Скорпион
Шрифт:
Те понимающе кивнули. Гольданская открыла дверь и махнула двум охранникам рукой.
Едва дверь за ними закрылась, Матвей и Никита взглянули друг на друга. Матвей кивнул головой, и Никита тоже кивнул ему в ответ. Сидя на стульях, они одновременно подскочили вверх и всей своей тяжестью рухнули вниз.
Охранники, ничего не понимая, в изумлении смотрели на них. Деревянные стулья не выдержали удара и разлетелись в щепки. От удара тележка с Диоптрой откатилась к стене и врезалась в портьеры, которые тут же вспыхнули от горящих свечей.
Никита стряхнул с рук веревки, схватил свою
Матвей с силой лягнул одного из нападавших ногой, и тот врезался в зеркало. Второй, разбежавшись, ударил его кулаком в челюсть. Юноша лишь отшатнулся, а вот охранник взвыл от боли и затряс ушибленной рукой. Матвей толкнул его плечом и сшиб с ног. Охранник завалился на спину, вцепился руками в пылающую портьеру и рухнул на пол вместе с ней. И тут же, вопя от боли, стал кататься по полу, пытаясь сорвать с себя горящую ткань.
Матвей сорвал со стены еще одну портьеру и бросился к Диоптре. Сбросив горящие свечи, он завернул в портьеру хрустальный череп и взвалил его на плечо.
Тем временем Гольданская прошла в гостиную в сопровождении двух охранников.
Эмма, сидевшая в кресле, с удивлением приподняла брови.
– Что-то случилось? – спросила она. Один из громил грубо схватил ее за плечо и рывком поставил на ноги.
– Иди с нами! – приказал он.
В этот момент дверь позади них распахнулась. В гостиную ворвались Никита и Матвей. Трое головорезов преследовали их по пятам.
– Спасайтесь! – крикнул Матвей. – Они хотят убить вас!
– Это ты?! – воскликнула потрясенная Эмма. – С чего вы это взяли?!
– Паршивцы! – злобно прошипела Гольданская. Гостиная начала медленно заполняться дымом. Эмма не стала долго раздумывать и с силой ударила ногой охранника в живот. Тот рухнул на журнальный столик и разнес его в щепки. Второй охранник схватил ее сзади за волосы. Эмма, не оборачиваясь, тоже врезала по нему ногой, и тот, охнув, согнулся пополам. Клок ее волос остался у него руке.
– Ну ладно, – холодно процедила Гольданская. – Черт с ними, с коврами. Убейте всех, кроме стеклянного!
Еще двое охранников набросились на Никиту. Выпад одного из них он успел отбить, но второй подпрыгнул в воздухе и ударил его в грудь ногой. Оборотень свалился на спину, но тут же перекатился через голову и вскочил на ноги. Матвей бросился ему на помощь. Кто-то схватил его сзади за плечо и резко повернул. Матвей замахнулся свертком с Диоптрой и наотмашь ударил нападавшего по голове. Тот перелетел через кресло и свалился на пол. Больше он уже не двигался, только стонал от боли. А Матвей в страхе посмотрел на мешок и встряхнул его. Кажется, Диоптра была цела.
Тем временем Гольданская бросилась на Эмму. Девушка поддела ногой стоявший рядом стул и метнула его в нее. Баронесса ударом ноги отбила стул в сторону, а затем выхватила из-под пиджака длинный, узкий стилет, замахнулась им и бросилась на девушку. Эмма увернулась
Гольданская, подскочив к девушке, обеими руками вцепилась ей в горло. Эмма схватила ее за запястья и попыталась освободиться, но у баронессы оказалась железная хватка. Громко хрипя, Эмма схватилась рукой за маску и сорвала ее с лица Гольданской и тут же вскрикнула от ужаса и отвращения: бугристые рубцы и перекрученные сухожилия сплошь покрывали лицо. Баронесса с криком отпрянула от нее и, закрыв лицо рукавом, выбежала из комнаты и исчезла в задымленном коридоре.
Один из ее телохранителей, обхватив Матвея, попытался свалить его на пол. Второй подскочил спереди и вцепился в мешок с Диоптрой, который парень крепко прижимал к себе. Матвей отпихнул его ногой, но и сам тут же свалился на пол.
Эмма и Никита разбросали остальных охранников. Один из них выхватил пистолет, раздался выстрел. Пуля ушла в потолок, а Никита, размахнувшись, кулаком выбил пистолет из рук секьюрити.
Из задымленного коридора уже слышался топот множества ног. Гольданская вела за собой подкрепление.
– Пора уходить! – воскликнула Эмма.
– Я вам это давно твержу! – крикнул Матвей, и они бросились к выходу.
– Моя Диоптра!!! – взвыла позади них Гольданская. – Поймать! Уничтожить их всех!!!
Матвей ударом ноги распахнул тяжелые двери, и они выбежали из особняка.
– Запереть ворота! – неслось им вдогонку. – Они не должны уйти!!!
Ребята вместе с Эммой побежали к воротам имения, но позади них загрохотали выстрелы. Матвей ощутил сильный толчок в спину и едва не упал. К своему ужасу, он понял, что в него попала пуля. Значит, охранники могли попасть и в Никиту, и в эту девушку из полиции.
– Надо уходить с дороги! – крикнул он. – Мы видны здесь как на ладони!
И все трое, не сговариваясь, нырнули в лабиринт из костлявых кустарников и, проваливаясь в снегу, понеслись к ограде. За ними бежало около десятка человек, в темноте то и дело раздавались выстрелы.
Вот и ограда! Но здесь они наткнулись не на проволочный забор, а на увитую засохшим плющом кирпичную стену высотой почти в три метра. Но делать было нечего. Матвей с разбегу вскочил на нее и, цепляясь руками за растрескавшиеся кирпичи, полез наверх.
Никита двигался следом. Он еще помогал и девушке, которая карабкалась за ним, несмотря на свои каблуки.
Позади них уже плясали огоньки фонариков.
– Быстрее! – скомандовал Никита. – Они уже рядом. Матвей перебросил мешок через ограду и сразу стало гораздо легче. Он подтянулся и вскоре уже сидел на вершине кирпичной кладки. Эмма, цепляясь за иссохшие побеги и каменные выступы, не отставала от Никиты, который лез, словно кошка по стволу дерева.
Матвей протянул ей руку, и Эмма с благодарностью ухватилась за нее. Он помог ей залезть на ограду, а затем спуститься на другую сторону стены. В паре сантиметров от него просвистела пуля, врезалась в кирпич и расколола его. Матвей спрыгнул с ограды и упал в снег рядом с Эммой. Неподалеку с легкостью приземлился Никита. Матвей нащупал мешок с Диоптрой, и все трое бросились прочь.