Сказка
Шрифт:
— Ницше, — сказал я. — «Сумерки идолов». В этой четверти я изучаю всемирную историю.
— Что ж, вот задание для тебя, — он пошарил в кармане брюк, что заставило его застонать, но он не остановился, пока не извлек увесистую связку ключей.
— Закрой при мне дверь, мальчик. Вот этим серебряным ключом с квадратной головкой. Передняя дверь уже заперта. А потом верни ключи мне.
Я снял серебряный ключ с брелка и вернул ему остальное. Он сунул ключи в карман, снова застонав при этом. Сирена была уже близко. Я надеялся, что им повезет с ржавой калиткой больше, чем мне — иначе придется сорвать ее с петель. Я встал и посмотрел на собаку. Ее голова
— А как насчет Радар?
Он снова посмотрел на меня, как на идиота.
— Она может входить внутрь через собачью дверь и выходить, когда ей нужно сделать свои дела.
Я подумал, что то же самое сможет сделать ребенок или некрупный взрослый, который захочет залезть внутрь и что-нибудь украсть.
— Да, но кто будет ее кормить?
Наверное, можно не говорить вам, что мое первое впечатление от мистера Боудича было не очень хорошим. Я счел его сварливым грубияном, и неудивительно, что он жил один; жена убила бы его или сбежала. Но когда он посмотрел на старую немецкую овчарку, я увидел в его взгляде кое-что еще: любовь и тревогу. Знаете выражение «на пределе возможностей»? Лицо мистера Боудича говорило о том, что он был именно там. Должно быть, ему было очень больно, но в тот момент все, о чем он мог думать — все, что его беспокоило, — это его собака.
— Черт. Черт, черт, черт. Я не могу оставить ее. Придется везти ее в эту проклятую больницу.
Сирена последний раз взвыла перед домом и замолкла. Хлопнула дверца.
— Они вам не позволят, — сказал я. — Вы же это знаете.
Его губы сжались:
— Тогда я не поеду.
«Еще как поедешь», — подумал я. А потом мне в голову пришла еще одна мысль, которая казалась вовсе не моей. Уверен, что мысль была моя, но тогда мне так не показалось. «У нас была сделка. Хватит собирать мусор по обочинам, твоя часть работы здесь».
— Эй! — крикнул кто-то. — «Скорая» приехала, может кто-нибудь открыть калитку?
— Позвольте мне оставить ключ, — сказал я. — Я покормлю ее. Просто скажите, сколько и…
— Эй, алло? Кто-нибудь, ответьте, мы уже заходим!
— И как часто.
Он опять сильно потел, а круги под глазами стали темными, как синяки.
— Впусти их, пока они не выломали эту чертову калитку, — он резко, прерывисто вздохнул. — Что за гребаный бардак!
Мужчина и женщина на тротуаре были одеты в куртки с надписью «Служба скорой помощи больницы графства Аркадия». У них была каталка с кучей наваленного на нее оборудования. Они отодвинули в сторону мой рюкзак, мужчина изо всех сил тянул в сторону засов, но ему повезло не больше, чем мне.
— Он за домом, — сказал я. — Я услышал, как он звал на помощь.
— Отлично, но я не могу открыть эту калитку. Давай попробуем вдвоем.
Я взялся за ручку засова, и мы потянули. Болт, наконец, оттянулся назад, прищемив мне большой палец. Тогда я этого почти не заметил, но к вечеру почти весь ноготь стал черным. Они пошли вдоль дома, каталка, подпрыгивая, приминала высокую траву, оборудование, наваленное на нее, звякало и дребезжало. Радар, прихрамывая, вышла из-за угла, рыча и стараясь выглядеть устрашающе. Она старалась изо всех сил, но после всего происшедшего я видел, что у нее мало что получается.
— Лежать, Радар, — сказал я, и она легла на живот с тем же выражением облегчения на морде. Врачи «скорой», как и я сначала, постарались
— У него уже было что-то, — сказал я и достал из кармана пузырек с эмпирином. Мужчина-врач посмотрел на него и сказал:
— Боже, что за древность! Любая польза, какая в них была, давно улетучилась. Сиси, давай сюда демерол [26] . Двадцати кубиков должно хватить.
Радар подошла к нам, символически рыкнула на Сиси, а потом, поскуливая, направилась к своему хозяину. Боудич погладил ее по макушке сложенной чашечкой ладонью, а когда убрал ее, собака улеглась на ступеньки рядом с ним.
— Эта собака спасла вам жизнь, сэр, — сказал я. — Она не может поехать в больницу и не может голодать.
26
Опиоидный обезболивающий препарат.
Я держал в руках серебряный ключ от заднего входа. Боудич смотрел на него, пока Сиси делала ему укол, который он, казалось, даже не заметил. Он снова тяжело вздохнул.
— Что ж, никакого гребаного выбора у меня нет. Ее еда в большом пластиковом ведре в кладовке. За дверью. Ей нужна миска в шесть и еще одна в шесть утра, если меня оставят на ночь. — Он посмотрел на мужчину-врача. — А меня оставят?
— Не знаю, сэр. Это выше моего уровня оплаты, — он разворачивал манжету для измерения кровяного давления. Сиси бросила на меня взгляд, который говорил, что да, его оставят на ночь, и это только начало.
— Одна миска в шесть вечера, другая в шесть утра. Я понял.
— Я не знаю, сколько еды осталось в этом ведре, — его глаза после укола начали стекленеть. — Если нужно будет купить еще, зайди в «Кладовую для домашних животных» [27] . Она ест «Ориджен реджионал ред» [28] . Никакого мяса, никаких лакомств. Мальчик, который знает, кто такой Ницше, вероятно, может это запомнить.
— Я запомню.
Мужчина-врач накачал манжету для измерения кровяного давления, и то, что он увидел, ему явно не понравилось.
27
Это популярное в США название зоомагазинов «Pet Pantry» одновременно напоминает о знаменитом романе Кинга «Кладбище домашних животных» (Pet Cematary).
28
Корм для собак, выпускаемый канадской фирмой «Champion Petfoods».
— Мы должны уложить вас на каталку, сэр. Я Крейг, а это Сиси.
— Я Чарли Рид, — представился я. — А он — мистер Боудич. Я не знаю его имени.
— Говард, — сказал мистер Боудич.
Они попытались поднять его, но он велел им подождать. Он взял собаку за голову и заглянул ей в глаза.
— Будь хорошей девочкой. Мы увидимся очень скоро.
Заскулив, она лизнула его в нос. По его щеке скатилась слеза. Может быть, от боли, но я так не думаю.
— В банке из-под муки на кухне есть деньги, — сказал он. Потом его глаза на мгновение прояснились, а рот сжался, — Нет, подожди, банка из-под муки пуста. Я забыл. Если ты…