Сколько стоит?
Шрифт:
– Зрители даже не знают имени этой женщины, - сказала Шэрон.
– Им это безразлично. Все, что их волнует, это то, как она выполнит это задание, какие эмоции отразятся на ее лице при этом. Здесь нет истории ее жизни. Нет уроков, которые можно было бы извлечь из этого. Здесь нет ничего, кроме человеческой жадности и отчаяния.
Шэрон снова щелкнула кнопкой на пульте и переключилась на прерванную сцену того, за что отвечал Нэйт.
– Мы собирали гной из больниц. Это не стоило нам ничего, кроме небольших пожертвований. Тебе же пришлось установить камеры в доме этой семьи и вокруг него, потратив на это...
– Шэрон наклонилась к бумагам
– Только на камеры ты потратил больше, чем на все, через что прошла эта леди...
Шэрон подняла брови, так как Нэйт продолжал молчать. Она возобновила просмотр.
Глава 2
– Как так?
– Джим снял ботинки в прихожей, и посмотрел на жену с выражением растерянности на лице. Сначала он подумал, что пропустил какую-то важную дату, например, ее день рождения или что-то в этом роде, но вскоре понял, что это был обычный день. Поэтому это еще сильнее удивило его.
– Мне просто кажется, что мы давно их не видели, и было бы здорово пригласить их в гости, - сказала Ким. Она говорила о своей старшей сестре, Линде, и ее второй половинке, Дейве. Джим пытался понять, почему жена решила пригласить их на ужин в этот вечер, несмотря на то, что и Джиму, и Ким на следующий день нужно было на работу, а значит, засиживаться допоздна не следует, что непременно случится, если у них будут гости. Ким посмотрела на него и спросила: - Это ведь не проблема?
Джим колебался.
– Было бы неплохо предупредить меня заранее.
– Я говорю тебе сейчас.
– Ты ставишь меня перед фактом.
– Извини. Я не думала, что это будет проблемой.
– Она пристально посмотрела на него и спросила: - Ты хочешь, чтобы я отменила ужин?
Джим покачал головой.
– Извини. У меня был утомительный день. Нет, тебе не нужно отменять ужин, я пойду и приму душ, пока они не приехали. Как ты верно заметила, я чертовски воняю.
– Он наклонился к жене и чмокнул ее в щеку, прежде чем подняться по лестнице. В любой другой день она с удовольствием присоединилась бы к нему в душе, чтобы немного развлечься. Хороший способ заставить его взбодрить. Но не сегодня. Ее взгляд метался по стенам и фотографиям, которые висели на них. Она не могла видеть камеры, но знала, что они там есть.
Видео было поставлено на паузу, а затем стало перематываться вперед. Муж и жена перебегали из комнаты в комнату в ускоренном темпе, пока Шэрон перематывала видео. Нэйт молча наблюдал за происходящим. Она снова нажала на воспроизведение, когда сестра Ким и ее муж вошли в дом.
– Приятный сюрприз, - сказала Линда.
Ее муж, Дейв, был менее воодушевлен. Как и у Джима, у Дэйва был напряженный рабочий день, и он с нетерпением ждал возможности попасть домой и посмотреть спортивную игру по телевизору. Меньше всего ему хотелось поднимать задницу и идти куда-то на ужин.
– Обновка?
– Ким взяла у сестры пальто, и рассмотрев его, повесила его на перила. Оно было не в вкусе Ким, но она поняла, что оно очень дорогое. Забавно, особенно потому, что сестра всегда жаловалась, что у нее плохо с деньгами (и Ким была такой же, если честно), и все же вот она, опять одета по последней моде. Ким не стала напоминать сестре о ее вечном безденежье, вернее, жалобах на него. Она знала, какой у ее сестры будет ответ; что-то вроде того, что она знала, что пальто скоро выйдет в продажу, и поэтому заложила
Мило, не так ли?
– Пройдем на кухню, - сказала Ким.
Линда прошла в указанном направлении. Дэйв и Джим последовали за ней. Ким на мгновение замешкалась и сделала несколько глубоких вдохов, словно пытаясь успокоить нервы. Она знала, что что-то должно произойти, и знала, что это будет неприятно. Но женщина еще не знала, на что согласилась в обмен на кучу денег, которые ей пообещали. Она просто не знала, что ее ждет. Ее саму, ее мужа и ее гостей.
– Мы уже больше тридцати минут пялимся на экран, - заметила Шэрон.
– И что же произошло? Они устраивают званый ужин... К этому моменту цифры просмотров были таковы, что люди отключались тысячами.
– Она подняла пульт и переключила канал на то, что происходило с Анжелой, женщиной, которую ранее заставили съесть гной.
– Давай сравним, - сказала Шэрон.
Количество просмотров другого канала увеличилось почти вдвое.
* * *
На экране Анжела сидела за столом и наблюдала за человеком, который сидел напротив ее. Им был Стивен Эдвардс, тоже участник игры.
Стивен уже играл в эту игру однажды, но в финалисты не вышел. Не вышел и сегодня, но по правилам игры был вынужден участвовать в ней дальше, если финалист выбрал его в качестве ассистента.
Голос за кадром приказал ему:
– Действуй.
Стивен посмотрел на небольшую пластиковую ванночку перед собой.
– Она довольно маленькая, - сказал Стивен, глядя на нее.
Анжела улыбнулась.
– Надеюсь, что там много и не поместится, - сказала она.
Стивен посмотрел на женщину и ему было немного жаль ее. Но она сама приняла решение играть в это. Она делала ставки, сколько хотела получить за выполнение этого задания. Ее ставки были самыми низкими, и вот она здесь... Пришло время выполнить задание и забрать деньги. Все было так просто.
– Хорошо, - сказал Стивен, настраивая себя на то, что ему предстоит сделать. Это было несложно, но неприятно.
– Я не уверена, что смогу смотреть, - сказала Анжела. Она отвернулась и закрыла глаза. Мгновение спустя ей пришло в голову закрыть уши. Женщина засунула по пальцу в каждое ухо, чтобы заглушить все звуки.
Стивен глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Затем ввел два пальца себе в рот. У него вырвалась отрыжка. У него всегда был плохой рвотный рефлекс, но сейчас ему нужно было постараться сблевать.
Стивен протолкнул пальцы глубже в рот, надавливая ими на удивительно сухой язык. Затолкав пальцы как можно глубже, он снова попытался вырвать. На этот раз рвотные позывы были немного более сильными, и он почувствовал, как скрутило живот. Мужчина замешкался на мгновение, а затем продолжил.
На этот раз из желудка поднялось немного желчи. Сильный кислый привкус и густая консистенция в задней части горла, повисшая там тяжелым грузом, вызвали еще один рвотный рефлекс, который, в свою очередь, поднял еще больше желудочного дерьма. Чисто инстинктивно, Стивен наклонился над пластиковой ванночкой, и быстро извергнул мерзкое на вкус месиво. Густая жидкость по консистенции напоминала взбитый йогурт; мужчина понял, что теперь больше никогда не сможет есть йогурт – тот всегда будет напоминать ему блевотину.