Сколько стоит небо

Голобокова Мария

Чёрная сталь. Не воронёная, а именно чёрная. В солнечных лучах на клинке, сделанном из этого материала, появлялись свои сполохи, разного цвета. Это - не простое оружие. Это - настоящий эльфийский клинок. Такой должен был появиться у меня в пятнадцать лет.

Я убрал лезвие в ножны, поднял глаза на Тисса, но вопроса задавать не стал. Он и так прекрасно понимал, о чём я сейчас хочу его спросить. Понимал, что мне ни за что не хватит слов, чтобы отблагодарить его, выразить всю свою признательность.

–

Это не имеет значения, - улыбнулся мне Всадник.
– Лучше заверни своё новое оружие и положи его в сумку.

– Тисс, я...

Наставник положил руку мне на плечо, заставил посмотреть на него, встряхнув.

– И куда его дену? Сам, что ли, буду носить? Так он мне не по руке. Да и не будет петь для меня этот клинок. Я знаю, какие слухи ходят о вашем оружии. Знаю, что из них - правда. Такие клинки поют только для тех, кто этого достоин. Не хочешь проверить?

Я сжал ножны в руках, кивнул.

– Ложись спать, - твёрдо сказал он. И в его голосе промелькнули нотки, с которыми я не посмел бы поспорить, - нам завтра рано вставать.

Меня разбудили пинком. Я вылетел из тёплой кровати вместе с одеялом, которое значительно смягчило моё приземление. Самодовольный Тиссар наклонился надо мной и, убедившись, что я проснулся, сказал одеваться скорее, потому как через пятнадцать минут мы вылетаем.

– А завтрак?
– протянул я, запутавшись в одной штанине и упав на кровать.

– Проспал ты свой завтрак!
– рявкнул на меня Тиссар, появившись в дверях с сумкой, которую тут же кинул мне.

Я еле успел поймать её, покачнулся, но равновесие удержал и не свалился на пол. И, как поймал, кинулся за Тиссом, обогнал его на лестнице и поднялся первым на площадку.

Сегодня я полечу на драконе!

– Ишь, какой счастливый, - усмехнулся Тиссар, увидев, как я предвкушающее выплясываю рядом с Аршарес.

Дракона сидела на задних лапах и вяло мотала хвостом туда-сюда, видимо, тоже ещё до конца не проснувшись. Она ободряюще мне оскалилась, выдохнула струйку пара и качнула головой.

– Ну, чего стоишь? Взбирайся в седло!

Я, нервно сглотнув, посмотрел на стремя, висевшее в полутора метрах над моей головой. Аршарес, покосившись на меня, рыкнула, пытаясь поддержать. Я сглотнул ещё раз, прикидывая, как бы половчее прыгнуть, чтобы не опозориться перед Тиссом. Ведь, наверняка, очередная его проверка на сообразительность!

Тиссар со вздохом попросил дракону лечь, поднял меня за подмышки и усадил. Я вцепился руками в луку седла, наблюдая за своим наставником. Он запрыгнул наверх одним слитным отточенным движением. Я невольно пригнулся, наклонился вперёд, чтобы не мешаться ему. Тисс поправил сумку, закрепил страховку к специальному креплению и достал верёвку - привязать меня. Когда

с мерами предосторожности было покончено, Тисс достал из сумки очки Всадника. Ярко-оранжевые выпуклые стёклышки крепились к специальному каркасу, края которого, прилегающие к лицу, были прорезинены. Очки приделывались к специальному ремешку, с помощью которого можно было регулировать его длину. Нацепив на меня одни очки, Тиссар щёлкнул меня по носу, одел свои и взял поводья.

Мир вокруг теперь воспринимался как-то странно. С одной стороны краски стали больше отдавать в рыжий, но с другой, если подумать, такие очки защищали от встречного ветра в лицо при полёте. Так что я смогу спокойно насладиться пейзажем.

Тисс дёрнул поводья, щёлкнул языком, и Аршарес поднялась, слегка пригнулась, а потом прыгнула. Резко и из-за этого у меня закружилась голова. Но это было отнюдь не неприятное ощущение. Я всегда хотел понять, каково это - сидеть на драконе, который готовится взлететь. И, мало того, что я теперь это узнаю, так ещё и полечу на нём!

Раздался хлопок крыльев, ещё один... Мы рывками стали подниматься в воздух, а земля всё удалялась и удалялась. Вдруг дракона сделала резкий рывок вниз, и я невольно зажмурился. Но потом, почувствовав, что мы поднимаемся, я глаз не раскрыл. Только крепче сжал верёвку, связывающую меня с Тиссом, боясь даже вдохнуть.

– Открой глаза!
– Не просьба - приказ прозвучал в моей голове. И голос странный, незнакомый, просто еле понятный шёпот на краю сознания.

– Открой!
– снова повторил этот голос, но уже настойчивее.

И я подчинился ему, распахнул глаза и увидел. Увидел колышущееся внизу изумрудное поле с небольшими светло-песочными островками в нём - полями, на которых можно было разглядеть точечки - работающих в поле людей. И небо, небо вокруг, ставшее ещё ближе. Рядом не было ни одного облачка, только там, ещё выше, были лёгкие белые росчерки.

Я осмелел, подался вперёд, наклонился вниз сильнее, отпустил из рук верёвку. Мне не мешал нарастающий голод, я не боялся того, что до земли огромное расстояние. Одного осознания, чувства, мысли о том, что я лечу, хватало, чтобы страх пропал. Существовал только полёт.

Было только бесконечное небо вокруг.

Больше - ничего.

По пути я пару раз чуть не свалился вниз, окончательно потеряв боязнь высоты. Тиссар ругался, говорил, что это скверно, но я его не слушал. Прикрыв глаза, наслаждался ветром в лицо.

В крепости мы оказались ближе к ночи, когда я, уже растеряв все свои силы и радость, почти дремал, опершись спиной на Тисса. Аршарес приземлилась во дворе крепости мягко, но я всё же почувствовал, что полёт закончился, и открыл глаза, сонно глядя по сторонам.