Скандал на миллион
Шрифт:
Ее колени подогнулись, и она прильнула к нему:
— Я чувствовала то же самое.
— Тогда давай перестанем бороться с этим.
Его пальцы легко и ласково прикасались к ее телу, скользили вокруг груди, обходя самые чувствительные участки. Тем не менее соски молодой женщины напряглись, и звук, очень похожий на мурлыканье, вырвался из ее горла.
О, его притягательная сила ввергла ее в состояние невероятной раскрепощенности. Эйприл оказалась на самом краю пропасти. Но
— Мы не можем, Сет. Я помню все причины.
— Они достаточно серьезны, чтобы бороться с этим?
Его рот накрыл ее губы со страстью, которая чуть не сбила Эйприл с ног. К счастью, одной рукой Сет поддерживал ее голову, а другой прижимал к себе. Его губы двигались уверенно, язык был невероятно властным, мучая и терзая ее. Томительное желание сжигало Эйприл изнутри.
Затем он слегка отстранился, и они с наслаждением вдохнули ночной воздух.
— Теперь скажи мне, ты все еще помнишь те причины? — требовательно поинтересовался Сет.
Причины? В затуманенном мозгу постепенно наступила ясность, и Эйприл вспомнила, о чем они говорили. И о своем решении не связываться с мужчиной, с которым ей предстояло бороться за обладание отелем, она тоже вспомнила.
Хотя это был не поцелуй, а мечта…
Эйприл вздохнула, затем с неохотой призналась:
— Только что вспомнила. Но вспомнила все же.
— Докажи мне, — произнес он соблазнительным голосом, — что помнишь.
Она помедлила, пытаясь собраться с мыслями:
— Все, что знаю о себе, я извлекла из твоих отчетов плюс пара недель личных впечатлений. Как я могу решиться вступить в интимные отношения с кем-либо, если мне неизвестно, кто я?
— Справедливо. — Сет прижался лбом к ее лбу. — Ладно. Дай мне минуту, чтобы перевести дыхание и смириться с тем, что продолжения не будет.
Его грудь прижималась к ее груди каждый раз, когда он делал глубокий вдох. Затем Сет нехотя отступил назад и прислонился к толстому канату, свисающему с мачты.
— Какую еще еду приготовил Джей?
Эйприл уже была готова броситься к нему и вновь насладиться теплом его тела, но вовремя опомнилась. С робкой улыбкой она опустилась на колени перед корзиной.
— Здесь сэндвичи, — сообщила она, — и овощи на шпажках: помидоры черри, оливки, огурцы и перец.
Сету никак не удавалось восстановить дыхание.
— Давай поговорим о чем-нибудь нейтральном пару минут, — предложил он. — Идеально было бы расспросить тебя о детстве или местах, в которых ты побывала с концертами, но ты ничего не помнишь, не так ли?
В его взгляде не было подвоха, и для Эйприл луна и звезды засветили ярче.
— Ты поверил
— Да, — быстро проговорил он. — Я достаточно изучил твой характер. Ты не умеешь врать. — Сет опустился на коврик на почтительном расстоянии от нее. — Но, полагаю, ты будешь развлекать меня историями и анекдотами.
— Я начинаю волноваться, что память так никогда и не вернется ко мне.
— Она вернется, — просто сказал он.
— Но что, если нет? — Эйприл легла на коврик, разглядывая звезды, словно они могли дать подсказку. — Как жить, не помня ничего? Полагаясь на репортажи из газет и рассказы моей матери?
— Если так случится, я найду достаточно информации. — Сет тоже лег, положив руки под голову. — Тебе не придется полагаться на мнение одного человека.
То, что он рассуждает о своем месте в ее будущем, строя планы, как помочь ей, вызвало у Эйприл улыбку, но она скрыла ее. Наслаждаться его доверием — это одно, а представлять себе совместное будущее — другое. Как только дело с отелем будет улажено, они разойдутся в разные стороны.
Эйприл невольно вернулась к тому, что мучило ее все это время:
— Как ты думаешь, воспоминания делают нас теми, кто мы есть? Что, если наша личность складывается из всего, что с нами случилось в жизни?
Сет не ответил, и Эйприл прислушалась к шуму никогда не умолкающего океана, убаюкиваемая мягким покачиванием яхты.
Он приподнялся:
— Я считаю, что мы рождаемся с определенными характерами — возможно, унаследованными, возможно, своими собственными. Я, например, чертами характера больше напоминаю сводного брата, Райдера, чем Джессе.
— Ты — старший брат, Райдер — вообще единственный ребенок, а Джессе был младшим, и это, скорее всего, отразилось на его жизненном опыте, — заметила Эйприл.
— Верно, — согласился Сет, глядя в небо. — Раньше мне казалось, что у нас с Райдером нет ничего общего, кроме отца. Но мы оба очень настойчивы, очень любим соперничать.
— Вы оба лидеры, — добавила она. — Оба являетесь деятельными и благородными мужчинами.
Он поднял бровь:
— Ты так думаешь?
— Я уже хорошо знаю тебя, — ответила Эйприл. — И я читала газеты на протяжении последних дней. Там живо обсуждали историю твоей семьи. — Она прочитала все это с огромным любопытством. — Много писали и про Райдера. В основном про его помолвку с Мэйси Эшли и про покупку компании, принадлежавшей ее отцу.
— И про то, что часть акций нашей фирмы принадлежит этой компании, — подхватил Сет.
Следовало бы вести себя с ним осторожно, однако Эйприл хотела понять этого мужчину и то, что им движет. Она решила рискнуть: