Скайлар
Шрифт:
— Украл автомобиль? Да как можно украсть автомобиль отца? И потом, он ему нужен, чтобы завтра поехать на работу.
— Однако ты забрал его с полицейской стоянки.
— А какое право имела полиция держать его там? Джан-Тан, вины на автомобиле не больше, чем на буквах алфавита. Если только из них не складываются нехорошие слова.
— Ну…
— Джан-Тан! Ты хочешь идти домой пешком? Это четырнадцать миль. [13] И скорее всего по пути на тебя
13
Расстояние, отделяющее «Камалдон-Фарм», где проживает Грегори Макдональд, отгородка Пуласки, штат Теннесси, очень даже похожего на городок, в котором происходят описываемые в романе события.
Джон залез в кабину, захлопнул дверцу.
— Вот так-то. сэр. — Скайлар тронул пикап с места. — Закон есть закон, но лучше не иметь дело с твари- попари.
— Ты сказал, что Дуфус и Тэнди уехали домой?
— Да.
— Означает ли это, что мы сейчас домой не поедем.
— Черт побери, Джан-Тан, а ты умен! — С городской площади Скайлар свернул на улицу, ведущую к автостраде. — Чертовски умен. Неудивительно, что тебе выдали аттестат, не попросив сдать выпускные экзамены.
— Ты об этом знаешь?
— Мама как-то напомнила, когда я ночь напролет корпел над учебниками.
— Я скорее поверю, что ты ночь напролет с кем-то трахался.
— Завидный ты у нас парень, Джан-Тан. Красавчик, богатенький, да еще чертовски умный. Редкое сочетание, не правда ли?
— Тебе тоже грех жаловаться, Скайлар.
— А что я? Деревенщина, косноязычный, покусанный блохами, ноги в дерьме, задница в прыщах.
— А главное, я не могу понять, почему женщины так любят тебя, Скайлар.
— Женщины?
— Тэнди Макджейн обожает тебя. Черт побери, Скайлар, она помогла тебе убежать из тюрьмы, куда тебя посадили по подозрению в убийстве первой степени.
— Она — верный друг. — Пикап скатился с крутого холма. — Тебе она тоже помогла.
— Я был не заключенным. Заложником.
— В одном помощникам шерифа надо отдать должное, Джан-Тан. Их заботами лицо у тебя стало куда лучше. Начал проступать настоящий Джан-Тан!
Джон провел пальцами по щеке, в тусклом свете приборного щитка всмотрелся в грязь и засохшую кровь, оставшиеся на подушечках.
— Ни одна девушка не вытирала меня полотенцем после душа.
— У тебя нет подруг, Джан-Тан, или полотенца?
— На вечеринке Мэри Лу Саймс, возможно, ругалась на тебя, но когда она заглядывала тебе в глаза, взгляд ее уходил ниже, опускаясь до самых штанов.
— Потому что там тепло и уютно. Полагаю, она об этом знала.
— Ты гладил голую ногу официантки в «Холлере», а она, черт бы тебя побрал, Скайлар, дрожала от счастья, как дрожит пьяница, выпивающий первый за день стакан.
— Ты когда-нибудь слышал о таком понятии, как сексуальное
— Слышал.
— Конечно же, слышал. Извини, забыл, что у тебя заразная болезнь, так что тебе остается только слушать.
— Так что ты можешь сказать о сексуальном удовольствии?
— Видишь ли, в довольно юном возрасте я обнаружил, что в мире с этим не густо, хотя многие утверждают, что это не так. Наверное, ты не будешь спорить, Джан-Тан, что на практике речь идет об утолении сексуальных, то есть плотских, желаний, а не о сексуальном удовольствии. Ты понимаешь — слам, бам, спасибо, мадам.
— А разве не этим ты промышляешь?
— Черт, да нет же. Зачем это нужно? Если для обоих партнеров это игра, удовольствия куда больше!
— И где же ты этому научился, деревенщина?
— У миссис Даффи.
— Миссис Даффи?
— Раньше она не была такой толстой.
— Когда? Сколько тебе было лет?
— Около девяти.
— Это же преступление.
— Некоторые считают преступлением учиться играть на скрипке. Для кого-то так оно и есть.
— Миссис Даффи обучает и Дуфуса?
— Разумеется, нет.
— Дуфус не привлекает ее так же, как ты, да? Скайлар, как такое может быть, что ты, отъявленный бабник, обожаешь ходить в церковь, во все горло славишь Господа, да еще играешь в его честь на трубе?
— Ах, Джан-Тан. При твоем-то уме не понимать разницы между снежинкой и лунным лучом.
— Оставь свои чертовы метафоры, Скайлар! Как ты можешь одновременно шляться по бабам и ходить в церковь?
— Чувство вины, Джан-Тан.
— Вины?
— Да, сэр. Чувство вины — это главная составляющая экстаза.
Джон поперхнулся.
— Ты должен испытать это на себе, кузен. Да, сэр. Я покажу тебе путь. А первым шагом станет регулярное посещение церкви.
— Господи, — выдохнул Джон. — Посещение церкви в качестве эротостимулятора.
— Кто смеется, тот живет, кто плачет — умирает, — ответил Скайлар. — Джан-Тан, я готов спорить, что ты словил свою болезнь, даже не улыбнувшись.
Джон опустил стекло бокового окошка так, чтобы ветер дул ему в лицо.
— Расскажи мне о Тэнди Макджейн. Как получилось, что ради тебя она пошла на такой риск? Ее саму могут посадить в тюрьму.
— Джан-Тан, она же пошла на такой же риск и ради тебя. Сделала для тебя то же самое, а тебя и любить-то не за что.
— Расскажи мне о Тэнди.
— Да, сэр, расскажу, раз уж вы просите. Неделю, десять дней тому назад, она ехала на этом самом грузовичке по Стиллуотер-Крик-роуд, одна. И увидела большую, прекрасную радугу.
— И что?
— И на полном серьезе, как она мне рассказывала, она подумывала о том, чтобы прогуляться по ней.
— По радуге?
— Да, сэр. К сожалению, время поджимало и она не могла остановиться. А радуга была совсем близко.