Сказки

Гримм Якоб и Вильгельм

– Кто ты такая? Что ты там делаешь на дереве? – Но она ничего не ответила.

Стал он спрашивать её на всех языках, какие только были ему известны, но она оставалась как рыба немой. А была она красивая, и вот король сильно влюбился в неё. Он укутал её в свой плащ и посадил её впереди себя на коня и привёз её в свой замок. И велел он одеть её в богатые платья, и она сияла своей красотой, словно ясный день; но невозможно было добиться от неё ни слова. Он сел у стола рядом с нею, и робость на её лице и её скромность так ему понравились,

что он сказал:

– Вот на этой хочу я жениться и ни на какой другой на свете, – и через несколько дней он с ней обвенчался.

Но была у короля злая мать – она была недовольна его женитьбой и стала о молодой королеве злословить.

– Кто знает, откуда взялась эта девка, – говорила она, – и слова вымолвить не может; она недостойна быть женой короля.

Спустя год, когда королева родила на свет первого ребёнка, старуха унесла его, а королеве во время сна вымазала рот кровью. Затем она пошла к королю и обвинила её в том, что она людоедка. Король верить этому не хотел и не позволил причинить королеве зло. И вот сидела она всё время да шила рубашки и ни на что другое внимания не обращала.

Когда она снова родила прекрасного мальчика, лживая свекровь опять совершила такой же обман, но король не хотел верить её злым речам. Он сказал:

– Она слишком скромна и добра, чтобы могла совершить подобное; если б не была она немая, то доказала бы свою невиновность.

Но когда старуха и в третий раз похитила новорождённого младенца и обвинила королеву, которая не сказала ни слова в свою защиту, то королю оставалось только одно – отдать её на суд; и её присудили сжечь на костре.

Наступил день исполнения приговора, а был то как раз последний день из тех шести лет, в течение которых она не могла ни говорить, ни смеяться; и вот она освободила своих милых братьев от злого заклятья. Она уже сшила за это время шесть рубашек, и только на последней рубашке ещё не было левого рукава.

Когда её повели на костёр, то взяла она с собой рубашки, и когда взвели её уже на помост и вот-вот должны были развести огонь, она оглянулась и видит – летят к ней шесть лебедей. И поняла она, что близко её освобождение, и забилось у ней сердце от радости.

С шумом подлетели к ней лебеди и спустились так низко, что она смогла кинуть им рубашки; и только те рубашки к ним прикоснулись; спало с них лебединое оперенье, и стояли перед ней её братья, живы, здоровы и по-прежнему прекрасны, – только у младшего не хватало левого рукава, и потому у него на спине осталось лебединое крыло. Стали они обнимать да целовать друг друга, и пришла королева к королю, и он был сильно удивлён; но вот заговорила она и сказала:

– Мой возлюбленный супруг, отныне я могу говорить и открою тебе, что я ни в чём не повинна и ложно обвинена, – и она рассказала ему про обман старухи-свекрови, которая забрала и спрятала её троих детей. И принесли их в замок к великой радости короля, а злую свекровь в наказанье сожгли

на костре, и остался от неё один лишь пепел.

А король и королева вместе с шестью своими братьями жили мирно и счастливо долгие-долгие годы.

50. Шиповничек

Много лет тому назад жили король с королевой, и каждый день они говорили:

– Ах, если б родился у нас ребёнок! – Но детей у них всё не было и не было.

Вот случилось однажды, что королева сидела в купальне, и вылезла из воды на берег лягушка и говорит ей:

– Твоё желанье исполнится: не пройдёт и года, как родишь ты на свет дочь.

И что лягушка сказала, то и случилось, – родила королева девочку, и была она такая прекрасная, что король не знал, что и придумать ему на радостях, и вот он устроил большой пир. Созвал он на этот пир не только своих родных, друзей и знакомых, но и ведуний, чтобы были те к его ребёнку милостивы и благосклонны. А было их в его королевстве счётом тринадцать; но так как золотых тарелок, на которых они должны были есть, было у него всего лишь двенадцать, то одна из них осталась неприглашённой.

Праздник отпраздновали с великой пышностью, и под конец ведуньи одарили ребёнка чудесными дарами: одна – добродетелью, другая – красотой, третья – богатством и всем, что только можно пожелать на свете.

Когда одиннадцать произнесли уже свои предсказания, вдруг явилась на пир тринадцатая. Ей хотелось отомстить за то, что её не пригласили. И вот, ни с кем не здороваясь и ни на кого не глядя, она воскликнула громким голосом:

– Королевна на пятнадцатом году должна уколоться о веретено и от этого помереть!

И, не сказав больше ни слова, она повернулась и вышла из зала. Все были испуганы, но выступила тогда двенадцатая ведунья, она ещё не сказала своего пожелания; и так как отменить злое заклятье она была не в силах, а могла только его смягчить, то она сказала:

– Но то будет не смерть, а только вековой глубокий сон, в который впадёт королевна.

Король, желая уберечь свою любимую дочь от несчастья, издал указ: все веретёна во всём королевстве сжечь.

Вот и исполнились все предсказания, данные девочке ведуньями: она была так красива, так скромна, приветлива и так разумна, что всякий, кто её видел, невольно ею любовался.

Случилось, что в тот день, когда исполнилось ей пятнадцать лет, короля и королевы не было дома и девушка осталась в замке одна. Она пошла бродить всюду по замку, осматривать покои и кладовушки – всё, что вздумается; и подошла она, наконец, к старой башне. Она взошла по узкой витой лесенке в ту башню и очутилась у небольшой двери. А в замке торчал заржавленный ключ; повернула она его, дверь распахнулась, видит – сидит там в маленькой светёлке у веретена старуха и прилежно прядёт пряжу.

– Здравствуй, бабушка, – молвила королевна, – что ты тут делаешь?