Слёзы гор
Шрифт:
— Недоразумение можно исправить, человек, — рычал гном.
— Вы выражаете волю Наместника Предков или же же Ваше личное мнение? — спас Императора ректор. Он щитом встал между ним и гномом. Гар Хейм растерялся от такого напора мага.
— Шесть дней назад эти женщины стали… — ректор замялся, — стали подданными Вечных скал. За то, что произошло на балу, Империя Сарратал не несет ответственности перед Вечными скалами. Вы сами не уберегли своих женщин.
— Это была Ваша затея с балом! — проскрежетал гном. Он явно уступал ректору в искусстве ведения беседы. Воин. Его поза говорила о том, что мужчина едва
— Но и Вы должны были присматривать за своим иму… гаремом, — едко бросил тот.
Его постоянные оговорки давали четко понять, что еще чуть-чуть и ректор поведает ларам, что за браслеты на их руках. Он завуалированно угрожал гномам. Гару Хейму нечего было противопоставить едким замечаниям мага. Посольство гномов хотело сохранить свою маленькую, грязную тайну в секрете. Пока воин пытался найти достойный ответ, гости успели исчезнуть, а их место заняла Личная гвардия Императора.
— Конечно, Империя Сарратал понимает всю боль Вечных скал из-за произошедших событий, — уже мягче продолжил говорить ректор. — Его Императорское Величество, дабы исчерпать инцидент, предлагает Вам самим выбрать наказание для ларэны Могир. Или же, если Вы пожелаете, то можете забрать и ее в Вечные скалы.
Это было уже неприкрытое издевательство и насмешка. Зачем гномам старуха? Лорды, что не покинули место событий, прятали улыбки, некоторые не сдержали смешков. Надо было отдать должное гару Хейму, мужчина не растерялся:
— Ты прав, Аделард, виновата Могир. Она-то свою вину и искупит. Насколько мне известно, то ее земли не могут отойти Империи, пока ларэна жива.
— К чему Вы клоните, гар Хейм? — ректор явно занервничал. Было странно слышать нотки беспокойства в его голосе. Насколько я знала, ректора сравнивали с ледяной глыбой: такой же холодной и непоколебимой.
— Вечные скалы настаивают на том, чтобы ларэна Могир до конца своих дней замаливала свой грех под сводами Церкви Лучезарного Света.
Я поймала себя на мысли, что готова восторженно хлопать, выражая восторг и восхищение гному. Он поставил всю завравшуюся знать на место одной фразой. Все те, кто уходили замаливать грехи, оставляли имущество на попечение Церкви. Земли Могир — это побережье. В ее владениях находилась большая часть верфей Империи Сарратал, именно туда приезжали торговцы с Вольных островов. Жемчужина запада досталась Церкви Лучезарного Света.
— Церковь всегда готова принять заблудшую душу, — тихий голос Ламера III заставил всех вздрогнуть. Естественно, что на бал пригласили и главу Лучезарного Света. Старик моментально почуял выгоду, и как голодный пес бросился на свежий кусок мяса. Внешне он напоминал доброго пекаря. Мягкая улыбка, плавные жесты, негромкая речь — все в нем было благодушно и чинно.
— За подобный проступок полагается смерть, — выразил общее мнение ректор. Лорды одобрительно закивали.
— Вы не в праве решать ее судьбу. Гар Хейм ясно выразил желание Вечных скал и его милосердие спасет заблудшую душу.
— Еще бы, — процедил кто-то из лордов. Такой лакомый кусочек уплыл из-под носа Императора.
— Нам пора, Ваше Императорское Величие, — учтиво проговорил гном. — Завтра на рассвете мы ждем женщин у Северных врат Морнэйлда. Я надеюсь, ларэна Могир замолит все грехи, — проговорил он, обращаясь к главе Церкви.
— Будьте
— Женщины, живо по домам! — гаркнул воин.
Мы гуськом поспешили к выходу из парка. Бал удался на славу.
Утро тоже было радостным и запоминающимся. Мы с Эдарой встали еще засветло. Собраться удалось вечером, точнее после бала. Сон не шел. Каждая думала о том, что ее ожидало в Вечных скалах. Все наше имущество уместилось в два заплечных мешка и в две походные сумки. Хотелось еще взять палатку, но ее нести было некому.
Настроение было не просто приподнятым, а замечательным. Я смотрела на события, произошедшие со мной, как на новое начало. Будущее, которое я могу построить. Пусть мне неизвестно, что ожидало меня у гномов, но это не означало, что я не смогу стать счастливой там. После грозы всегда на небе появляется солнце. Вот и у меня путешествие в Вечные скалы — просвет в облаках. Впервые за долгое время появилась надежда, и я не позволю никому ее растоптать.
— Яра, смотри, там такое столпотворение, — вернула меня на землю Эдара.
Проследив за ее взглядом, я узрела Северные ворота Морнэйлда, у которых морем разлилась толпа людей. Где-то там в центре были гномы с волшебницами. Народ стянулся к воротам посмотреть, как Вечные скалы забирают кровавую дань.
— Идем, — решительно скомандовала я, расталкивая людей локтями. Самое смешное, что никто не желал пропускать нас. Создавалось впечатление, что люди пришли посмотреть представление. Хотя я была недалека от истины. Думаю, сегодняшнее событие стало самым ярким за месяц. По случаю прибытия гномов в столице были отменены все публичные казни. Народ заскучал по зрелищам. Здесь же одаренных отдавали гномам. В разуме обычного человека мы все ведьмы, и увидеть, как от нас избавляются: угодное Свету дело.
Выплыть из людского моря удалось с трудом. В первый момент, я даже не поняла, почему стало так свободно, зато в следующий увидела гномов. Тридцать воинов на боевых медведях. Действительно, не каждая лошадь выдержит двухметрового мужика в полном вооружении. Но боевой медведь способен не только нести его на своей спине, но и рвать врагов на части. Они были намного крупнее обычных, к тому же обладали зачатками разума. Хищники в холке достигали двух метров. Одно слово полностью характеризовало их — смертоносные. Но, не смотря на свою свирепость, они были верными и надежными спутниками воинов.
Сейчас меня мало волновали звери. В топях я видела тварей и пострашней. Меня больше беспокоил вопрос, как именно мы будем добираться. Судя потому, что за спинами гномов стояли телеги, то на них. Конструкция меня не вдохновила, в деревнях и то больше души вкладывают в это средство передвижения. К тому же телеги должны были тащить такие же медведи. Чтобы попасть к нашим будущим "каретам", мы должны были пройти досмотр у одного из гномов. Многие женщины решили взять с собой половину дома. Гном безжалостно выкидывал лишнее. Даже и не знаю, на что пришел посмотреть народ. На медведей или на женские истерики? Самые страстные концерты закатывали волшебницы из обеспеченных семей и, конечно же, отпрыски знати. Естественно, гном ругался из-за каждой вещи, которую волшебница пыталась доложить в сумку. Особенно народ вокруг оживал, когда воин переходил к нижнему белью.