Шрифт:
Ангел Каралийчев
Слеза матери
Заморосил мелкий дождик. Жёлтая листва в саду заблестела. Виноградины на ветках лоз набухли, и их кожура стала лопаться. Фиолетовая астра склонилась над выброшенным глиняным кувшином. Маленькая ласточка, сидевшая в нём, съёжилась и задрожала от холода и тоски.
Её оставили, потому что она была калека и не могла летать. Летом в доме, под крышей которого её мать свила гнездо, вспыхнул пожар Еле успела старая ласточка вынести своего птенца из огня, но раскалённый уголёк попал в гнездо и обжёг ему крылышко.
Голый птенец свету не взвидел от боли. Когда он очнулся, то увидел, что лежит в новом гнезде, а над ним, понурившись, сидит мать. Он попробовал было шевельнуть крыльями, но не смог - обожжённое крыло отнялось.
Прошло лето. Созрел виноград. Распустились астры. Готовясь в дальнюю дорогу, ласточки стали собираться на телеграфных проводах, и провода издали напоминали собой чёрные бусы.
Однажды утром старая ласточка снесла свою покалеченную дочку в сад и сказала:
– Дитятко, сегодня мы улетаем на юг. Ты лететь с нами не можешь, поэтому тебе придётся остаться здесь. В этом кувшине я приготовила тебе мягкую постельку из пуха. Там ты и будешь лежать. А когда проголодаешься, выберись наружу и поклюй чего-нибудь. В саду полно плодов и зёрен. Весной мы вернёмся к тебе.
– Спасибо, матушка, за твои заботы!
– прошептала покалеченная ласточка, спрятала голову под крыло матери, чтобы та не видела её слез, и притихла...
Птицы улетели. Потянулись ненастные дни. Заморосил мелкий дождик. Промокшая насквозь
– Ах, как я устала!
– вздохнула она.
– Ты откуда - издалёка?
– спросила участливо ласточка.
– И не спрашивай! Дальнюю дорогу проделала я от Великого океана. Там я и родилась. Сказать по правде, я не дождевая капля - я слеза.
– Слеза? Чья слеза?
– встревожилась ласточка.
– Слеза матери. Коротка история моей жизни. Девять дней тому назад усталая и печальная ласточка опустилась на мачту огромного океанского парохода. Я затаилась в правом глазу бедной птицы. Океан ревел. Дул сильный ветер. Ласточка через силу стала просить:
– Братец ветер, когда тебе доведётся пролетать над Болгарией, загляни к моему одинокому птенчику и скажи ему, чтобы остерегался чёрной кошки, которая частенько вертится в саду. Улетая, я забыла предупредить его. Скажи ему также, что моё сердце разрывается от муки...
– А где осталась твоя ласточка?
– спросил ветер.
– В треснувшем глиняном кувшине, что валяется в саду, где цветут фиолетовые астры.
Тут я выкатилась из глаза старой ласточки.
Ветер подхватил меня и помчал. Девять дней я летела и вот наконец упала на этот цветок. Ах, как я устала! Закатиться бы куда-нибудь уснуть...
Сердце покалеченной ласточки сильно забилось. Она быстро приподнялась, приоткрыла клюв и бережно подхватила усталую слезу матери.
– Спасибо тебе, матушка!
– прошептала она, зарылась в пух и уснула, согретая слезой, будтo мать укрыла её своим крылом.