Слимпер
Шрифт:
Семён, хмурясь и делая озабоченное лицо – вроде бы он здесь тоже по долгу службы, типа следователь от церкви – двинул вдоль стены быстрым деловым шагом. Подальше от толпы и полиментов.
За углом, там, где запрещающая лента была привязана к последнему столбику, маялся от безделья молоденький полимент, наверняка курсант – народа здесь не было, сразу за лентой начинались парк. Ни поругаться, ни дубинкой кого огреть… Скука.
Увидев Семёна, курсантик просветлел лицом и потянулся к дубинке.
– Во имя господа нашего! – проорал Семён, на ходу крестя юного полимента. –
Продравшись сквозь кусты, Семён вышел на заброшенную тропинку и побежал по ней, не оглядываясь. Пробежав приличное расстояние и никого не встретив на своём пути, Семён постепенно перешёл на шаг, а после остановился.
Погони не было, да и кто мог за ним гнаться-то – напуганный мальчишка в форме, что ли?
– Однако, непонятная ситуация, – подвёл итог всему случившемуся Мар. – Ревизия документов, оцепление… Постояльцы на улице. Ничего не понимаю… Может, учебная облава?
– С учебным мордобоем, – согласился Семён, превращая чёрную сутану в строгий деловой костюм-тройку, белую рубаху с чёрным галстуком, шляпу и узконосые туфли – всё казённого тёмно-серого цвета. Как у мордоворота за стойкой.
– Больше смахивает на поиски бомбы, – Семён шагал по тропинке, надеясь, что она рано или поздно выведет его в центральную часть парка, откуда уже легче будет попасть в город. – Позвонил какой-нибудь кретин в гостиницу, сообщил, что там заложена бомба. Отсюда и отключенная гостиничная магия, и полименты, и эвакуация… Всё как у всех. Как в любом Мире.
– А чего же тогда нас не эвакуировали? – удивился Мар.
– Не нашли, – махнул рукой Семён. – Номер большой, а я маленький. Среди подушек затерялся.
– Это у тебя удачно получилось, – одобрил услышанное Мар. – Полсотни золотых однозначно сэкономили. Вот и нежданная прибыль получилась! Хорошо день начался, душевно.
– Будем надеяться, что он весь удачным окажется, – с надеждой сказал Семён. – Люблю такие дни!
…На просторной площади, со скульптурным фонтаном посреди, шёл многолюдный митинг; площадь располагалась на центральной парковой аллее и, скорее всего, предназначалась для спокойного народного гулянья, а не для политических собраний. Впрочем, при желании митинг тоже можно смело назвать народным гуляньем, только не очень спокойным. Не очень.
Семён, вынырнув из кустов, поначалу замер в растерянности: вот уж чего он никак не мог ожидать, так это ненароком увидеть в ином Мире столь знакомую по телевизионным репортажам картину: сотни людей, с транспарантами, флажками, – и, само собой, оратор, стоявший на высоком постаменте выключенного фонтана, рядом с безымянной чугунной статуей. Чуть ли не в обнимку.
Что там было написано на транспарантах, Семён прочитать не смог – они были видны ему с изнаночной стороны; все флажки были разных цветов и политической определённости не создавали.
Оратор взахлёб кричал в жестяной рупор что-то громкое и невнятное, а митингующие то и дело вразнобой аплодировали.
– Пойду,
– Будь осторожен, – предупредил Мар. – Толпа, она и есть толпа! Особенно заведённая. Скажешь что-нибудь не то, вмиг завалят и ногами бить начнут… Я-то, конечно, вмешаюсь, но тогда мы ничего не узнаем. Помалкивай лучше, хорошо?
Семён кивнул, сдвинул шляпу на брови и с независимым видом направился к фонтану. К митингу.
Незаметно пристроясь за спинами последних митингующих, Семён стал внимательно слушать жестяные вопли горлопана-главаря. И постепенно до Семёна начала доходить суть происходящего.
Этой ночью кто-то совершил гнусную диверсию, таинственным образом уничтожив память городского Разумника (как понял Семён из комментариев в толпе, Разумник был чем-то таким, что регулировало всю жизнедеятельность города). И теперь у Разумника мозги всмятку, а живые экраны видения повсеместно рассыпались в пыль… Весь город в панике: с раннего утра ничего и нигде не работает, даже парковые фонтаны! И в этом, без сомнений, виноваты чужие, которые наслали необратимую техническую порчу на Разумника… из отеля «Эдем» наслали. Которая порча им дорого обойдётся! Те, кто должен разобраться с диверсией, разберутся!.. А наш гражданский долг – выказать городским властям свой гневный протест: долой чужих из нашего города! Из нашего Мира! Вон из Империи! Пусть убираются на свою историческую родину! Не потерпим более! И точка.
Семён потихоньку отодвинулся от спин митингующих, развернулся и пошёл по аллее прочь: невдалеке был выход – зелёная арка, усыпанная цветами.
– Неужели это моё заклятье так сработало? – наконец убито пробормотал Семён. – Ничего себе…
– Да, – безмятежным голосом подтвердил Мар, – уж сработало, так сработало! Как ты и обещал – мало никому не показалось. Пожалуй, даже перебор вышел… Хм, а кто этот Разумник, у которого нынче мозги всмятку? Мэр, что ли? Ну, это не страшно… встречал я безмозглых мэров – отсутствие соображения ничуть не мешало им руководить и брать взятки!
Семён только вздохнул в ответ.
У входа в парк, возле живой арки из цветущих роз, дорогу Семёну преградил некий бравый товарищ в таком же, как у Семёна, костюме. При шляпе и галстуке.
– Как настроение трудовых масс? – конспиративным шёпотом спросил товарищ-особист, кивнув в сторону фонтана. – Категория возмущения гранична пункту «ж», или?..
– Гранична, – угрюмо буркнул Семён. – Всем пунктам и буквам алфавита гранична, – и, отстранив от себя опешившего товарища, вышел под зелёную арку.
Уже под аркой Семён оглянулся: бравый оперативник, сложив ладони ковшиком, что-то торопливо бубнил в них. Семён расслышал лишь: «…повторяю, ситуация сверхкритическая… да, да, по всем пунктам, от „а“ до „я“!.. да, будем брать. Жду подкрепления…»
От фонтана донеслось нестройное: «Бей чужих, спасай Разумных!»; товарищ в сером, забыв о Семёне, побежал к фонтану, придерживая слетающую с головы шляпу.
– Ходу, ходу отсюда, – заторопился Мар, – сейчас здесь весело будет. А у нас своих проблем хватает!