Слейд
Шрифт:
Бармен побелел, «Н..Ну… у нас есть напиток моего собственного изобретения, мистер Слэйд. Но он настолько мощный, что я даже перестал его готовить. Я уже устал от того, что народ отрубается от него прямо в салуне.»
«Как он называется?»
«Мы называем его «зомби»», — сказал бармен.
«Хорошо сделай для меня три, и сделай их быстро!» — скомандовал Слэйд.
«Три зомби?» — произнес Моисей Харт, выпучив глаза. — «Боже мой, ты с ума сошел?»
Слэйд повернулся к нему и холодно произнес: «Дружище, улыбайся, когда говоришь такое.»
Харт улыбнулся и сделал еще один
«Ладно,» — сказал Слэйд, когда коктейли были поставлены перед ним. Они были налиты в огромные пивные кружки и пахли, как гнев Божий. Он выпил первый из них за один глоток, задержав дыхание, немного пошатнулся, и подкурил одну из своих знаменитых мексиканских сигар. Затем он повернулся к Моисею.
«Ну и где находится ранчо Сэма Колумбайна?» — спросил он.
«Три мили на Запад, если через брод,» — сказал Моисей — «и называется оно Ранчо Стервятник.»
«Покажешь,» — сказал Слэйд, осушив свой второй напиток с кубиками льда. Он начал чувствовать себя немного ошалевшим. Наверное, уже поздновато для этого, подумал он, и начал работу над своим третьим напитком.
«Скажу Вам,» — произнес робко Моисей — «я не думаю, что Вы сейчас в хорошей форме, чтобы идти против Сэма Колумбайна, Слэйд. Он поставит точку в вашем деле.»
«Не указывай, что мне делать,» — самодовольно сказал Слэйд, нагнувшись, чтобы погладить Генерала Кастера. Он дыхнул в морду собаке, и Генерал Кастер тут же отрубился. «Есть одна вещь, которую я могу делать, это лизать мой держатель, я имею в виду держать мой лизатель. Ho, уйди с моей дороги, или я бле… вам на. ол.»
«Двери в другой стороне», — осторожно сказал бармен.
"Это, да. А вы думаете, куда это я сейчас иду?"
Слэйд, пошатываясь, побрел к выходу, по пути наступил на хвост Генералу Кастеру (собака даже не проснулась), сумел сделать еще пару шагов через двери в виде крыльев летучей мыши, и тут же чуть не упал на тротуар. И вот тут стальные руки схватили его за локоть. Слэйд нерешительно оглянулся.
«Я помощник шерифа Хьюго Кармайкл,» — сказал незнакомец, — «и я арестовываю Вас.»
«По какому обвинению?» — спросил Слэйд.
«Появление в общественном месте в состоянии опьянения. Теперь пойдем.»
Слэйд рыгнул. «Вы сможете помочь мне» — простонал он. И они вдвоем побрели в тюрьму Дэд Стир Спрингс.
Слэйда выпустили из тюрьмы, как только правая рука Сандры Доусон, Moисей Харт, внес за него залог. Слэйд и Харт обнявшись, вышли от помощника шерифа Хьюго Кармайкла (вините в этом свое пьянство). Затем, запрыгнув на своего огромного черного жеребца, Стокели, Слэйд отправился на Ранчо Стервятник, чтобы раз и навсегда разобраться с Сэмом Колумбайном.
Но там не было Колумбайна. Он отправился пытать пограничников, оставив Сандру Доусон под охраной трех доверенных людей — Большого Фрэнка Никсона, Быстрого Джона Митчела и Ловкого Рона Зигфельда. В итоге жаркой перестрелки, Слэйд отправил всех троих в Пустошь по скользкой дорожке и освободил добрую Сандру.
Едкий, удушливый запах сгоревшего пороха наполнил комнату, где прекрасная Сандра Доусон находилась в плену. Когда она увидела гордо стоявшего Слэйда, такого высокого и победоносного, с ужасными 45-и в руках, и знаменитой
«Слэйд!» — воскликнула она, вскочив на ноги и подбежав к нему. — «Я спасена! Слава Богу! Когда Сэм Колумбайн вернется с пыток мексиканских пограничников, он обещал скормить меня аллигаторам! Вы успели как раз вовремя!»
«Черт побери,» — проговорил Слэйд. — «Я всегда так делаю. Спросите Стива Кинга.»
Ее крепкое, податливое, шелковистое тело замерло в его объятиях, а ее пышные влажные губы страстно искали губы Слэйда. Слэйд резко стукнул ее по голове стволом одного из зловещих 45-х, и, выплюнув свою мексиканскую сигару, прорычал, вытягивая губы.
«Осторожней,» — прорычал он, — «моя мама рассказала мне о таких девушках, как Вы.»
И он отправился на поиски Сэма Колумбайна.
Слэйд вышел из двухэтажного дома, оставив Сандру Доусон в прокуренной комнате тереть шишку на голове, куда он ударил её стволом своего ужасного 45-го. Он запрыгнул на своего огромного черного жеребца, Стокели и направился к границе, где Сэм Колумбайн мучил мексиканских пограничников со своим помощником № 1 — «Розовым» Ли. Только два человека на американском Юго-западе, могли найти подход к «Розовому», это Горбун Фред Эгню (которого Слэйд застрелил недавно) и собственно Сэм Колумбайн. «Розовый» получил свое печально известную кличку во время гражданской войны, когда он ехал с капитаном Квантриллом и его солдатами. В то время как они развлекались на кухне в борделе Кровоточащее сердце, Канзас, офицер Южан по имени Рэндольф П. Соргум бросил самодельную бомбу в кухонную трубу. «Розовый» потерял все свои волосы, брови и все пальцы на левой руке, за исключением безымянного и мизинца. Его волосы и брови отросли обратно. Его пальцы — нет. Однако он был по — прежнему быстрее молнии и злее дьявола. Он поклялся найти Рэндольфа П. Соргума, и посадить его на ближайшей муравейник.
Однако Слэйда не волновал Ли, потому что его сердце было чисто, и его сила была удесятеренная.
В скором времени мучительные крики мексиканских таможенников указали ему, что он приближается к границе. Он спешился, привязал Стокели к жердине и пошел вперед через полынь бесшумно, как кошка. Ночь была темная и безлунная.
«Хватит! Амиго!» — кричал пограничник. «Я признаюсь! Я признаюсь! Это — я.»
«Ты разве не Бастид Фергетфул?» — говорит «Розовый». — «Нет, ты трус по имени Рэндольф П. Соргум, только сдулся от такой жизни на 90 %. О… моя рука…тянется к тебе еще с гражданской войны.»
«Я признаю это! Я признаю это!»
Слэйд уже подкрался достаточно близко, что бы видеть, что происходит. Ли допрашивал таможенника, привязанного к стулу с прямой спинкой, его голые ноги лежали на пуфе. Обе ноги были покрыты медом и дрессированный медведь Ли, Вумпер, слизывал его с них своим длинным языком.
«Я не могу это терпеть!» — кричал охранник. — «Я и есть этот чертов Соргум!»
«Попался, наконец!» — злорадствовал Ли. Он вытащил свой Специальный Бантлайн и был готов размазать этого бедолагу по дороге до Тринидада. Сэм Колумбайн стоял позади, в тени, и был готов пристрелить другого охранника.