Сказочник

Субботина Айя

— Какая… Морковка, — хмыкнул он, заинтересованно разглядывая растрепанные рыжие волосы.

Ася машинально пригладила волосы, вспоминая, что забыла шапку на тумбочке в прихожей. И что и без того непослушные волосы сейчас наверняка выглядят просто ужасно. А потом отмахнулась — вот дурра, нашла о чем переживать.

— Он тебя обидел, Морковка? — уточнил Спаситель.

Внутри все завыло от совершенно несвойственного ей инфантильного желания наябедничать. Взять — и одним махом вывалить всю обиду и незаслуженное унижение.

За то, что стоит в снегу почти босая,

вместо того, чтобы украшать квартиру к Новому году, до которого осталась всего ничего, меньше десяти дней.

Никто и никогда не заступался за нее. Отец — отставной военный — всегда говорил, что она должна уметь постоять сама за себя, старшая сестра вообще предпочитала делать вид, что не замечает заплаканных глаз младшей, а мать всегда и во всем поддерживала отца. А так хотелось, чтобы кто-то поставил на место завравшегося одноклассника или, как сейчас, по-мужски «поговорил» с Игорем. Но это было слишком наивно, недостойно взрослой девушки, которая должна сама нести ответственность за свои решения и их последствия, какой бы соблазнительной ни выглядела предложенная помощь.

— Все в порядке, мы разберемся, — сказала Ася, надеясь, что ее уставшей улыбки будет достаточно, чтобы отблагодарить Спасителя.

Он пожал плечами, отпустил руку Игоря и тот, охая, поднялся на ноги, потирая вывихнутое плечо и пятясь в сторону подъезда. Прежде, чем скрыться за дверью, бросил на Асю раздраженный и очень недобрый взгляд. С минуту она смотрела на дверь, пытаясь понять, где были ее глаза, и почему она раньше не замечала, с каким человеком по глупости связала свою жизнь? Хорошо хоть гражданским браком.

«Дура ты, Ася», — покачала головой внутренний скептик, одновременно резко выдергивая землю у нее из-под ног.

Она пыталась удержать равновесие во внезапно качнувшемся мире, даже пошарила вокруг в поисках опоры, второй рукой крепко прижимая сына к груди, но ничего не получалось. Наверное, дал о себе знать и постоянный недосып: после выписки из больницы мать постоянно жаловалась на боли в груди и боялась, что если уснет, то уже не проснется. Приходилось сидеть с ней по ночам, развлекать разговорами и совместным просмотром сериалов. А потом, когда она, наконец, засыпала, просыпался Тим.

— Держу, держу, — раздался над ухом голос Спасителя, и крепкие руки надежно зафиксировали ее в горизонтальном положении. — Слушай, маленькая, ну нельзя так переживать из-за всяких недоносков.

— Я просто немного устала, только с автобуса. — Она попыталась отодвинуться, но парень держал крепко. — Пройдет. Немного посижу — и буду как новенькая.

Наверное, она слишком явно покосилась в сторону скамейки, потому что пальцы спасителя на ее плечах сжались еще сильнее.

— Ну, нет, Морковка, мерзнуть здесь ты точно не будешь. Во всяком случае не раньше, чем докажешь, что ты супер-женщина, которая не чувствует холода, и что сидение босой и без шапки на морозе положительно влияет на скорость мыслительных процессов. Кстати, второе мне бы очень пригодилось, сразу бы знал, что вышвыривание кондиционеров подстегнет некоторых сотрудников соображать быстрее.

Ася

невольно улыбнулась. Вот уж кто явно не тушуется перед женщинами. Оно и понятно: с такими внешними данными, можно через губу разговаривать даже с голливудскими красотками. Хорошо, что жизнь давным-давно сделала ей болезненную прививку против красавцев: не все жизненные уроки проходят бесследно.

— Мне есть куда пойти, спасибо за беспокойство.

— Куда? Я подвезу.

— К сестре.

— Мммм… а поточнее?

Это его низкое, мягкое «мммм» прозвучало так тепло и соблазнительно, что Ася инстинктивно попыталась отодвинуться, отлепить себя от успокаивающего тепла, которое очень некстати размягчило ее решительность. Ни на кого нельзя полагаться, в особенности на красивых незнакомцев, даже если они поразительно смахивают на принцев на белом коне.

— Мне нужно позвонить.

— Кто у тебя там? — Спаситель заглянул за отворот слинга, улыбнулся во весь рот.

Да уж, его стоматолог определенно отрабатывает свой гонорар — хоть беги рекламировать дорогую зубную пасту, с «волшебным» эффектом мгновенного отбеливания.

— Это Тима, — Ася немного оттаяла.

— Тима? — повторил Спаситель, как будто это было самое странное имя на земле.

— Тим, Тимофей, — пояснила она, и сын, как будто поняв, что речь о нем, лениво приоткрыл глаза.

— Тимофей, значит, — растягивая слова, повторил Спаситель вслед за ней. — А я Тимур, но Тимом, Тимохой, Мурой и Амурчиком не называть. Лучше Бесом.

— Почему Бесом?

— Потому что фамилия такая, Бессонов. Ну а тебя как зовут, Морковка?

— Ася. Анастасия Морозова.

— Вот и познакомились, Ася. Так куда тебя отвезти? Не смотри на меня, как Красная Шапочка на Волка: я честно не кусаюсь. То есть, в некоторых обстоятельствах очень даже кусаюсь, но тебе об этом точно не стоит волноваться.

— И совершенно серьезно, приподняв бровь, добавил: — Могу паспорт показать, и водительское удостоверение. Прости, но справка от мозгоправа, кажется, просрочена. Придется поверить на слово, что я не маньяк, не извращенец и купил машину не на деньги от продажи девственниц в сексуальное рабство.

«Все у него через шутку, легко и просто».

Наверное, встреться они пару лет назад, до того, как в ее жизни появился Игорь, она бы уже превратилась в теплое желе, разомлела и утонула в этих голубых глазах. Но не сейчас. Такие парни — они из другой Галактики. Можно смотреть, но не трогать. И не важно, что они говорят на одном языке и понимают друг друга.

— Я позвоню сестре.

Марина долго не брала трубку. Пришлось набрать второй раз. Сонный голос старшей сестры звучал раздраженно. Ася прикинула, который час: около двух дня.

Наверняка Маринка снова была на «ночной смене»: так она называла свою работу танцовщицей в ночном клубе.

— Марина, у меня неприятности с Игорем, — без вступления, сказала Ася. — Можно я пересижу у тебя пару дней, пока разберусь с жильем?

— У тебя проблемы не с Игорем, а с головой, — без намека на сочувствие, поправила сестра. — Он тебя выставил?