Шрифт:
Глава первая
Струи ледяного дождя хлестали Саванну. Молнии разрывали темное небо. Огромные дубы, которыми была обсажена подъездная аллея, дрожали, как тростинки.
Вечер был ненастный, но когда Абрахам Данфорт попросил свою семью собраться, приехали все как один.
Хотя снаружи бушевала стихия, Рэю Данфорту было очень уютно в его автомобиле. Голос Дюка Эллингтона, звучавший из магнитофона, сливался со стуком дождя по ветровому стеклу. День выдался нелегкий, Рэю пришлось много работать над контрактом с «Максимилиан и Кo», основным австралийским клиентом транспортной компании «Данфорт и сыновья», и теперь Рэй
Машина подъехала к огромным черным кованым воротам, створки которых медленно растворились.
Вспышка молнии осветила большой особняк григорианского стиля в конце подъездной аллеи. В огромных окнах горел свет. Даже на Рэя, который вырос в этом доме (в перерывах между пребыванием в разных колледжах), он неизменно производил впечатление.
Огромный, построенный больше века назад прадедом Рэя Хирамом Данфортом, дом был расположен так, чтобы поразить воображение гостя еще издалека.
Рэй припарковался между двумя семейными лимузинами и заглушил двигатель, а потом просто сидел и слушал дождь, барабанящий по крыше автомобиля. Ему всегда требовалось несколько минут, чтобы перейти из реального мира в бытие поместья Крофтхэвен. Сегодня вечером отец собирал весь клан Данфортов, он решил баллотироваться в сенаторы и хотел обсудить свои планы с семьей. Сплоченность и поддержка родственников были залогом успешной кампании. Абрахам Данфорт ставил себе масштабные цели, что позволило выходцу из богатой семьи многократно увеличить полученное наследство. Созданная им транспортная компания «Данфорт и сыновья» стояла на крепких рельсах, сыновья, подключившиеся к бизнесу еще в юности, показали себя в высшей степени деловыми людьми. Теперь Данфорт мог позволить себе понемногу отойти от дел компании и целиком посвятить себя политической карьере.
Рэй вышел из машины и под хлещущими струями дождя побежал к парадному входу. Когда он открыл массивную дубовую дверь, осенний ветер ворвался вслед за ним и пролетел по огромному мраморному холлу. Но затем в холле снова воцарился свойственный этому дому величественный покой. Широкая лестница белого мрамора вела из холла наверх. На столе в огромной хрустальной вазе стоял искусно составленный букет белых роз. Из столовой доносился дивный запах жареного ягненка с орегано.
– Мистер Рэй! – окликнула его Джойс Джоунс, домоправительница Крофтхэвена. – А я уж волнуюсь, не случилось ли с вами чего.
Рэй вырос у нее на руках, и теперь ему трудно было представить себе поместье без седовласой, облаченной в неизменное черное платье Джойс.
– Все в порядке, – успокоил он ее. – Просто задержался в офисе. До чего же мерзко на улице!
Джойс помогла Рэю снять успевшее промокнуть пальто, привычно стряхнула с лацканов пиджака несуществующие соринки, поправила воротничок.
– Ваш отец в кабинете, говорит по телефону. Я скажу ему, что вы приехали.
– Благодарю.
Рэй остановился в дверях гостиной и ослабил узел галстука. Два его брата, Йен и Адам, беседовали с кузеном Джейком, наверняка обсуждая сеть кофеен «Данфорт энд Данфорт», в просторечье «Ди энд Ди», которую они начали создавать в Саванне. Около бара Маркус, младший брат Рэя и семейный адвокат Данфортов, горячо обсуждал с дядей Гарольдом и кузеном Тоби какие-то юридические тонкости вступления в наследство.
Рэй с невольной грустью подумал о матери: жаль, что она не видит, как выросли ее дети. Рэю было всего восемь, когда его мама умерла, но он помнил, как она любила возиться на кухне, стараясь порадовать свою семью чем-нибудь вкусненьким, какие дивные приемы она устраивала в этом самом зале. Они с Йеном любили тайком пробираться вниз и в щелочку подглядывать, как красивые людей в красивой
Рэй никогда не забудет прием в честь дня рождения матери. Он, затаив дыхание, любовался, как отец и мать вальсируют под восхищенными взглядами гостей.
