Сказка рядом...
Шрифт:
– Подожди, Вероника, - отстранился Азель, надеявшийся оттянуть неприятную экзекуцию чудесного протрезвления.
Он кивнул на вторую руку, над которой я "колдовала" в данный момент, беззастенчиво ковыряясь миниатюрными щипчиками, пытаясь подцепить коварные ядовитые занозы. Моя голова была низко склонена, и Азель почти уткнулся носом в мою макушку.
– Ты мне свет загораживаешь, - я раздраженно поморщилась.
Он отодвинулся, но тут же вновь склонился надо мной. Шумно втянул запах моих волос тонкими ноздрями и блаженно прикрыл глаза.
– Все!
– удовлетворенно подняла я голову.
Парень едва успел отклониться в последний момент, иначе получил бы чувствительный удар в челюсть.
– Ты чего?
– удивленно уставилась я в помутневшие алые глаза.
– Н-ничего, - он поспешно опустил густые ресницы.
Я пожала плечами. Волк протянул мне флакон с антисептиком. Я повторила болезненную для "подопытного" процедуру. Демон ее мужественно вытерпел, чем вызвал мою признательность за то, что я почувствовала свою состоятельность, как правильно выбравшая Лечебный факультет.
Бережно держа его за кончики пальцев, я еще раз подула на пострадавшие ладони и кивнула друзьям:
– Он ваш!
Ника тут же протянула Азелю стакан с дурно пахнущей настойкой. Парень сморщился:
– А на вкус она такая же?
– Хуже!
– обломала Ника.
– Пей, давай и вали к себе!
– Я тебя чем-то обидел?
– непонимающе уставился Азель на мою соседку по комнате.
Та немного стушевалась:
– Нет, но...
– Давай быстрее, - пришел на помощь Волк, - нам ща перекличку устраивать будут, а ты тут расселся. И девчонкам спать пора.
Азалекс кивнул, сочтя аргументы достаточными. Шумно вздохнув, он зажал нос исцеленными пальцами и, запрокинув голову, вылил в себя это пойло.
В последующие несколько мгновений мы все смогли увидеть последствия приема Никиного эликсира.
Вначале вытаращенные глаза ошалевшего демона. Его волосы, вставшие дыбом. Хвост, принявший "боевую стойку". Смотреть на него было смешно, почему-то еще представлялся и дым, который вот-вот пойдет из его ушей. Красивое лицо Азеля побагровело и, естественно, потеряло свою привлекательность. Его руки взметнулись ко рту, сдерживая рвотный позыв. Он сорвался с места и даже с первого раза попал в дверной проем нашего санузла. Затем послышался звук раскатившихся из-под его ног пузырьков и баночек (ранее свалившихся на пол) и грузный шлепок упавшего на колени тела. Дальше - характерные звуки Никиного напитка, "позвавшего" за собой наружу содержимое желудка, вперемешку с надрывным кашлем надсаженного горла бедного полукровки. Я вздохнула - надеюсь, он успел склониться над унитазом.
Я открыла окно, проветрить помещение, подобрала с подоконника уже не опасные цветы и стала перебирать букет - какие-то еще можно было "реанимировать" и поставить в вазу. Обычно они очень долго сохраняли свою свежесть и аромат. Жаль, что Азалекс обошелся с ними так по-варварски. Мои губы тронула легкая усмешка, вспомнились строки одной песни, я пробормотала их вполголоса:
...Помнишь девочка, гуляли мы в саду,
Я бессовестно нарвал букет из роз,
Дай Бог памяти, в каком это году?
Я не чувствовал ладонями заноз... (9*)
Вероника хмыкнула:
– Что тебя больше вдохновляет на сочинение стихов, те звуки?
– она кивнула в сторону ванны, - или этот веник?
– Это не мои стихи, - вздохнула я, - просто ассоциация...
Мне почему-то стало очень обидно за букет. Я вдохнула нежный аромат и расплылась в глупой мечтательной улыбке. Какой он все-таки... дурачок. Значит, я и впрямь ему не безразлична, что пришел мириться... "Азель..." (почти нежно прошептала я про себя его имя)... "Ну почему я увидела тебя тогда?" Лучше бы не знать, не видеть собственными глазами, как он флиртует с простушками... Ну, собственно, теперь уже все равно, уже слишком поздно - спустилась я с небес на землю и косо взглянула на подозрительно притихших Волка и Нику. Они внимательно меня разглядывали и уж, конечно, от них не укрылись тени эмоций, скользившие по моему лицу. Блин! Я поспешила переключить их, пока не начали задавать неприятные вопросы:
– Что-то он там долго, - обеспокоено произнесла я, стараясь прогнать непрошенные мысли об эльфе.
– Да ничего ему не будет, - уверенно сказал Волк.
– Странно, - задумчиво нахмурилась Вероника, - обычно мой "антипохмелин" просто нейтрализует действие алкоголя и запах, а не вызывает очищение организма таким радикальным способом... Может, я что-то не то положила?
– Ника!
– я схватилась за стул. Какая-то слабость вдруг в ногах подозрительная образовалась.
– Ты хоть делала поправку на то, что он не орк, не оборотень, не человек, в конце концов?!! Ему же в самом деле плохо!
– Пить надо меньше!
– Мы все такие умные задним числом, да, Никки?
– склонила я голову.
Вероника бесилась, когда я коверкала ее имя. Но теперь уже многие называли ее вслед за мной "Ника". А к "Никки" пока привыкнуть не успела.
– Да ладно, - расплылась провокаторша в довольной улыбке, что смогла выяснить насколько сильно "цепляет" меня этот чертенок.
– Я пошутила. У всех по-разному происходит.
Я только облегченно вздохнула, как она добавила: