Сколько стоит любовь?
Шрифт:
– К Селии?
Он делал все возможное, чтобы отвлечь Флик, пока Рас подсаживал Аделаиду в карету. При этом он не отпускал руку Прис.
– Совершенно верно, – кивнула Флик, глядя на Юджинию, лучезарно улыбавшуюся племяннице. – Леди Селия настаивала! И очень просила привести тебя.
Диллон охотно поверил такой настойчивости.
– Поезжайте. Мы с Прис последуем за вами в моей коляске.
– Лучше наоборот, – возразила Флик. – Твои вороные не потерпят, когда придется тащиться за нами.
– Леди Присцилла,
Она смерила его оценивающим взглядом, после чего повернулась и осмотрела вороных.
– Лошади Флик неплохие, но если у меня есть выбор, предпочитаю ваших.
Они отошли от остальных. Он повел ее к коляске и помог сесть. Она вдруг спросила:
– Можно, я буду править?
Диллон схватил поводья.
– Только через мой труп.
– Откуда тебе знать? Я прекрасно справлюсь.
– В самом деле?
Пока колеса грохотали по лондонским улицам, Прис безуспешно пыталась убедить Диллона передать ей поводья вороных. И когда он остановил экипаж перед домом Селии Кинстер, настроение у нее было, мягко говоря, неважным. Правда, она тут же отвлеклась при виде избранного общества. Диллон встревожился, опасаясь, что какая-нибудь дама из клана Кинстеров или из их ближайших подружек не выдержит и проговорится Прис о его стратегии. Но хотя леди быстро разгадали, в чем дело, и немилосердно издевались над ним, а Хелена, Горация и Онория были опасно близки к тому, чтобы сделать весьма прозрачный намек в присутствии Прис, все пощадили его – до поры до времени.
Такое великодушие было вполне объяснимо. Они ожидали от него решительных действий. И полного успеха.
– Честно говоря, – проворчал он в ответ на расспросы Флик о том, как подвигаются дела, – лучше бы я отчитывался перед комитетом «Жокей-клуба» о расследовании очередной аферы с подменой, о существовании которой не подозревал, чем стоять перед лицом инквизиции.
– Но ведь ты не потерпишь неудачи, верно? – усмехнулась Флик.
– Нет. Просто не стоит давить на меня с таким энтузиазмом.
Флик ободряюще погладила его по руке.
– Джентльмены вроде тебя лучше реагируют на искусное давление, – бросила она и уплыла прочь, прежде чем ошеломленный Диллон нашелся что ответить.
– Искусное? – проворчал он неожиданно появившемуся Вейну, деверю Флик. – Они так же искусны, как Эдуард I, Бич Шотландии.
– Нам всем пришлось выносить то же самое, – ухмыльнулся Вейн. – Как видишь, все живы. Ты тоже справишься.
– Очень на это надеюсь, – пробормотал Диллон и представил Вейну подошедшую Прис. Вейн поклонился, бросил на Диллона понимающий взгляд, словно осознав причину неуверенности друга. Никто из тех, кто ранее поднимал перчатку, брошенную будущей леди Кинстер, не имел дело с женщиной, подобной Прис.
– Я хотел поздравить вас… – Вейн обвел взглядом Диллона, Прис и Раса, –
– А что вы слышали? – полюбопытствовала Прис. Вейн улыбнулся. Наблюдая за ними, Диллон отметил, что легендарное обаяние Кинстеров не произвело на Прис видимого эффекта: она просто ждала ответа. Вейн мельком взглянул на Диллона, так мимолетно, что Прис вряд ли заметила легкий кивок.
Выбирая слова с особой тщательностью, он пояснил:
– В клубах царит атмосфера всеобщего восторга. В более скромных местах, тех, что ниже рангом, старшее поколение мудро кивает, обменивается комментариями и советует младшим держаться подальше от тех, кто способен втянуть их в подобные аферы. Те же, кто пребывает в самом низу, скоры на язык и уничтожающие реплики. Там прежде всего ищут виноватого.
– Но пока так и не нашли? – осведомился Диллон.
– Об этом мне ничего не известно, хотя на розыски негодяя отправлено целое войско. Но есть человек, который может пролить свет на эту тайну.
Вейн кивком показал на другой конец комнаты.
Обернувшись, Прис увидела еще одного высокого, элегантного и явно опасного джентльмена. Должно быть, все Кинстеры делались по одной отливке. С первого взгляда становилось понятно, что Диллон – неотъемлемая часть их круга. Та же самая элегантность, вальяжность в состоянии покоя, как у сытого кота… и все это способно молниеносно измениться, превратившись в безжалостную ярость хищника, которую не скроет маска светского джентльмена. Та же самая сила, не физическая, хотя присутствовало и это, а сила духа, сила воли и стальная решимость.
Оглянувшись на вновь прибывшего, она увидела в нем те же качества. Когда он отошел от матери и направился к ним, в мозгу всплыл образ, знакомый по историческим романам. Рыцарь в латах с поднятым мечом. Не агрессор, но защитник.
– Леди Присцилла? – Гость склонился над ее рукой. – Габриэль Кинстер. – Кивнув Диллону и Вейну, он поспешно заметил: – У меня новости: не совсем то, на что я надеялся, но все же.
– Я как раз рассказывал леди Присцилле и Диллону, что преступный мир вне себя от злости.
Габриэль перевел взгляд сначала на Вейна, потом на Диллона.
– Понятно, – чуть поколебавшись, пробормотал он. – Мой отчет вполне совпадает с твоим.
Прис слушала Габриэля, который описывал, как его приятели в мире финансов подтвердили, что многие короли преступного мира понесли огромные потери из-за провала аферы на скачках.
– Босуэлл ушел на дно и вряд ли покажется в ближайшее время, трое остальных готовы последовать его примеру. И хотя открыто никто не ликует, многие, включая новые силы полиции, безмерно довольны вашим успехом.