Сколько стоит ваше сердце?
Шрифт:
Рамер Девятый изобретательно выругался. Хорошо — про себя, не вслух.
Разговор не нравился Алете, но прервать его она не могла — подданные исполняют приказы повелителя. Если он приказал завтракать с ним, значит — извольте завтракать. Палец нервно гладил край тонкой чашки.
Вероятно, на ней оказалась крохотная, невидимая глазу щербинка или скол. Алета с удивлением уставилась на расцарапанный палец, на котором быстро набухала капля крови.
Император нахмурился.
— Ленивые криворукие слуги. Дорогая, вам немедленно
— Больно? — Девушка удивилась, — Ваше Величество, это всего лишь крохотная царапина. Когда я училась метать нож, держа его за лезвие, у меня были изрезаны все пальцы. Мой учитель был идейным противником тупого оружия, он считал, что с болью тело лучше усваивает его науку. И он был прав, — Алета растопырила пальцы, с удовольствием разглядывая совершенно гладкую, безупречную кожу, — шрамы со временем исчезли, а навыки остались.
— Вас учили не только фехтованию, но и кинжальному бою? — изумился повелитель.
— Я же южанка. У нас учат всех.
— Что ж, — он улыбнулся, — если враг будет штурмовать дворец, рядом со мной окажется еще один умелый боец.
Шутки не получилось. Потому что невеста посмотрела на него очень серьезно:
— Защищать Императора — первейшая обязанность каждого подданного, и, конечно, я ее исполню, если понадобится.
— Это обязанность мужчин, — Рамер резко встал, — когда женщины берутся за оружие, это означает, что в мире что-то крепко не так!
— В мире всегда что-то да не так, — философски отозвалась девушка, — но это же не повод отказываться от завтрака, — зеленые глаза показали на последнюю недоеденную булочку.
— Мне нравится ваш прагматичный подход, — рассмеялся он, — решительно, вы правы, Алета. Интересно, это особенность южан или только вашей семьи? Потому что Святой Монтрез, защити его боги и демоны, тоже постоянно оказывается прав.
— А вы не задумывайтесь о мистической подоплеке. Просто пользуйтесь, — улыбнулась Алета, принимая из рук слуги вторую чашку.
До слуха мирно завтракающих Императора и графини донеслись голоса, и голоса эти были вовсе не мирными. Рамер приподнялся, чтобы видеть, что происходит. С высоты его роста это было совсем нетрудно.
Алете, чтобы заглянуть в окно, пришлось бы привстать. Проклиная этикет, девушка осталась на месте.
Голоса становились громче. Кто-то спорил, но слов было не разобрать. Один голос показался знакомым.
— Приказать закрыть? — спросил Император, наблюдая за сменой выражения на лице Алеты.
— Мне не мешает, — коротко отозвалась она, — а воздух свеж и цветами пахнет приятно. Но если вам так интересно, вы смотрите, не обращайте на меня внимания. Если хотите, мы можем даже поменяться местами.
"Интересно, после какого слова нужно смеяться, — озадачился повелитель, — или она серьезно?"
— Кажется, мои подданные затеяли магическую дуэль, — произнес он. — Посмотрите, Алета, это может быть интересно.
— У нас предпочитают сталь, — согласилась она.
— Подумать только! Кто-то набрался нахальства и вызвал моего придворного мага. А ведь Абнер силен… Очень силен…
— "Не хвались силой, встретишь более сильного", — Алета поняла, что еще несколько мгновений, и она проиграет войну своему беспокойству. А, значит, не стоило и мучиться. Тем более — формальное разрешение дано.
Стараясь выглядеть естественно и спокойно, она поднялась, расправила складки платья и встала к окну так, чтобы не слишком торчать из-за занавески.
Там и в самом деле готовилась дуэль. Четыре человека — два дуэлянта и два секунданта, видимо, закончили обсуждать условия и разошлись от центра площадки каждый в свою сторону.
Одним был господин придворный маг, которого Алета видела всего раз и уже от души желала ему провалиться в Бездну, да поглубже, туда, где даже огненные демоны потеют. Вторым был Марк.
— Сейчас они будут устанавливать защитный купол.
Пользуясь тем, что Алета, буквально, прилипла к окну, Его Величество подошел на дистанцию, не допустимую даже для эльса. Его дыхание шевельнуло золотистые волосы на виске девушки.
— Интересно, — мягко заметила она, — дуэли под окном Вашего Величества — это, вообще, нормально?
— Не слишком, но Абнер…
— Выполнял ваше пожелание, не так ли? Или прямой приказ, — Алета не поворачивала головы, но мягкий голос вдруг напомнил императору шелковую нить — тонкую, но крепкую… а уж как порезать может! Не до крови — до кости. — И я здесь не случайно, не так ли? Кого из нас вы проверяете, Ваше Величество? Вашего придворного мага, стратега или невесту?
— Всех троих, — холодно и так же прямо ответил он, — Раз уж вы так проницательны, моя дорогая, то должны понять: верить в моем положении — роскошь. И, при нынешнем состоянии казны, она мне просто не по карману.
— Что ж, — Алета пожала плечами, — я признаю за вами это право, как прерогативу верховной власти. Вы хотели, чтобы я наслаждалась зрелищем? Так, может быть, вина?
— Хм, — хмыкнул он. Недоумение смешалось со странным удовольствием, — Можно и вина. Какое предпочитаете?
— Вы же сегодня угадываете мои вкусы. Продолжайте.
— Фиольское?
— Не слишком патриотично, но вкусно, — согласилась Алета, — пусть будет фиольское.
На площадке у фонтана, меж тем, развернулся купол: льдисто-голубой со стороны придворного мага и пепельный, почти прозрачный, со стороны Винкера.
— Вы совсем не беспокоитесь, дорогая?
— С чего бы это вдруг? — искренне удивилась Алета, — я не успела узнать вашего придворного мага и привязаться к нему. Если он сегодня встретит Серую Госпожу, я огорчусь только за вас, Ваше Величество. Наверное, это очень тяжело — терять таких преданных слуг.