Скажи сама
Шрифт:
Семейство Маккаллум прибывало из Седоны, Джеб и Николь - из Чарльстона, а Саймон - из своего горного убежища. С ним вместе должны были приехать Митч и Кэтрин Райен, и Хантер, и Слейд.
Список гостей все увеличивался, приготовления становились все таинственнее.
Даже Хетти согласилась оставить свой обожаемый остров, чтобы помочь с приготовлениями к празднику и показать всем свое кулинарное искусство, в котором ей действительно не было равных.
Все это очень
– Еще совсем рано.
– Рейф поцеловал ее в шею и слегка прикусил ухо. Подумай, я никак не могу изменить твое решение?
– Его пальцы при этом, чуть касаясь, пробежали по ее шее, груди и стали ласкать упругую округлость живота.
– Или доказать тебе, как ты ошибаешься?
– Ну...
– Вздохнув нарочито нерешительно, она снова немного отодвинулась.
– Ты, конечно, можешь попробовать...
– Могу, но, с другой стороны, ты, пожалуй, права.
– Отпустив ее, он отодвинулся на противоположный край кровати.
– Мы не должны...
– Рейф Кортни, ты просто дьявол!
– Схватив его за руку, так как он сделал вид, что встает, она притянула возлюбленного к себе.
– Если не хочешь иметь неприятности - останешься здесь, в этой кровати, и закончишь то, что начал.
– Правда?
– Улыбка была насмешливой и призывной. Черная бровь слегка приподнялась вверх над зелеными, горящими страстью глазами.
– Значит, ты безумно хочешь меня, так я должен это понимать?
– И как ты только догадался?
– Повезло.
Внезапно смех ушел из ее глаз, и она посмотрела на него серьезно.
– Тебе незачем гадать. Тебе никогда не придется гадать.
Он ринулся к ней со всей неистовой страстью.
– Докажи.
– Приподняв, он опустил ее на себя.
– Закончи то, что я начал. Его голос стал хриплым от желания, которое только она одна могла в нем возбудить.
– Люби меня, Ирландка.
– Да, да, да. С великим удовольствием, мистер Кортни.
Почти прижавшись к ее трепещущим губам, уже на пороге экстаза, он тихо пообещал:
– Так будет всегда, миссис Кортни.
– Всегда, - повторила Валентина, и волна страсти захлестнула и унесла ее в блаженную даль.
А за окнами, на газоне лужайки, вышагивала голубая цапля. Утреннее осеннее солнце сияло приветливо и мирно, и вдали, в заливе, тихо плескалась вода, набегая на берег. Из кухни, где готовилось грандиозное угощение, доносилось пение Хетти.
Наступил день праздника.
Глава 13
Она стояла на берегу, окруженная смехом и веселыми
Протянув руку, Валентина разгладила складки платья цвета бронзы.
– Она прекрасна. Гораздо красивее, чем я могла себе представить. Сюрприз действительно превзошел мои самые смелые ожидания. Он стоит всех секретов и заговоров. Просто не решаюсь спросить: как вам это удалось?
– Валентина обвела рукой небольшой садик со скульптурой посередине, возникшей будто по мановению волшебной палочки.
– Похоже, ты можешь добиться абсолютно всего, стоит тебе только щелкнуть пальцами или мигнуть, - с улыбкой проговорила она, слегка коснувшись щеки Рейфа.
– Это могла бы быть ты, - задумчиво сказал Рейф, нежно целуя ее руку.
– В тот же момент, когда первый раз увидел в галерее эту скульптуру, я понял, что это ты, хотя, конечно, знал, что Хантер никогда с тобой не встречался.
– Совпадение или знак судьбы, явленный в творении художника?
Ироничная улыбка чуть искривила его губы.
– Знаешь, я всегда был грубым реалистом, но у меня нет объяснения для ее... Одно мне совершенно ясно: она предназначена судьбой быть тут и быть тобой...
"Свобода" - бронзовая скульптура Хантера, изображающая прелестную женщину с ястребом, взлетающим с ее руки, - действительно нашла свое место. Казалось абсолютно закономерным, что она стоит именно тут, на берегу залива, лицом к морю, словно ожидая чего-то.
– Она теперь всегда будет встречать нас, когда мы будем возвращаться домой, - тихо проговорил Рейф.
– Она будет приветствовать нас, когда мы будем возвращаться в этот дом, поправила его Валентина. И, встав на цыпочки и прижавшись к нему щекой, добавила:
– Где бы мы ни были, что бы ни делали, что бы жизнь нам ни готовила, для меня будут домом твои объятия.
– Ирландка, - он притянул ее ближе, обнял крепче, - я люблю тебя.
– Я знаю. Даже если бы не знала, мне было бы достаточно посмотреть на нее - символ всего, что ты дал мне.
– Свободу?
– Свободу, - она поглядела на бронзового ястреба, взлетающего с бронзовой руки, - но больше всего - смелость. Смелость, чтобы отпустить Дэвида. Смелость снова начать жить.
– И, подняв голову, тихо прошептала почти у самых его губ:
– Снова любить.
Совпадение или судьба? Кто знает!
Теперь значение имело только то, что несчастья кончились и Валентина, пройдя полный круг, вернулась домой.
Туда, где в ее снах ей будет видеться укрощенная зеленоглазая пантера. Туда, где шепоты в ночи будут шепотами любви.