Скифы
Шрифт:
Раб Божий сказал с сомнением:
– Насчет очертаний государств – знаю, но чтоб языки…
Крылов сказал победоносно:
– А как был возрожден иврит? Не знаете?.. Его никто в мире уже не знал, и никто, естественно, на нем не говорил. Но вот появился один полусумасшедший, который выучил иврит по пыльным архивам, по старинным летописям и хроникам. Но он был один-единственный на всю планету!.. И вот он, чтобы умножить число своих сторонников, нарочито для этой цели женился на одной женщине, довольно безобразной, которую никто в жены не брал, но которой замуж хотелось… Условие он поставил ей только одно: дома они
– Лихо, – присвистнул Откин.
Все слушали с интересом.
– Дальше не так интересно, – сказал Крылов. – Бедной бабе ничего не оставалось, как согласиться. Вот так и пошел возрождаться иврит. Но до сих пор там каждый день рождаются казусы… К примеру, слово «каббала» обозначает и запись в книге жалоб, и железнодорожное расписание. Ведь слова надо либо придумывать заново, либо расширять значение старых! К слову, для иврита пришлось придумать целый массив искусственных слов. Даже имен пришлось создать где-то две трети. Так что, ребята, нам со скифским намного проще.
– Ничего себе проще, – обиделся Откин, – когда это воровать было проще?
– Не воровать, – бухнул Тор, – а заимствовать.
Крылов поморщился:
– Не заимствовать, а возвращать себе захваченное мародерами. Все эти удачные слова, определения, имена, религии, философии – это все наше по праву! Просто мародеры некогда растащили скифское достояние по своим мелким странам. Большую часть бездарно сгубили, не в состоянии воспользоваться по своему скудоумию высокими скифскими достижениями, а остальное извратили, изгадили… Мы просто возвращаем себе свое… учтите, без малейших угрызений совести, как мучились бы наши больные потомки, а теперь уже и предки – русские!
Тор просиял, сказал кровожадно:
– Ага!.. Мы исчо им, гадам, счет предъявим. Что растащили, что плохо обращались, не сохранили, изгадили. Все они, гады, виноваты! Только мы – хорошие.
Крылов поморщился. Тор вообще-то абсолютно прав, но некоторые понятия все же лучше прятать в шелуху красивых и торжественных слов, как приучены политики.
Дверь с грохотом распахнулась. Тор умолк на полуслове. В комнату ворвался раскрасневшийся Денис-из-Леса, длинные волосы растрепались, глаза навыкате, пасть распахнута в радостном визге:
– А че я знаю!
Скифы вскакивали, предчувствуя сенсацию. Раб Божий спросил благовоспитанно:
– А кричишь чего?
– Телеграмма! – вскрикнул Денис-из-Леса.
Крылов поморщился:
– От кого? Чего орешь?
– Телеграмма из Венгрии! – прокричал Денис-из-Леса еще громче. Похоже, в соседней комнате ему приходилось все время кричать, чтобы разговаривать. – Нам шлют свои поздравления… скифы Угорщины. Эта так Венгрия называлась раньше. Там, как мы уже знаем, создали кружок скифов, народ к ним потянулся… сперва из озорства, потом уже с интересом, и за три месяца скифы от нуля вышли на четвертое место среди всех партий страны!
Кто-то присвистнул:
– Скифы Венгрии?
Крылов объяснил как можно солиднее, хотя внутри прыгала щенячья радость:
– Ребята, это, конечно же, приятно… но это вовсе не неожиданность. Ведь скифская держава распространялась не
В комнате была напряженная тишина. Потом Тор бросился к полкам с энциклопедией, он предпочитал старые методы, чем поиск на CD или по Интернету, а Бабай-ага, самый нетерпеливый, спросил жадно:
– Тогда… могут быть еще наши очажки за рубежом?
– Будут, – заверил Крылов. – Только эти рубежи скифы, мы то есть, не признаем, понимаете? Мы – разделенный народ, который стремится воссоединиться.
Он перехватил горящий взгляд Тимонофа. Грудь его раздулась, плечи выпрямились. Если у бывшего русского националиста еще и оставались сомнения, стоило ли распускать свою организацию, то теперь увидел перед собой великую сверхцель. Великая Скифия может быть даже более крупной империей, чем Великая Россия в период расцвета!
– Мы воссоединимся, – пообещал он. – Если понадобится, то воссоединимся, как воссоединил Бисмарк Германию! Железом и кровью.
Раб Божий вздрогнул, ему очень не нравилось любое упоминание о железе, тем более – о крови, сказал почти умоляюще:
– Не слишком ли мы… разогнались? Можно разбиться, не совладав со скоростью. Мы прямо на ходу перекраиваем всю историю, а это… это немыслимо!
Все как-то посерьезнели. Крылов ощутил опасный момент, когда вся громадина действительно может рухнуть… или пусть не рухнуть, но дать серьезные трещины, а потом они будут латать эти трещины, латать и латать, пока не осточертеет, за это время растеряют всех энтузиастов с коротким дыханием, а энтузиасты все с коротким…
– Ребята, – сказал он убеждающе, – вы что, не видите, что мы всегда пересматриваем оценку любого человека после его смерти? Даем иную оценку тому, что было раньше? Если при их жизни, к примеру, Ленин и Сталин были чуть ли не богами, а после смерти так и вовсе стали… на некоторое время, то потом их втоптали в грязь вместе с обломками их прекрасного дворца-коммунизма. Мы пересматриваем роли царя Николая, Петра Великого, раз в пять лет регулярно переводим из великих гениев и подвижников в величайшие преступники и полуидиоты, а потом – обратно, мы Рюрика объявляем то славянином, то немцем, то шведом, то ругом, то русом-германцем… История наполнена нашей выдумкой! Она вся – выдумка. Все было не так, как мы учим, как нам преподают, ибо каждому поколению преподают сказку, легенду, придумку. Так почему же мы должны держаться за те факты и выводы, которые делает официальная история именно в этот день?.. Да завтра она согласится с нашими данными! Нашей оценкой!
Раб Божий смолчал, возразить явно хотел, видно по лицу, но слишком медленно ищет доводы, а нетерпеливый Тор бухнул, как в пруд уронил свой знаменитый молот:
– В самом деле, история подобна гвоздю, на который можно повесить все, что угодно. Вот и повесим свое собственное видение истории.
– Подделка под старое, – предостерег наконец Раб Божий, – убивает старое!
– А кто говорит о подделках?
Крылов сказал:
– Но собак на себе поносить придется. Есть горькая истина: человек, который на сутки раньше других узнал какую-то истину, эти сутки ходит в придурках, идиотах, сумасшедших… А через сутки все пожимают плечами: но это же так очевидно! Подумаешь, сделал открытие. Все равно придурок.