщинку
Накладывая себе в тарелку салат, Уилл указывает на платье Элин:
– Ну как, одобряешь мой выбор?
– Ого! – с улыбкой произносит Фарра. – Ты разрешила Уиллу собрать твои вещи? Рискованный шаг.
Уилл изображает шуточную обиду, и оба хохочут. Элин улыбается неуверенно – натягивает улыбку ненадолго, как всегда в присутствии брата и сестры. Их физическое сходство потрясает.
Уилл берет Элин за руку:
– В общем, хорошо, что я здесь, с вами обеими, даже при таких обстоятельствах. – Он задумывается. – А как насчет Стида? Он не хотел бы к нам присоединиться?
– Я спрашивала, но он уже поел. Сказал, что кое-чем занимается.
На самом деле Элин думает, что работа – лишь предлог побыть одному. Судя по его замечаниям относительно долгих пробежек в одиночестве, под дружелюбием Стида скрывается интроверсия.
Фарра кивает:
– У вас еще осталось много дел на завтра? Было бы неплохо немного развеяться.
– Не особо, только кое с кем побеседовать.
Элин не хочет вдаваться в подробности и завершает разговор, отправив овощ с вилки в рот. Тончайшее, мягкое тесто тает во рту. Внутри него рикотта, приправленная какими-то травами. Вкус восхитительный, но ее подводит живот. Наверное, от жары. Она до сих пор невыносима.
Телефон Фарры издает звук, и она набирает ответное сообщение. Уилл накрывает ладонь Элин рукой:
– Теперь, когда я здесь, мне полегчало. Та фотография в Твиттере меня встревожила. Ужасно думать, что ты тут одна со всем этим…
Элин не успевает ответить. Громко звонит телефон Фарры, заглушая конец реплики Уилла. Покачав головой, Фарра смотрит на экран.
– Ответь, – говорит Уилл, и Элин кивает.
Фарра с улыбкой смотрит на нее.
– Похоже, вы вдвоем тут поладили, – добродушно говорит Уилл, когда Фарра отодвигает стул и выходит из-за стола.
– Да, мы поговорили. Как ты и сказал, дело в ее бывшем, и я…
Элин умолкает. Фарра уже возвращается к ним.
– Избавилась от него. – Фарра сует телефон в карман. – Это поставщик. Мне не разрешают отключать телефон.
– Может, еще один бокал пойдет тебе на пользу.
Элин берет бутылку вина, начинает разливать и тут замечает, что по ресторану идет Хана Леджер, сестра Беа. Ее волосы растрепаны, белое платье запачкано, словно на него налипла вся грязь этого дня.
Бросается в глаза неуклюжесть Ханы, словно она не в ладах с собственным телом. Выворачивая шею, Хана смотрит в другую сторону, пытаясь найти своих.
– Кто это? – спрашивает Уилл,
– Сестра той женщины, которая упала. И она видела сестру там, на скалах.
– Выглядит неважно, – хмурится он.
– Да. – Элин умолкает, не зная, насколько честно ей следует ответить. – Чуть раньше мы разговаривали. Она явно была расстроена из-за сестры, но говорила и об острове, проклятии, старой школе…
Уилл качает головой:
– Боже, не понимаю, почему все так зацикливаются на прошлом.
– Именно, – кивает Фарра. – Пора двигаться дальше.
Элин каменеет, не только из-за пренебрежительного тона, но и от того, как Уилл и Фарра машинально поддакивают друг другу.
– Мне кажется, вполне естественно, что люди интересуются историей острова. Наверное, для некоторых это частично и послужило причиной приезда. Любопытство. Все это нагоняет жути – убийства Кричера, проклятие. Нельзя же сделать вид, что этого не существует.
– Весь смысл нашей затеи – превратить остров в нечто иное, – сурово произносит Уилл. – Сотворить его заново. – Он машет рукой на других посетителей ресторана: – Похоже, для большинства этого удалось добиться.
– Даже если и так, нельзя просто скрыть историю, как будто ее и не было.
С лица Уилла сползает улыбка. И он, и Фарра умолкают. Два лица без эмоций. Элин чувствует, как у нее розовеют щеки. С ней и прежде такое случалось – она разрушала беззаботность беседы за ужином, вставив что-то поперек. Она одергивает себя. Ведь совсем недавно они с Фаррой почти подружились. А теперь она все испортила.
Фарра меняет тему. Беседа еще теплится некоторое время, но без огонька, ощущается какая-то неловкость. Элин чувствует облегчение, когда через несколько минут звенит ее телефон. Она щелкает по экрану и пододвигает телефон ближе. Очередное сообщение от Стида.
«Это может быть интересно. У Сета Дилейни есть приводы в полицию. Торговля наркотиками».
«Спасибо, – отвечает она. – Уилл спрашивал насчет завтрашнего дня».
Ей нет необходимости сейчас что-то предпринимать, но это отличный предлог. Осушив бокал, она отодвигает стул и встает:
– Стид прислал кое-что, и мне нужно с этим разобраться. Я вас покину.
Уилл кивает:
– Увидимся на вилле.
Элин разворачивается и быстро уходит, но недостаточно быстро, чтобы не заметить многозначительные взгляды, которыми обмениваются Уилл и Фарра.
30
Со слегка остывшим чаем в руке Хана выходит на террасу. Солнце почти касается горизонта, но жарит так же, как и несколько часов назад.
– Привет, – говорит Калеб.
Он сидит на краю бассейна, болтая ногами в воде. На коже тонкая маслянистая пленка от подтаявшего в воде солнцезащитного крема. Вокруг него валяются пивные бутылки, а одна зажата в руке. Он поднимает взгляд на Хану, его глаза покраснели и налились кровью.
– Прости, я не знаю, чем еще заняться.