Скандал на миллион
Шрифт:
Она благодарит его? За то, что он чуть не овладел ею в зале, куда мог зайти любой? Не найдя слов для ответа, Сет резко повернулся и вышел. Ему необходимо было принять холодный душ или окунуться в океан и освободиться от этой невозможной тяги.
Он должен во что бы то ни стало вновь обрести контроль над своим телом.
Глава 5
Спустя три дня Эйприл завтракала на балконе, наслаждаясь величественным видом серо-голубой водной глади, протянувшейся до самого горизонта. Вдруг раздался отрывистый стук
Единственной весточкой от Сета была короткая записка, извещающая о том, что он продлил ее проживание на неопределенный срок. Прочитав записку, Эйприл испытала облегчение — теперь у нее будет больше времени для того, чтобы все вспомнить. Но это не объясняло внезапный скачок ее пульса. Ларчик открывался просто: она поняла, что ей пока не грозит расставание с Сетом.
Он жил в смежном номере, и осознание этого стало настоящей пыткой, медленно, но неуклонно терзающей ее рассудок. По ночам Эйприл металась на кровати, крутилась, путалась в простынях, думая о том, что он лежит всего в нескольких футах от нее. Ее интересовало, была ли его тяга такой же неутолимой. Ее волновало, запер ли он дверь, прогонит ли он ее, если она прокрадется к нему.
Эйприл застонала и потерла глаза тыльной стороной кисти. Готова ли она встретиться с ним сейчас? Сможет ли вести себя по-деловому, не вспоминая об их поцелуе, заставившем ее томиться в ожидании его прикосновений?
В дверь снова постучали, более настойчиво. Она сделала последний — подкрепляющий — глоток сока и направилась к двери. Распахнув ее, Эйприл не решилась посмотреть на Сета. Смутившись, она повернулась и медленно пошла на балкон.
— Ты не против, если я закончу свой завтрак, пока мы будем говорить? — спросила она, не оборачиваясь.
— Конечно нет.
Голос Сета обволакивал Эйприл, возрождал фантазии, мучившие ее ночью. Она села, надела темные очки, чтобы прикрыть глаза, и дрожащей рукой взяла мисочку с йогуртом.
— Я вижу, к тебе вернулся аппетит, — заметил он с легкой усмешкой. — Или ты ждешь кого-нибудь?
Эйприл взглянула на стеклянный столик перед собой, на котором стояли вазы с остатками фруктов, пустая тарелка из-под мюсли, стакан с соком, тосты с маслом и два вареных яйца в подставках.
— Я никак не могу насытиться, — призналась она. — Наверное, мое тело выздоравливает.
Хотя она была уверена, что утоляет не весь свой голод.
Наконец Эйприл рискнула взглянуть на Сета, на свой персональный запретный плод. Если бы она в тот момент не сидела, то точно потеряла бы равновесие. Легкий бриз с моря трепал его волосы и прижимал белую накрахмаленную рубашку к телу. Их поцелуй был слишком коротким, и она не имела возможности пробежать руками по соблазнительным линиям, насладиться восхитительными формами его груди и рук. Эйприл закусила нижнюю губу, жалея об упущенной возможности.
Их взгляды встретились, и будто электрический разряд
Сет догадался, о чем она думает. Он тяжело сглотнул и посмотрел в сторону. Засунул руки в карманы:
— Кстати, к тебе посетитель. Ты не собиралась ни с кем встречаться, так что это неожиданный визит.
Посетитель? Встревоженная, Эйприл задумалась, а потом догадалась:
— Моя мама?
— Да. — Сет говорил сдержанным тоном, не воодушевившим ее. — Консьерж только что звонил. Ты не против, если я буду присутствовать при встрече?
Несмотря на то что речь шла о ее матери, а с Сетом она познакомилась всего две недели назад, Эйприл кивнула, принимая его предложение. Общение с матерью было утомительным для нее. Неловко признавать, но поддержка Сета будет очень кстати.
— Спасибо, — сказала она, вставая. Однако что-то в этой ситуации было не так. — А почему позвонили тебе, а не мне?
Сет равнодушно объяснил:
— Я проинструктировал портье и службу регистрации информировать меня обо всех, кто будет о тебе спрашивать. Ты вряд ли в состоянии справиться с этим сама.
Эйприл открыла было рот, собираясь возразить, но смолчала. Всего минуту назад она действительно была напугана вестью о посетителе.
— Спасибо. Мной интересовались?
— В основном журналисты, желающие взять интервью или, в крайнем случае, подслушать какую-нибудь сплетню. Твой агент тоже регулярно звонил.
Эйприл едва не споткнулась. Она даже и не думала, что у нее есть агент. Хотя чему тут удивляться? Если она известная певица, то конечно же на нее работает целая команда. У Эйприл сдавило грудь. Она живет здесь словно в пузыре, защищенная от реальности, однако пора начинать общение с окружающим миром.
— Что ты им сказал? — поинтересовалась она.
— Что ты еще не полностью выздоровела и свяжешься с ними, как только сможешь. — Он пожал плечами, как будто это пустяк.
Ее пальцы легонько пробежались по стене. Что бы она делала сейчас, если бы не села в машину Джессе в тот день? Встречалась бы с кем-нибудь? Репетировала? А чем бы она занималась потом? У нее сжалось сердце.
— Неужели я пропустила встречи? Концерты?
— Всем известно, что ты взяла паузу в выступлениях как раз перед тем, как все произошло, — сообщил Сет. Они зашли в маленький стеклянный лифт, и он нажал кнопку первого этажа. — Эта новость была опубликована во всех газетах. Возможно, причина заключалась в том, что, как сказала твоя мать в клинике, ты почувствовала небольшое перенапряжение. Это оказалось весьма кстати — ты не пропустила ничего важного.
Значит, она не нарушила своих обязательств. Эйприл с облегчением вздохнула, однако у нее немедленно появился еще один вопрос:
— В отеле нет ни одного журналиста. Если они осаждали клинику и надоедают здешнему персоналу звонками, то почему не пытаются проникнуть внутрь?
— Они пытаются. У нас хорошая охрана на частной дороге, ведущей к отелю. Проехать может лишь тот, кто забронировал номер. Кроме того, мы вышвыриваем гостей, слишком много фотографирующих и ведущих себя подозрительно.