Слёзы Лимба
Шрифт:
— Мне очень тяжело задавать вам вопросы о вашем муже, я чувствую вашу утрату и приношу глубочайшие соболезнования, — как можно искренне начал мужчина, но, заметив на лице женщины безразличие, решил без длительного вступления перейти к главной теме разговора. — Что ж, миссис Далтон, думаю, вы знаете, для чего мы вас сюда позвали. И этот вопрос крайне серьезен и требует тщательного анализа.
— Разумеется, детектив, — как можно выше подняла уголки своих губ та и почесала кончик носа. — Но мне не хочется, чтобы меня здесь задерживали надолго. Я скажу, что знаю, сделаю, что вы просите, затем спокойно поеду домой. У меня много работы. Необходимо собрать вещи мужа. И увести их в наш загородный дом. Он любил там находиться. И будет счастлив, если его самые дорогие предметы окажутся именно там. К тому же я пожелала,
— Как только вы опознаете тело, мы оформим все документы и передадим Ларри вам.
— Замечательно! Так о чем вы хотели со мной поговорить?
— Дело в том, что один из наших информаторов заявил, что Ларри Далтон за день до своей смерти находился в доме одной женщины, которая была серьезно избита. Вы что-то можете об этом рассказать? Ваш супруг не говорил вам, куда направляется ночью?
— Вчера? Вы что-то путаете. Вчера он не мог отсутствовать дома. Совершенно! — вытаращила свои маленькие глазки та и прижала плечи к подбородку. — У него был приступ, он не вставал с постели целые сутки. У него было что-то не то с глазами. Они стали гноиться. А к вечеру был сильный жар. Я вызвала врача, он промыл ему глазки, но это не сильно помогло. К тому же мне так и не сказали, что с моим мужем.
— Значит, вы утверждаете, что Ларри не покидал вечером квартиры.
— Он ушел под утро, я попросила своего знакомого найти его, но тот так ничего и не сделал, — равнодушно ответила та. — Но перед этим к нам приходил мужчина. Такой молодой, худощавый. На какого-то бизнесмена похож. Костюм очень дорогой на нем был. И улыбка слишком белоснежная. Сказал, что является коллегой моего мужа по работе.
— Он не назвал свое имя? — почувствовал напряжение детектив.
— Нет. Они обсуждали какую-то Татьяну, довольно долго, но я не особо вслушивалась в детали их разговора, хотя и слишком любопытная. Помню лишь, что тот мужчина сказал, что этой женщине грозит опасность, что кто-то желает ее обмануть и сделать частью какого-то спектакля. Этот неизвестный господин советовал моему мужу не выходить из квартиры несколько дней, еще постоянно твердил, что какая-то Она стала сильнее и что пытается разрушить что-то в их кругах, — быстро протараторила миссис Далтор и проследила за тем, как Себастьян старательно записывал отдельные ее фразы в блокнот.
— Что-то еще? — настойчиво задал вопрос Себастьян и нахмурился. — Слышали ли вы упоминания о девочке, ребенке?
— Были еще какие-то имена в их разговоре, — задумчиво промычала та. — Кажется, Эмми. Точно, Эмми. Ларри говорил, что отец девочки в любой момент может объявиться и что какой-то Сьюзен грозит опасность. Потом этот незнакомец сказал, что постарается увезти Татьяну подальше из города, чтобы та была в безопасности. А потом мой муж назвал его по имени. Вроде Петр, но я точно не уверена. В памяти все перемешалось. После этот господин ушел. А мой муж спал. Лишь под утро… Исчез.
***
Шагов охотника не было слышно, как и лая его собаки. Все неожиданным образом стихло, отчего в ушах возник свистящий скрежет. Джордж примкнул к окну и пытался хотя бы что-то разглядеть в кромешной темноте, но тщетно. Даже огромная луна и звездное небо не были в силах развеять мрак, что прибыл сюда с наступлением ночи. Молодой человек с вопросом посмотрел на своего двойника позади, но тот делал вид, что ему совершенно безразлична данная ситуация: тот спокойно стоял на месте и разглядывал гостиную, изредка останавливая глаза на спавшем мальчике. Прошло несколько минут, признаков присутствия хозяина дома так и не появилось, мужчина с собакой словно вновь направился в сторону леса, хотя до этого был обеспокоен следами присутствия посторонних в собственном жилище. Джордж хотел выглянуть на улицу, чтобы убедиться в том, что никто снаружи не выжидает момента нападения, и даже сделал первые шаги в сторону полуоткрытой двери. Но второй Джордж резко вцепился в его плечо и приказал остановиться с помощью грозного взгляда.