Она умерла через неделю, и Абрахам Данфорт никогда уже не был таким, как прежде. Для всех них мир ужасным образом изменился.
– Рэй! Ты совсем промок!
Мужчина обернулся и увидел свою сестру Кимберли, сидевшую на диване с кузиной Имоджен.
– Ну вот, вся семья в сборе! – Джейк, еще один их кузен, родной брат Имоджен, приветственно поднял бокал мартини.
– А где тетя Миранда? – спросил Рэй, когда Кимберли подошла и чмокнула его в щеку.
– Укладывает Дилана спать. – Кимберли улыбнулась: трехлетний сын Тоби был всеобщим любимцем. – Я привезла фотографии рыб, которые сделала во время дайвинга, и он захотел, чтобы бабушка рассказала ему об этих рыбках вместо вечерней сказки.
– О господи! Еще один морской биолог в семье подрастает! Будто тебя одной мало?
– Видел бы ты, как он тут бренчал на пианино, ты бы забыл свои страхи! – ответила довольная Кимберли. – Держу пари, в десять он будет выступать в Карнеги-холле.
– За мои деньги он там и в восемь будет, – затрещала над его ухом Имоджен и сунула ему в руку бокал с коктейлем, водка плюс мартини. – Привет, братец!
– Привет, милая! – Рэй взял бокал, наклонился и поцеловал кузину. – Как поживает мир наживы и чистогана?
– Прекрасно! За последние полгода меня дважды повысили. Что с твоим галстуком? – Она рывком затянула узел, который Рэй только что ослабил. – А где же Митцы? Вы такая милая пара. Так где же она?
– Понятия не имею, – ответил Рэй сухо. – Вероятно, носится по магазинам и скупает все, что видит.
Рэй не видел Митци Бирмингем уже четыре месяца, и слава богу. В последнее время он был настолько занят в предвыборной кампании отца, что вообще ни с кем не встречался. И прекрасно себя чувствовал. Он устал быть объектом охоты гламурных хищниц, которых, как магнит, притягивали деньги его семьи. Как только такие дамы узнавали, что он сын Абрахама Данфорта, директор компании «Данфорт и сыновья», живет в пентхаусе, они начинали либо хихикать над любым его словом, либо осыпать его комплиментами, либо разговаривать неестественно низким псевдосексуальным голосом. Либо и то, и другое, и третье вместе.
– Рэй!
Мужчина обернулся и увидел отца и Николу Гранвилл, нового пиар-менеджера его предвыборной кампании.
– Здравствуй, папа. Добрый вечер, мисс Гран-вилл.
– Называйте меня просто Никола. Рада видеть вас, Рэй.
Рэй уже несколько раз встречался с этой стройной рыжеволосой женщиной в офисе отца и пару раз говорил с ней по телефону. Мисс Гранвилл было тридцать семь лет, но она уже успела сделать себе имя в политике. Рэй подумал, что отец правильно поступил, наняв ее. Она была привлекательна, уверена в себе и патологически трудолюбива.
Вместе с Абрахамом Данфортом они составят крепкую команду.
– Очень мило, что ты все-таки приехал.
Рэй предпочел не замечать нотки раздражения в голосе отца.
Абрахаму Данфорту было пятьдесят пять, у него были густые темно-каштановые волосы, проницательные глаза, широкие плечи и знаменитая улыбка Данфортов. Он прекрасно смотрелся на рекламных плакатах, и Рэй не сомневался – его отец выиграет выборы. Тем более при поддержке Николы.
– Минуточку внимания! – хорошо поставленный голос Абрахама разом перекрыл все разговоры в гостиной. – Тем, кто еще с ней не знаком, я хотел бы представить моего нового пиар-менеджера, Николу Гранвилл. После ужина она огласит план предвыборной кампании.