Сколько стоит небо
Шрифт:
– А что говорит Вальдемар?
– спрашивает человек.
– Да ничего он не говорит. Ты же его знаешь, он себе на уме. И планами вряд ли будет делиться, - отвечает до боли знакомый голос.
– Сказал только, что надо ждать.
– И сколько мы уже ждём?
– фыркает мужчина.
– Седьмой год пошёл!
Русоволосый эльф только головой качает, ничего не говоря. Тут я невольно подаюсь вперёд, чтобы услышать, о чём там бормочет этот человек ему. Но вдруг соскальзываю вниз и...
Очнувшись, я увидел нависшего над собой
– Только не говори, что я опять во сне кричал, - закрыл голову подушкой я.
– Неа, - протянул в ответ мой рыжий друг.
– Просто мне скучно стало, хотел тебя разбудить, чтоб в эти... как их... о, точно! Чтобы в шахматы поиграть. Подхожу, а тут ты сам просыпаешься. А тебе что, опять страшилка какая-то снилась?
Я только махнул рукой в ответ и посмотрел за окно. Темень непроглядная, а эта зараза рыжая "хотела меня разбудить, чтобы в шахматы поиграть". Совести у него, что ли, нет? Но уснуть я всё равно сейчас не усну, потому что буду думать над этим странным сном. А для того, чтобы играть с Дельвигом, много думать не надо, не в обиду ему будет сказано. И раз уж он сам захотел...
– Ты слышал?
– Мне очень не понравились эти странные шорохи за дверью.
– Что?
– не понял Дельвиг.
– Тс-с! Замри. Вслушайся и постарайся не издавать ни звука, - шёпотом сказал я, на цыпочках осторожно подходя к двери.
В этот момент она резко распахнулась. В неясном полумраке мне удалось различить силуэт, с порога метнувшийся ко мне. Блеснул в свете огонька свечи тонкий стилет. Еле успев увернуться, я очутился рядом с кроватью. Кувырок, и вот она разделяет меня и... кто же это? Наёмный убийца, получается? Впрочем, времени на размышления нет. Меня почти зажали в угол, но я проскочил под нападавшим. Правильно Леон мне говорил, нельзя так широко ноги расставлять. Тут не то, что маленький эльф проскочит, тут целого дракона можно протащить.
Развернувшись навстречу убийце - в том, что этот человек таковым является, я уже не сомневался, - потянулся к мечу, прислонённому к изножью кровати, но не смог из-за нового удара со стороны мужчины. Только и успевал уворачиваться, уводя его подальше от Дельвига. Кстати! А почему эта рыжая зараза ничего не предпринимает? Хотя, зря я так подумал. Сораль, незаметно подкравшись к увлёкшемуся мной убийце, ударил его по голове шахматной доской. Мужчина отвлёкся, я поставил ему подножку, а ещё один сильный удар Дельвига в конец подкосил его и вывел из строя.
– Я его убил?
– дрожащим голосом просипел Дельвиг, выронив доску из рук.
– Нет, - успокоил я друга, склоняясь над телом и нащупывая на шее пульс.
– Не убил. Оглушил только. Да и не тяжёлая эта доска, чтобы ей можно было кого-то убить.
Успокоенный моими словами Сораль потянулся к стилету, но я вовремя перехватил его руку.
– Рукоять может быть отравлена, на всякий случай иногда так делают, - припомнил я один из рассказов, которым поделился со мной Нейвир. К тому же перчатки на руках убийцы имелись.
– Лучше пока его связать чем-нибудь.
– И кого-нибудь позвать!
– сразу метнулся к двери Дельвиг,
Связывать пришлось подручными материалами, а именно покрывалом с кровати. Успел вовремя - мужчина, оказавшийся полуэльфом, уже начал приходить в себя. Осознав, что произошло и в каком положении он сейчас находится, наёмный убийца нахохлился, всем своим видом показывая, что ничего не расскажет. А я допрос и не собирался вести. Пусть этим делом профессионалы занимаются.
Долго играть в гляделки с пойманным не пришлось - явился Йенем со свитой, состоящей большей частью из гвардейцев его величества. Одетые во всё чёрное, и только ал'амаги были белоснежными, с гербом дома Харидан на спине - серой башней на синем фоне. Сзади неуверенно топтался на одном месте Дельвиг, скромно опустив глаза долу. Ксавьер как-то недовольно на него поглядывал, то и дело поправляя сползающие с носа очки.
– Ни малейшего понятия, как ему удалось пробиться в мои покои!
– пожал плечами король, кивнув в сторону моего друга.
Спелёнатого по рукам и ногам - я очень старался!
– полуэльфа кое-как подняли и вытащили из комнаты. Рукоятка стилета и вправду была отравлена, тут я оказался прав. На всякий случай у двери оставили дежурить нескольких гвардейцев, но вряд ли покушение повторится. Разве что убийцу в эту ночь подошлёт кто-то ещё.
– Ненормально это, ой ненормально, - покачал головой подошедший Йенем.
– Простите, что?
– поднял я на него глаза.
– Ведёшь ты себя странно, вот что. Тебя убить хотят, а ты сидишь себе на диванчике, сложив ручки на коленях, и виду не подаёшь, что случилось что-то такое.
– По-вашему, я должен сейчас колотиться в нервном приступе? Дрожа, забиться в угол и стучать зубами? Требовать, чтобы вы мне выделили охрану? Просить увезти меня из столицы? Паника в этом случае неуместна. Телохранителей вы мне и так выделите. Из столицы вряд ли увезёте. Я что-то упустил?
– спросил я, внешне оставаясь спокойным. Но только внешне. Внутри же меня и вправду колотило, сердце рвалось наружу. Кровь стучала в висках, я вынужден был прилагать огромнейшие усилия, чтобы не выдать себя дрожью пальцев. Хотелось забраться куда-нибудь, где меня никто не увидит, и сидеть там до скончания веков.
– Ну ты даёшь!
– даже присвистнул Йенем.
– Это тебя Нейвир научил, да?
Нет, Нейвир меня этому не учил. Я сам научился, оказавшись на улице. Никогда ничему не удивляться, не показывать своих эмоций. Пусть сердце будет холодным, а разум - горячим. И плевать, что всё, по мнению людей, должно быть наоборот. Эмоции, вот что мешает думать рационально. Вот из-за чего людьми совершаются нелогичные, на первый взгляд, порывы и поступки. Однажды чуть не ввязался в драку, поняв, что если меня сгонят с выгодного места, то о еде в ближайшие несколько дней можно и не мечтать. И если бы я дал чувствам верх тогда, скорее всего здесь меня бы уже не было. Да, я остался голоден в тот день, зато живой и относительно здоровый.