След кроманьонца
Шрифт:
— И чего же враждебного вы со своим профессором накопали?
— Понимаете, Николай, ведь земледелие возникло десять-двенадцать тысяч лет назад после того, как климат на планете изменился, и людям стало не хватать продуктов питания. Известно несколько очагов древнего земледелия на территории… ах да, вы просили!.. На территории нескольких стран. Зарубежные ученые утверждают, что эти центры географически не совпадают с районами распространения диких предков большинства культурных растений. Кроме того, даже самые древние сорта культурных злаков, найденные в захоронениях, настолько сильно
— Ага, значит и в вашем мире все держится на хлебном колосе? А я ведь где-то читал, что всякие там бобы и корнеплоды продуктивнее!
— О, наш профессор утверждал, что тут целый букет проблем: и растения предки выбрали не самые лучшие для питания, и способ их обработки не оптимальный, да и земледелием начали заниматься как раз в тех районах, где, кажется, еды и так хватало, и ещё много всякого!
— И как же враждебная буржуазная наука объясняет такое безобразие?
— Видите ли, Николай… Они там, лишенные генеральной линии, отрицающие фундаментальные идеи…
— Не компостируй мозги, Маил! Все равно помирать!
— В общем, они по-разному это объясняют, но, в целом, почти все согласны, что и растения, и земледельческие технологии были принесены извне.
— Это как?
— Ну, так… Это или Бог, или инопланетяне.
— Однако! Ну а вы, вооруженные единственно верным учением?
— Академик…
— Я же просил, Маил! Не грузи ты меня именами! И так от твоей лингвы вот-вот крыша съедет! Пусть будет просто «академик» — он же один фигурирует в твоей истории? Давай вашу официальную концепцию!
— Да, хорошо… Земледелие и, соответственно, все развитие цивилизации на планете началось в тех странаx, где власть перешла в руки трудящихся.
— Это охотников-собирателей, что ли?!
— Ну, да… наверное. Власть перешла в руки трудящихся, и это привело к бурному развитию производительных сил, расцвету наук и искусства. Но в дальнейшем фатальную роль сыграло враждебное окружение. Внешняя агрессия…
— Напали злые капиталисты-эксплуататоры?
— И развитие человечества было отброшено… за торможено на тысячи лет. И только теперь в нашей стране… И мы не должны допустить повторения прошлого!
— Поэтому нам нужна крепкая броня и быстрые танки?
— Не смейтесь, Николай! Это совсем не смешно! Я сам сначала… Но когда такое говорит с трибуны пожилой, уважаемый человек…
— Я не смеюсь, Маил. Скорее — наоборот. Какой же вклад ваша группа внесла в построение светлого будущего?
— Лет десять назад, в связи с падением уровня Шальского моря…
— Воду на орошение разобрали, что ли?
— Вы знаете?! Так вот: вода ушла, огромные площади стали доступны для изучения, и подтвердилась старая гипотеза о том, что в этой естественной котловине когда-то располагался один из древнейших центров цивилизации. Раскопки возглавил профессор… ну, тот, у которого я потом стал работать. Представляете, в некоторых местах культурные слои сменяют друг друга почти без перерывов на протяжении многих тысяч лет!
— И что же вы раскопали? Только не забывай, что
— Понимаете, Николай, практически по всем методикам датирования получилось, что это самый древний на планете район раннего земледелия. Им не у кого и нечего было заимствовать! Однако и остатки культурных растений, и примитивные орудия для обработки земли появляются сразу! И в большом количестве!
— Что такое «сразу» в вашем археологическом понимании? В геологии «сразу» может соответствовать сотням тысяч лет!
— Нет, что вы! Тут речь идет о годах, самое большее, о десятках лет! Дело в том, что на нескольких участках удалось проследить фациальные соотношения культурных слоев и речных отложений, в которых фиксируются следы ежегодных паводков. Это — однозначно!
— Мд-а-а, опрометчиво, конечно, с вашей стороны, но, по-моему, не смертельно.
— Если бы это было все… Дело в том, что в данном районе очень отчетливо прослеживается последовательность: охотники-собиратели, жившие тысячи лет без всяких изменений, потом внезапно появляется земледелие, и за несколько сотен лет формируется рабовладельческое государство, в котором начинают развиваться ремесла, письменность, искусство…
— И никакого рабоче-крестьянского царства?
— Какое там!
— Да-а-а… Ты слышишь, Женя? А ведь я читал что-то такое… Точнее, это жена в Интернете читала и мне пересказывала статью… м-м-м… Склярова! А я как раз плиткорез чинил: хотел колесико заменить, а там, оказывается, ось почти перетерлась!
— Эх, Коля! Тебе бы только за письменным столом воевать! Вы с этим чудиком — два сапога пара.
— Прости, заболтался! А что там у них?
— Что-что… Кажется, они и правда отвели людей. С этой стороны я вижу только четыре ствола, и вроде бы собака мелькнула. А там их больше, но не сотня — может, человек десять. Как-то они копошатся подозрительно… Если будут атаковать, не вздумай стрелять! Твоя задача, чтобы у меня под рукой всегда был карабин с полным магазином! Понял? Возьми обойму и потренируйся — потом некогда будет.
Из кустов закричали. Голос молодой и звонкий:
— Заключенный 85-16! Маил Алан! Мы знаем, что ты здесь! Брось оружие и выходи! Три минуты на размышление! Ты слышишь? Три минуты!
— Как ты думаешь, откуда они узнали твой номер и имя? На тебе написано?
— Написано, — вздохнул Маил и показал грязную нашивку с номером. — Но они не видели. Может быть, им по рации передали, что среди живых и мертвых не хватает только меня?
— Тогда мы — лишние!
Опять тот же голос:
— Маил! Три минуты прошло! Кто там с тобой? Бросайте оружие и выходите! Жизнь гарантирую!
После паузы:
— Маил Алан! Зачем ты пошел в бега? Тебя, наверное, заставили? Ты не хотел, да? В канцелярию пришли документы: твое дело будут пересматривать! За тебя просило начальство Академии! Выходи!
— Стой!!! Куда ты, псих?!! — заорал Николай и схватил беглого заключенного за ногу, но не удержал: в руках остался только рваный башмак. Бывший ученый Маил Алан уже стоял на краю ямы. Очки его болтались на одной дужке, зацепившейся за ухо, он улыбался во всю ширь своего изможденного лица и тянул вверх костлявые черные руки.