— Не утруждай себя. Продолжения не будет. Я лишь хотел, чтобы ты сам понял это.
— Что понял? — в недоумении уставился на него тот и в сердцах толкнул собеседника в грудь. — Что за игры ты здесь устроил?
— Это твое воспоминание.
— Почему я должен тебе верить?
— Сядь! — приказным и одновременно доброжелательным тоном сказал двойник и пригласил мужчину опуститься на диван, что стоял в дальнем конце комнаты.
Оба разместились там и одновременно вздохнули, что немного позабавило Джорджа, так как ему стало казаться, что он сидит напротив зеркала: уж слишком часто он совершал с этим типом одинаковые движения в одну и ту же секунду. Двойник сцепил пальцы и грустно опустил голову, после начал нервно облизывать губы и покусывать кончик языка. Джордж терпеливо ждал, потому что понимал, что иного выхода у него нет.
— Я остановил воспоминание… — прошептал он. — И не хочу, чтобы ты видел концовку. Потому что в ней нет никакого смысла. Я сотню раз прокручивал все это, изучал каждую деталь события, пытался понять, что же нас погубило.
— Нас? — удивленно спросил Джордж. — Почему ты рассуждаешь о себе таким образом, ведь мы с тобой один и тот же человек?
— Пожалуйста, выслушай меня, — резко прервал его тот и обидчиво нахмурился. — Я хочу просто рассказать. Мне тяжело даются эти слова. Поэтому просто молчи. Ты должен знать… Охотник вернулся сюда слишком рано. Он был пьян, а жизнь отшельника полностью разъела его психику, бедолага стал бояться даже собственной тени, когда рядом с ним не было оружия. Кромешная темнота лишь усугубила его страх. Он не пытался выяснить, кто именно забрался в его дом. Им овладела паника, его единственной целью стало избавиться от незваных гостей. Я не услышал его шагов, заснул слишком крепко… — голос двойника предательски дрогнул, и он на какое-то время остановился и внимательно посмотрел на Джорджа, выражение лица которого стало с молниеносной скоростью меняться.
Джордж медленно потянул руку в сторону собеседника и прикоснулся ладонью к его изуродованному ожогами лицу, после чего принялся неуверенно и как-то испуганно ощупывать, как будто перед ним была статуя из золота.
— Пожалуйста, — начал двойник, — не говори ничего. Позволь мне рассказать мне все до конца. Прошу тебя.
Он отстранил руку Джорджа от себя и будто в несколько раз уменьшился в размерах: его тело резко сжалось, ссутулилось.
— Я закричал, позвал на помощь. Странно… — на лице двойника возникла усмешка. — В таких ситуациях человек цепенеет. А я голосил громче любого оперного исполнителя. Возможно, меня заставило проявлять такие бурные эмоции оружие хозяина дома. Оно было наставлено на меня. Ты прибежал быстро и ударил мужика чем-то по голове. Кажется, кувшином, так как я услышал звук бьющегося стекла. Но охотник даже не шелохнулся, лишь разозлился еще сильнее. Он нажал на курок, но промахнулся. Ты принялся вырывать из его рук ружье, я слышал, как ты рычал, залезал к этому великану чуть ли не на шею. Потом я услышал еще один выстрел, после чего шум рядом с собой, ощутил вибрацию воздуха. Охотник выстрелил в меня, но это не причинило серьезной раны, мое тело лишь поцарапало. И этот факт не спас мне жизнь. Патроны взорвали керосиновую лампу, ее осколки впились в мой живот, как оголодавшие комары. Моя одежда покрылась маслом. И одной искры хватило, чтобы я вспыхнул, как спичка, — он тяжело сглотнул, а по лицу потекли слезы. — Масло попало и на мебель. И все вокруг меня полыхало. Что было дальше, не помню. Твое воспоминание обрывалось на этом моменте, а мое представляло из себя только образ бушующего огня и набор хаотичных звуков. Кажется, я услышал еще два выстрела, прежде чем умер.
— Вальдемар… — как молитву произнес это имя Джордж. — Ты — не я. Ты — мой брат. Родной… У меня был брат…
— Души близнецов связаны непрерывными нитями, настолько прочными, что их невозможно разрезать. Насильственная смерть одного из них не позволяет умершему уйти, переродиться. Он вынужден существовать рядом с живой копией себя, быть поблизости все время. Поэтому я был рядом, не смог уйти. Жил в тебе, в твоем теле. Но вместе со мной к тебе перешла и другая личность, что до этого дремала во мне и лишь изредка проявляла себя.