Сколько стоит любовь
Шрифт:
– Жаль. Но что поделаешь. Я буду надеяться, что у леди Авроры Роттенгейн найдется свободный танец и для меня, - и с поклоном отправился прочь, а я, отвернувшись, тихо рассмеялась, не совсем понимая, чем вызван смех. То ли радостью избавления от навязчивого мужчины, то ли облегчением от осознания того, что Бенедикт пришел на ужин к Тилни, как и обещал.
– Леди Аврора, - Кэшем подошел ко мне. – Вы позволите сопровождать вас сегодня к обеденному столу?
Уже после этих слов матушка словно окаменела. А Алиса, хитрая лисичка, широко улыбнулась. Теперь она все поняла, как,
– Конечно же, милорд, - милостиво улыбнувшись кавалеру, я приняла его руку и тут только поняла, что в холле царит тишина.
За нами наблюдали все, кто находился рядом. А леди Тилни совсем откровенно смотрела то на меня, то на Кэшема.
Зная ее не только как добрейшую женщину, но как и отъявленную болтушку, я поняла, что уже завтра утром новость о том, что лорд Кэшем пригласил некую леди Роттенгейн на танец и, более того, решил сопровождать ее весь вечер, облетит всю столицу. Но нам с Бенедиктом это лишь на руку. И да, про себя я решила, что буду называть его мысленно по имени. Все же, мы будем мужем и женой. Надо привыкать.
– Дорогая, ты в порядке? – обеспокоился состоянием матушки наш отец.
– Воды? – учтиво предложил Бенедикт.
Мама лишь глазами захлопала, но тут же покачала головой.
– О, - сказала она. – Здесь слишком жарко. Мне просто на миг сделалось дурно, - а сама почти неприлично внимательно посмотрела на Кэшема. Бенедикт ответил улыбкой, при этом продолжая держать меня под руку.
– Ну что же мы все стоим?
– оживилась леди Фиона. – Пройдемте в зал. Все уже готово к ужину. А после нас ждут танцы и веселье! – сказала хозяйка дома и снова посмотрела в нашу с Кэшемом сторону, явно не веря тому, что видит.
– Я надеюсь, ты объяснишь мне все сегодня дома? – шепнул отец, наклонившись ко мне на миг, после чего, взяв под руки матушку, почти заставил ее идти следом за леди Тилни.
– Алиса! – из толпы приглашенных появился Дэвайс. Он пошел нам навстречу широко и мило улыбаясь, одетый еще в синюю форму королевства. Стоило признать, что она ему очень шла.
Сестрица тут же оставила нас и поспешила к своему жениху. И никто, ну ни один джентльмен или леди, не посмотрели в ее сторону. Кажется, сегодня только мы с Бенедиктом привлекали внимания общества. И впервые я не чувствовала себя дурнушкой, попавшей на сказочный бал благодаря чужим чарам, а не собственному имени и состоянию.
Глава 5.
– Да мы с вами произвели фурор, милая леди Роттенгейн, - шепнул Бенедикт, склонившись к моему лицу, пока мы шествовали в обеденный зал, обтекаемые другими приглашенными. Прикосновение его руки даже через тонкую ткань перчатки было теплым и сильным. Нет, я даже сказала бы, надежным, что совсем не сочеталось в моем представлении с образом повесы.
На душе было легко и неуместно весело. Если бы не окружавшее меня общество, я бы наверняка рассмеялась бы в голос и совершенно точно напугала бы своего
Косые взгляды льстили самолюбию. Оказывается, я не была лишена этого чувства. Особенно после трех лет, когда просидела в сторонке, пока другие милые леди веселились, танцевали, получали внимание и комплименты и в итоге выходили замуж, в то время как я возвращалась домой с родителями, чтобы на следующий сезон все повторилось снова.
Сегодня же произошло нечто удивительное, что подняло меня не только в глазах общества, но и в собственных.
Эмоции переполняли, сдавливали грудь. Мне было тесно в этом платье, но я делала вид, что все идет так, как надо и несла себя гордо, держа под руку самого завидного жениха этого сезона.
– Знаете, мне очень приятно видеть все эти удивленные лица, - продолжил Кэшем. – Давно было пора встряхнуть болото под названием общество.
Матушка, шагавшая впереди под руку с отцом, не удержалась. Оглянулась с таким видом, словно ожидала, что я следую за ней в гордом одиночестве, а мой кавалер сбежал. На ее лицо было приятно смотреть. На моей памяти мама впервые выглядела так сконфуженно.
Я улыбнулась ей и тихо ответила Бену:
– Вы называете болотом наш мир, милорд?
– Да. Я называю его таким, каким вижу. Поверьте, я не зря отправился на военную службу. Хотел увидеть жизнь вне столицы.
– Увидели? – спросила шепотом.
– О, да. И мне, признаться, понравилось.
– Что же заставило вас вернуться в болото? – я не удержалась от сарказма.
Кэшем рассмеялся.
– Вы не поверите, но это сыновний долг.
– Вы, наверное, удивитесь, но поверю, - ответила и позволила милорду подвести меня к столу. Подоспевший лакей показал нам наши места. Рядом с приборами лежали карточки с именами. Но что поразило – это тот факт, что Кэшем оказался сидящим рядом со мной, а то время как лорд Харбор, хвала богам, находился на другом конце стола, явно на более хорошем месте и близко от хозяев дома.
Я перевела взгляд на Бенедикта, уже догадываясь, что произошло.
– Я не просто так отсутствовал, - пояснил он. – Пришлось немного постараться и вот мы сидим рядом. Но, признаюсь, лорд и леди Тилни были крайне удивлены моей просьбой.
– Они, как и мама, не верили в подобное чудо, - пошутила я и повернув голову с облегчением увидела, что отец и мать сидят через несколько мест от нас.
«Какое облегчение!» - мелькнула мысль в голове.
Первыми за стол сели хозяева дома и все леди. Затем места заняли мужчины. Кэшем сам пододвинул мне стул, а затем присев рядом, с улыбкой произнес:
– Полагаю, вы подарите мне еще несколько танцев сегодня, леди Роттенгейн?
Да я бы с радостью отдала их все, но это противоречило этикету. К тому же, благодаря Алисе, мои свободные танцы будут заняты лордом Дэвайсом.
Вспомнив о сестрице, я посмотрела по сторонам и почти сразу увидела Алису, сидящую рядом со своим избранником. Мы обменялись взглядами, и сестра вопросительно приподняла брови.
«После расскажу! Обещаю!» - одними губами ответила я.
«И ты не сможешь уйти от разговора!» - ответили ее глаза.