Сколько стоит любовь

Завгородняя Анна Александровна

– Боишься? Но я не кусаюсь, Аврора! – он усмехнулся и я, решительно протянув руку, осторожно прикоснулась к его груди, и мне понравилось то ощущение, которое последовало за этим прикосновением.

Да и что уж говорить! Мне просто нравился Бен. Все в нем, начиная от дерзкого взгляда, полного желания и любви, и этого тела, такого сильного, такого…моего…

Бен несколько секунд терпеливо ждал, пока я пробегусь пальчиками по его гладкой коже. А я, словно потеряв всякий стыд, гладила широкие плечи, сильную спину, позволив своим непослушным рукам опуститься ниже на пояс его штанов. Более того, я разрешила себе и более

раскрепощенную дерзость, когда, погладив твердую грудь, пробежалась пальчиками ниже, по плоскому животу, очертив каждый мускул на идеальном теле супруга.

– Нет, все, - перехватив мою руку, Бен поднес ее к губам и поцеловав, произнес, - твоя неопытность сводит меня с ума. Я никого и никогда не хотел и не захочу так, как хочу тебя, моя маленькая жена. Но если ты еще раз прикоснешься ко мне, боюсь, моя выдержка потерпит жалкий крах. Я и так слишком долго ждал тебя.

Он потянулся ко мне и поцеловал. Снова. Жарко. Жадно.

Натиск был одновременно нежным и уверенным. Я и сама не поняла, как оказалась лежащей на кровати, а Бен, склонившись надо мной, продолжал целовать меня снова и снова, в то время как его руки осторожно приподняли сорочку и скользнули по бархату кожи на внутренней стороне бедра.

– Бен! – ахнула я.

Страха не было. Разве что самую малость.

– Не бойся, Аврора. Я никогда не причиню тебе боль, - ответил Бен и снова поцеловал меня.

Ласки стали смелее, жар опалял тело, пробуждая во мне то женское, что прежде словно спало, ожидая своего момента, открывая меня навстречу любви одного-единственного на свете мужчины, который имел для меня значение.

– Люблю тебя, - шепнул Бен и я, заглянув в его темные глаза, ставшие почти черными от охватившей нас обоих страсти, сама потянулась к мужу, притягивая его к себе ближе.

Наши тела переплелись, став единым целым. Где-то за окном небо озарила вспышка молнии, но прогремевший гром показался мне лишь еще одним ударом сердца, одного на двоих. Нашего с Бенедиктом.

– Моя, - шепнул Кэшем, переворачивая меня так, что я теперь лежала сверху.

– Твоя, - шепнула я в ответ, ощущая одновременно пустоту внутри и заполненность от нашего единения.

А затем тело словно обрело странную легкость. Ахнув, я увидела, как широко распахнулись глаза Бенедикта, а меня, словно пушинку, которая не весила ничего, подняло над кроватью. Волосы упали вниз, мешая обзору. Я вскрикнула от испуга и из груди вырвался непонятный яркий свет, озаривший все вокруг и лицо Бенедикта, застывшее в удивлении.

А спустя миг я также плавно, как до этого поднялась в воздух, опустилась прямо в руки мужа, вцепившись в него с долей испуга.

– Что это было? – ахнула я и Бен тихо произнес в ответ:

– Думаю, это пробудилась твоя сила. Боги, Аврора! Но я не уверен, что прав.

Он прижал меня к своей груди, покрывая волосы поцелуями, а я, в свою очередь, прижалась к нему, пораженная тем, что произошло. И не осознавая полностью, что это все-таки было.

*********

Я проснулась с первыми лучами солнца лежа в постели в объятиях мужа. Бенедикт еще спал и, открыв глаза, осторожно повернулась в его руках, стараясь не потревожить сон спящего, но не спеша покинуть его на нашем брачном ложе. Устроилась, подложив под щеку ладонь, и посмотрела на безмятежное лицо Кэшема, ощущая нежность, переполняющую сердце.

Все, что произошло между

нами было так прекрасно, что мне хотелось петь подобно птице. Казалось, что стоит подняться с кровати и я взлечу ввысь, легкая, словно пушинка, и еще никогда жизнь не казалась мне такой прекрасной и полной, как сегодня.

Во сне Бен был совсем другим. Он казался мягче, нежнее. Суровые черты лица разгладились, и муж выглядел даже моложе, став совсем похожим на мальчишку. Темный завиток волос упал на его высокий лоб и я, не удержавшись, потянулась к пряди рукой, чтобы убрать ее, когда Кэшем открыл глаза и наши взгляды встретились.

– Ой, - проговорила неловко.

– Ой? – он улыбнулся и вопросительно изогнул бровь. Менее всего он походил на человека, который только что проснулся.

– Ты что, не спал? – догадалась я.

– Скажем так, проснулся немногим раньше моей прелестной супруги и хотел дать ей шанс рассмотреть меня как следует, - последовал ответ. Голос у Кэшема был немного хриплый спросонок, а у меня отчего-то от этих сиплых ноток по спине пробежали мурашки и сладко заныло где-то внизу живота.

Несколько секунд лежали молча, затем Бен с видом жадного собственника приподнявшись, сгреб меня в охапку и прижал к себе, зарывшись лицом в мои волосы.

– Как ты? – спросил муж шепотом. – Ничего не болит?

– Нет, - я покачала головой. – А должно?

– Ну, скажем так, я применил самую малость магии, но сегодня тебя стоит поберечься. Оставайся в постели, а я составлю тебе компанию. Могу кормить с ложечки и читать какую-то милую и по- романтически глупую, книгу, пока ты будешь отдыхать и набираться сил.

– Чтобы твоя проницательная матушка все сразу поняла? – спросила я с насмешкой.

Ох, у меня были вопросы, относительно этого света. Да мы ночью с Беном не на шутку перепугались, когда я взлетела в воздух! Что это могло быть? Неужели магия майнеров сбросила последние оковы после проведенной с Кэшемом ночи? Но я не слышала ничего такого. Хотя, если говорить честно, о майнерах известно мало. Что, если у женщин этой крови есть такая особенность? Что, если у нас дар пробуждается полностью только после того, как мы становимся женщинами?

Что-то подсказывало мне, что леди Вайолет могла знать ответ на этот вопрос. Но обратиться к ней с подобными вещами, означало признать тот факт, что первая брачная ночь у нас с Бенедиктом состоялась не тогда, когда было положено, а только теперь.

Что она скажет? Не догадается ли, что мы пытались ее прежде обмануть?

Нет, надо искать другой источник, чтобы все узнать. Герцогиня будет очень огорчена, узнав об обмане. А в том, что она обязательно все узнает, если дать ей повод усомниться в нашем с Кэшемом браке, я была просто уверена.

– Да. Моя матушка могла бы стать отличным дознавателем, - усмехнулся Бен. – Не стоит им с отцом знать о нашем обмане. Тем более, что этот брак более не фиктивный, - он легко поцеловал меня в макушку, а я, в свою очередь, обняла мужа руками, положив голову ему на грудь, слушая, как сильно бьется там его любящее сердце.

На миг вспомнила все то, что вытворяла ночью. А точнее, что мы вытворяли вместе, и лицо залила краска.

– Я думаю, что смогу найти информацию о том, что случилось с тобой, - проговорил Бен и его левая рука принялась поглаживать мое плечо, отчего под кожей пробудилось уснувшее было пламя.