Славянский кокаин

Незнанский Фридрих Евсеевич

— А меня? — криво усмехнулся Денис.

— Тебя оставлю здесь, в бане, швейцаром при дверях.

— Не поймешь тебя, Вячеслав Иванович, то говоришь, что жаль мой талант следователя, то в баню отсылаешь, — буркнул Денис.

— Ладно, не вешай носа, для тебя мы тоже что-нибудь придумаем.

В этот момент за стеной кабинета послышались возбужденные голоса и истошный крик: «Не брал я, хоть зарежь!» — это кричал банщик Тимур.

— Ну вот! — заулыбался Вячеслав Иванович. — Я же говорил, что придумаем. Там у кого-то трусы пропали, детектив требуется. А что ты ухмыляешься? В пятизвездочных московских отелях уже давно есть

собственные детективы, так почему в лучшей московской бане не может быть сыщик, для престижу, так сказать? Случайно не хочешь раскрыть преступление века?

За стеной кабинета возбужденные голоса начали затихать, правда, Тимур все еще не унимался, повторяя: «не знаю», «не видел», «не может быть!»

— «Глухаря» вешаешь, начальник? — мрачно протянул Денис.

— Смотрю я, и жалко мне тебя стало, Дениска, совсем ты какой-то убитый. А давай так: если раскроешь сейчас преступление века, тогда я не буду закрывать «Глорию».

— Серьезно? — брови Дениса взлетели вверх.

— Абсолютно. Как шведская водка.

— А то, что раньше говорил, это просто головомойка?

— Допустим. Но последняя. Договорились? Не находишь пропавшие трусы — мы агентство закрываем, найдешь — в последний раз помилую, что делать, я же добрый.

— Да ты не дядя, а золото брильянтовое! Там наверняка какая-нибудь бытовуха, а это мне как два пальца об асфальт. Договорились?

— Коне-ечно, что-то большее ты уже и не потянешь, квалификацию потерял, — ехидно протянул Грязнов-старший.

Но Денис уже его не слушал, схватив телефонную трубку, он почти прокричал:

— Пожалуйста, Тимура в шестой кабинет, срочно!

— Если повезет тебе, тогда надо будет «Глории» работенку какую подкинуть.

— Только международного масштаба! — весело добавил Денис.

— Ладно, придумаем и международного, — многозначительно пообещал Вячеслав Иванович.

Тут быстро вошел банщик Тимур, белая тюбетейка на его голове сдвинута набок, а угольно-черные глаза были круглыми и злыми.

— Тимур, ты что там стащил, признавайся, — с ходу начал допрос Денис.

— Стащил, как бы не так! У одного часы какие-то кремлевские пропали, он говорит, что часы были в бумажнике, который он мне отдал в сейф положить. Я и положил бумажник в сейф, а часы-то он не давал! Я ему бумажник сейчас принес: деньги, естественно, все на месте, но часов-то он не клал в бумажник, иначе где же они?! А он уверяет, часы были в бумажнике!

— Выходит, кто-то другой часы прихватил? — спросил Денис.

— Исключено! — вдруг сразу разволновавшись, с легким татарским акцентом громко зашептал Тимур. — У нас ведь только солидные клиенты! Конечно, публика бывает всякая, но исключено…

— Па-адажди, родной, — прервал Денис, — я что-то не понял: у вас публика только солидная или у вас публика всякая, должно быть что-то одно.

— Я и говорю, что у нас только всякая… солидная публика! — быстро нашелся Тимур. — Конечно, у нас и криминал отдыхает, но какой! Клиент из криминала высшей пробы — самые крупные и известные воры в законе и прочие уважаемые люди. Ну не может у нас быть, чтобы здесь работали карманники какие-нибудь с Черкизовского рынка — потому что такого у нас не бывает!

— Говоришь, только солидный криминал? — строго переспросил Денис.

— Однако, — пробормотал Грязнов-старший.

— Конечно, только высшие криминальные авторитеты, — подтвердил Тимур. — А еще всякие там

дирижеры, академики. Архимандрит ходит два раза в месяц со своим референтом, а он, между прочим, член Священного сената…

— Синода, — поправил Грязнов-старший.

— Я и говорю! У нас пропажи исключены! И где могут быть эти часы — просто не знаю. Был, правда, однажды случай, что клиент сам дома водительские права забыл вместе с бумажником и поднял шум, будто в Сандунах украли. А потом позвонил жене и выяснил, что бумажник и права жена вытащила из кармана, ну, не дура ли? Извинялся потом, что на банщиков попер. Такое было. Но этот подмосковный купец все твердит: часы он снял, положил в бумажник и мне отдал, чтоб в сейф. Ну подумайте, зачем мне нужны его часы, пусть даже кремлевские? Да я самому Жан-Клоду Ван Дамму бутылку минеральной открывал, когда он в Сандунах был…

— Да, ты птица большого полета, — заметил Денис преувеличенно серьезно.

— Само собой, — не понял иронии Тимур. — Я своим местом дорожу, на чаевые не жалуюсь, и на меня тоже еще никто не жаловался. А Ван Дамму у нас очень понравилось, он почти четыре часа парился, даже опоздал на спектакль в Большой театр. Да если бы я хотел, я бы лучше у Ван Дамма часы стащил, на память. Я Ван Дамму и халат приносил, правда, парить его мне не доверили, его сам начальник смены парил…

— Хорошо, про Ван Дамма мы послушаем в следующий раз, — не выдержал Денис, который терпеть не мог Жан-Клода и все его фильмы.

— И Семен Фарада, это который «уно, уно момэнто», он свой день рождения тридцать первого декабря который год у нас в Сандунах справляет, — не унимался Тимур.

— А еще у вас и криминальные авторитеты отдыхают, — напомнил Грязнов-старший.

— Но у нас же только легальный криминал, это ж понимать надо!

— А-а, я действительно не понял. Раз легальный, это все меняет, веление времени, так сказать, — ухмыльнулся Вячеслав Иванович, обдумывая какие-то свои комбинации. — Легальный криминал, ну надо же!..

— Вот именно, — радостно закивал Тимур, — веление времени. И еще, как назло, наш начальник смены на вокзал уехал, родственника встречать. А он ведь знает, что сегодня начальник Московского уголовного розыска кабинет заказал. Вдруг прямо сейчас приедет? Что будет — не знаю! — развел руками Тимур.

— Да, за такую халатность на работе начальник МУРа тебя запросто и посадить может, — посочувствовал Денис.

— Не может, — успокоил Вячеслав Иванович, — гарантирую.

— Почему гарантируешь? Если ему пожалуются, он наверняка не станет разбираться, кто тут виноват, — горестно протянул Тимур.

— Я — начальник МУРа.

Челюсть Тимура беззвучно упала вниз, пару секунд он молчал, наконец кое-как собрался:

— А я думал, сначала подъедет охрана, сопровождение, референт…

— Увы, я не член Священного синода, — усмехнулся Вячеслав Иванович.

— Я, наверное, не то говорил, товарищ начальник. У нас никакого, даже легального криминала не бывает! У нас все тихо…

— Поздно, брат, отказываться от показаний, раз уже проболтался, — ехидно заметил Денис.

— Не волнуйся, Тимур, я и без тебя знаю, кто здесь бывает, — успокоил банщика Вячеслав Иванович. — А ты про часы вроде не врешь, что не брал, а? — Тимур отрицательно замотал головой. — Но если ты не брал и никто из посетителей не брал, так где они могут быть? — глядя на Дениса, спросил Грязнов-старший.