Сказка рядом...
Шрифт:
Тариэль толкнул меня в бок, возвращая в действительность:
– Эй, Сандриэль, шоу закончилось, - хохотнул он.
Я нахмурился. Действительно ни орчанки, ни оборотня уже не было в Беседке.
– У тебя было такое одухотворенное мечтательное выражение лица, уж не собираешься ли ты отбить девку у Волка?
– Я?
– я все еще не мог прийти в себя.
– Какую?
– Ну, одну из двух, - потешался надо мной Тариэль.
– Зачем ему две? Правда, за орчанку я бы тоже потягался с Темным, но боюсь, мои зубки не такие острые. Может, она и мне так станцует?
– А ты просто
– Ей, кажется, все равно перед кем телесами трясти. Хоть бы постеснялась при всех.
Анабэль явно злилась, что Вероника отвлекла на себя внимание многих парней. А я жалел, что не могу повернуть время вспять и все сделать по-другому. Я хотел Анхель. Я хотел человечку, такую, какой она была со мной в тот вечер, когда мы полностью открывшись, обнажив наши души, переплетаясь телами, принадлежали друг другу... Или мне это только пригрезилось?... и так не бывает...
ГЛАВА 18
***(АНЯ)
Уже у самой двери в нашу комнату Ника ловко подставила мне подножку, и первая ввалилась в дверной проем. Обернувшись, она торжествующе высунула язык:
– Я же говорила - я первая!
– Иди, иди, не расплескай, - съязвила я, чудом удержавшись от падения.
Повод для спора был до банальности прозаический - кто первым посетит "дамскую комнату", то есть добежит до туалета. Мы сегодня хорошо так, душевно посидели в Беседке, потом я еще на лавочке довольно долго ждала Нику, пока она решит, что меня надо все же спросить, почему я так рано свалила. Только пришла она в сопровождении Волка (ну куда ж без него!) и он предложил нам еще погулять по парку. Мы вроде бы и не против, но природу не обманешь. Доверительно сообщив парню, что "нам срочно нужно заскочить к себе на минуточку", мы от него отвязались и помчались к себе.
Я, пританцовывая, еле дождалась, пока Вероника освободит вожделенное место уединения, радуясь про себя, что у меня всего одна соседка, а не несколько, и быстренько юркнула в ванную комнату.
Глядя на свое отражение в зеркале над раковиной, я раздумывала, а стоит ли мне идти вместе с ними? Дома так тепло, уютно, может, уже пора смыть косметику и завалиться с книжечкой на мягкую кроватку? Или подождать, пока Волк высидит внизу положенные полчаса и придет нас вытаскивать, потому что знает, какие мы копуши, и тогда, выпроводив сладкую парочку "любоваться звездами", заняться собой?
Решив, что умоюсь и переоденусь, когда они уйдут, я приоткрыла дверь ванны и услышала довольно громкий и требовательный стук во входную дверь. Роволкон что, совсем очумел? Уже довольно поздно. Кое кто из студентов на нашем этаже уже спит, мог бы и поделикатней как-то.
Вероника, полная решимости устроить милому внушение, указав ему, в чем он не прав, резко распахнула дверь и удивленно попятилась назад. До меня донесся мужской голос, обладатель которого все еще стоял в коридоре, вне зоны моей видимости:
– Эээ... Вот.
"Красноречиво", - хмыкнула я про себя, но голос показался мне знаком, и я поспешила удовлетворить свое любопытство, увидеть его обладателя
– Вы, кажется, этажом ошиблись, - насмешливо бросила она и попыталась прикрыть дверь.
– Неее, - уверенно отозвался стоявший на пороге парень, ловко подставив ногу, чтоб не дать двери захлопнуться.
– Я к Ане, к Анхелике. Она ведь здесь?
– Ань, это к тебе, оказывается, - несколько заинтересованно крикнула соседка.
– Кто там?
– я чертыхнулась, налетев на разбросанные по полу учебники, и поэтому замешкалась.
Быстренько пытаясь пристроить их в ровные стопочки, я мысленно была уже рядом с Никой. И мой пульс подозрительно участился.
– Даже не знаю, как сказать, - Вероника всеми силами пыталась изобразить задумчивость и при этом не заржать.
– Но он, кажется, с самыми серьезными намерениями...
Я оставила в покое несчастные толстенные книги и, наконец, подошла.
Моему взору предстала потрясающая картина: пьяный в хлам Азалекс (когда успел только?) с разодранным рукавом рубашки под свободной жилеткой, застегнутой не на те пуговицы и поэтому перекосившейся, с прилизанными волосами спереди (видимо, пригладил их в последний момент, так как сзади его грива топорщилась спутанными лохмами). Он еле держался на ногах и поэтому цеплялся для удержания равновесия хвостом за дверной косяк. В руках у моего полночного гостя красовался огромный потрепанный букет. Цветы были собраны, как попало, видно, что неумелой рукой и в жуткой спешке. Изначально эти прекрасные бутоны, очень похожие на розы с шипастыми мясистыми стеблями, выглядели шикарно, но теперь они представляли довольно жалкое зрелище. Половину можно было смело отправлять в мусорную корзину. Где он их раздобыл в такое время? Ведь эта красота стоила баснословных денег, а в округе они не росли, кроме как в маленьком скверике позади Школы, и нам, студентам, строго-настрого было запрещено даже присаживаться на невысокий деревянный бортик, окружающий любимую клумбу магини Тейлори. "Вашу Машу! Не может быть!"
Но, судя по радостной морде лица, демон был жутко доволен собой, и я поняла - еще как может. Так оно и есть!
– Анхель, - он расплылся еще шире, сфокусировав взгляд на мне, - а это т-тебе, - он протянул мне душистый "веник" и, потеряв равновесие, стал заваливаться прямо в мои объятия.
От неожиданности я даже не сообразила малодушно отступить в сторону, освободив ему площадку для "мягкого приземления". В результате чего он повис на мне, смачно дыхнув перегаром, и мы бы непременно грохнулись вместе, но Ника вовремя уперлась "дружеским плечом" мне в спину, предотвращая конфуз.
– Фу-у!
– одновременно замахали мы руками и сморщили носы.
– Где ты успел так нахрюкаться, Азель? Ну и запашок! Пойло паленое, ключница делала?
– Зачем ты пил в таких количествах, тебя ж ноги не держат, - добавила Ника, установив нас ровно.
– Для храбрости, - простодушно признался парень.
– Ага, 50 грамм для храбрости и еще 300 - по инерции?
– усмехнулась я.
– Ну-у, не совсем угадала, - чуть смутился Азалекс.