Скифы

Никитин Юрий Александрович

– Сам знаешь, – ответил он наконец без охоты. – Это настоящая женщина. Все остальные, что заполнили мир, только ее отражения.

Алексей хохотнул, затем без перехода широко улыбнулся:

– Точно. Эта провинциалочка стоит много… Из-за таких в старину случались войны. Сейчас не воюют, но разборки бывают… Измельчал народ! Нет, иногда все же из-за таких создаются империи, только уже не государственные, а финансовые или мафиозные. Все только бы завоевать или отвоевать такую вот, нестандартную…

Крылов хмуро сопел. Алексей не дурак, но, став главой движения дебилов, сможет ли долго оставаться веселым и раскованным? Его дебилы умом

не искрятся, оригинальные мысли не выдают, не шутят, многие даже смеяться не умеют. Но эта смена имиджа ему предстоит потом, а сейчас он умен и весел, опередил… для многих их незримое состязание выглядит как соперничество из-за женщины, идиоты, хотя, если честно, так оно и есть, у Алексея уже быстро растущая партия, сторонники, спонсоры, он умеет пользоваться всем нагромождением этой глупости, называемой общечеловеческими ценностями, в то время как он, Крылов, старается весь этот горный хребет нелепостей вбить в землю до основания…

– Да, – ответил он вынужденно, – она того стоит.

Алексей сказал весело, блестя глазами, живой и подвижный:

– Ладно, давай так. Тупые быки бьются на ринге, но мы ведь интеллектуалы, верно?.. А в любых боях высший приз – женщина. Пусть наша схватка пройдет честно и открыто. Наш ринг – просторы страны. Условия победы – кто создаст крепкую партию… Нет, я верю, что и ты что-то сумеешь создать… хоть и хиленькое. Офис все-таки уже есть, ха-ха! Пусть победит тот, чья партия окажется действующей, а не мертворожденной, и добьется наибольших успехов!

Сердце Крылова стучало часто. Внезапно прихлынула злость, иногда мутилось перед глазами. Он чувствовал, как горячее дыхание обжигает горло.

– Принимаю, – ответил он хрипло. Голос был сдавленным. – Принимаю!.. Но ты в самом деле веришь, что она предпочтет лидера дебилов?

Алексей цинично улыбнулся:

– Но я-то не дебил?.. И ты это знаешь.

До празднования великой победы над Зорапионом остались считаные дни. Крылов воспрянул духом, велел спешно объявить скифам, что все услуги фирм, обещавших бесплатно предоставить пирожки и мороженое, будут оплачены.

В одной из комнат поставили мощный аппарат экспресс-кофе, там постоянно жужжало, оттуда катили возбуждающие запахи, пахло свежими булочками.

Трое молоденьких девушек разносили скифам кофе и бутерброды. В первый день они пробовали обнажиться, но, к чести скифов, никто не клюнул, а грубый Тор сказал сразу, чтобы эти замашки Литинститута оставили за порогом. Мол, скифы сами могут сорвать одежду. И вообще, как там, предпочитают смирять рабынь и ломать хребты… или крестцы, черт его знает, что это – коням ретивым.

Откин сказал озабоченно:

– А наша игра зашла слишком далеко! Это уже не игра, а дело сурьезное… А раз сурьезное, то пора очертить и какие-то общие цели. Мы пока что занимались только самим скифом, его моральным обликом, так сказать, его верой и культом Меча… А что насчет экономики? Ведь, если верить гнилушникам, миром правит экономика!

Крылов поморщился:

– Это они вдалбливают всему миру, потому что сами ничего выше своего живота не видят. Ниже видят, только и смотрят, а вот выше… Миром всегда правили идеи! И будут править. А что экономика? Цивилизацию можно повести, я говорю только для примера, и по варварскому варианту!

Откин испуганно прервал:

– Это что же… назад в прошлое?

– Вперед, – огрызнулся Крылов. – Только крайний идиот полагает, что варварство –

это дикари с дубинками…

– Тогда я этот идиот, – сказал Откин убито.

– И я, – вякнул Бабай-ага.

– Варвары, – объяснил Крылов, – это не степень культуры, а позиция. Варвар может быть и с «калашниковым» в руках, и на космокорабле!.. Идиоты те, кто думает, что сперва был варварский мир, а потом началась цивилизация. Ага, и вы так думали? Ну, с вас что возьмешь… Скифы! Мало ли что в старых книгах писали! На самом деле сперва начиналась цивилизация. Конечно, каменные топоры, копья, то да се, но уже цивилизация. Цивилизация – это когда общество способно себя обеспечить. А варвары – это народ, племя или организация, которая живет набегами, войнами, терроризмом, шантажом. Наши народы в древности считались варварами вовсе не потому, что ниже по культуре Римской империи, а за то, что ежегодно получали дань с Константинополя! Богатая цивилизация предпочитала откупаться от нас, древних славян, давала нам золото, шелка, дорогие вина, драгоценные изделия, которые мы производить не умели, а покупать не хотели. Отнять, захватить – было делом чести, делом доблести и геройства. Классическими варварскими сообществами были Киевская Русь, начиная от древних легендарных князей и кончая князем Владимиром, затем вся героическая Запорожская Сечь, где работать считалось позорным, ценилось только награбленное, затем донское казачество с его знаменитыми походами «за зипунами» на легких чайках к берегам Персии…

Откин смолчал, но Матросов быстро возразил:

– Но все эти разбойники овеяны славой. О них поют, их любят.

– Как всяких робингудов, кармалюков, довбушей, картушей, – согласился Крылов. – Мы можем использовать эту любовь… и подсознательное желание людей пограбить богатых. А когда мы награбим столько, что на нас начнут коситься как на новых богачей, тогда плавно переведем рельсы в сторону цивилизации. Грабить станем меньше, производить больше. Но дух народа останется по-прежнему полным гордости.

Раб Божий с сомнением покачал головой:

– Гордости и надменности к тем, кто зарабатывает хлеб честным путем? Но как таких людей заставить отойти от грабежей, которые есть предмет гордости, к презренному труду?

Крылов ответить не успел, вмешался Откин:

– Можно решить все. Или порешить. Но Костя этот пример привел просто так, он любит похвастаться эрудицией. Давайте действовать! А то все разговоры, разговоры…

Глаза его горели как фонари, лицо подергивалось, а руки не находили себе места. Он то вставал, готовый бежать немедленно строить державу скифов, то вынужденно опускался, страшась пропустить что-то важное.

Мягко и деликатно позвонил аппарат, заиграли огоньки. Крылов снял трубку.

– Господин Крылов, – послышался из мембраны голос охранника, – к вам посетитель. Говорят, вы его знаете. Назвался Максом Тимонофым.

Крылов ощутил недоброе предчувствие. Тимоноф, Тимоноф… Был граф Тимоноф, известный какими-то победами при Петре или Екатерине, забыл. Был еще… ага, приходил с этой фамилией некий уполномоченный по связям. Подтянутый и молодцеватый, такими не бывают даже кадровые военные. Вообще-то наши военные – это нечто толстое и с одышкой, брюхо свисает через пояс до колен, щеки на плечах, но тот уполномоченный по связям выглядел подтянутее даже дворянчиков царской армии, так сейчас выглядят только ребята из самых разных формирований. Добровольных, ессно…