Слизни
Шрифт:
Можно сказать, что в свои пятьдесят пять Чарли пользовался определенной симпатией у старожилов Мертона. «Приятный проказник» – называла его одна старая леди, и при воспоминании об этом Чарли улыбнулся. Когда его в последний раз судили, судья называл его «неисправимым негодяем». И Чарли всерьез обиделся. «Тоже мне, старый дурак», – подумал он, вспомнив, как старый ублюдок сидел и смотрел на него поверх своих очков, изображая из себя Бога в красном камзоле и парике.
В тот раз Чарли поймали за кражу пятидесяти ящиков виски «Джони Уокер» со склада в Милчестере, милях в двадцати от Мертона. Это был уже
Разбирательство дела заняло два дня, и он был приговорен к восемнадцати месяцам тюрьмы.
«Очень жестокий приговор», – думал тогда Чарли, но по прошествии времени понял, что и в тюрьме не так уж плохо, и он там повстречался с несколькими старыми друзьями. Он улыбнулся, вспомнив об этих славных временах.
Когда он вышел из тюрьмы и вернулся в Мертон, то, к его большому удивлению, викарий предложил ему место могильщика при церковном кладбище.
Естественно, он ухватился за эту возможность, хотя и не смог понять, почему викарий так удачно подоспел со своим предложением.
В конце концов Чарли понял, что ему устроили духовное испытание – прощение грешника и все такое прочее.
Чарли улыбнулся при этом воспоминании. Может быть, замысел викария действительно исполнился, потому что с тех пор, как он стал могильщиком, у него ни разу не было неприятностей с законом.
Тем более что мертвые не могут быть свидетелями на суде.
Эта идея впервые пришла в голову Чарли, когда он четыре года назад увидел в часовне «Успокоение», как хоронили мужчину лет семидесяти. Чарли пришел в часовню раньше, чем явились скорбящие родственники, и заглянул в открытый гроб. Покойника собирались хоронить при всем параде, включая золотое кольцо и кольцо с бриллиантом, которое по скромным подсчетам Чарли стоило не меньше пятисот фунтов.
Он стоял и смотрел как загипнотизированный, раздумывая, сколько бы он сумел выручить за это богатство, если бы смог его достать. Вопрос был только в том, как все это захватить.
Ночью он лежал в постели и курил и ему пришла в голову удачная мысль.
Когда Чарли приняли на место могильщика, он получил в свое распоряжение маленький домик внутри кладбищенской ограды, можно сказать, скромную деревянную хижину из трех крошечных комнат. Здесь он и жил последние шесть лет.
В его обязанности также входило запирать на ночь кладбищенские ворота и это надо было делать изнутри, а не вешать замок с наружной стороны ворот. Таким образом, с десяти часов вечера он был как бы заперт на кладбище и оно становилось его владением. Он был здесь полным хозяином и, как король, мог заявлять свои права на любые сокровища, хранящиеся в его подземном королевстве.
В ту ночь, четыре года назад, он выкопал гроб, открыл крышку и снял бриллиантовое кольцо с руки трупа. К сожалению, оказалось, что кольцо можно снять только вместе с пальцем, что он и сделал с помощью своего маленького перочинного ножа. Хотя, надо сказать, ему это было очень неприятно. И все же он не забыл снять заодно и золотые запонки и булавку с бриллиантом с галстука.
В свой следующий выходной Чарли
Однако это было только началом его маленького, но процветающего бизнеса.
Начиная с этой ночи, Чарли уже постоянно грабил мертвых города Мертона, забирая все, что ему могло показаться ценным.
Словом, ему повезло с работой. «Просто подарок судьбы», – думал Чарли, спрыгивая в открытую могилу с отверткой в руках.
Обычно ему приходилось ждать, как и сегодня, позднего часа, чтобы наверняка делать свою маленькую работу. Если гроб уже был погребен, то приходилось ждать и до четырех часов ночи, чтобы выполнить трудную работу: сначала выкопать, а потом закопать.
Надо сказать, что иногда ему не везло и он ничем не мог поживиться, но, как правило, он непременно находил хоть что-то стоящее. А недавно ему пришла в голову мысль осматривать рты умерших в поисках золотых зубов. И это оказалось тоже прибыльным бизнесом, хотя вытаскивать зубы у мертвых – дело противное. Но он старался преодолеть и отвратительный запах и холодное, липкое прикосновение к трупу.
Все добытое он прятал в небольшой ящичек, который держал под кроватью. Регулярно один раз в месяц он отправлялся в Лондон и приценивался, сколько можно получить за его необыкновенную добычу.
Однажды Спайдер поинтересовался, где он все это берет, и Чарли, хихикнув как идиот, рассказал ему обо всем. Надо сказать, что скупщик краденого побледнел, услышав его признание, однако на ценность предметов роскоши это никакого влияния не оказывало, и к тому же такой способ добывания драгоценностей гарантировал, что бывшие владельцы не заявят в полицию.
Чарли, ухмыляясь своим мыслям, начал отворачивать отверткой первый шуруп. Да, последнее время ему живется совсем недурно. Напевая про себя, он вывернул шуруп и положил его в карман брюк. Потом, несмотря на прохладную ночь, снял куртку. Предстоит нелегкая работа: сначала выкрутить все шурупы из крышки, а потом, по окончании, завинтить их на место.
Выворачивая второй шуруп, он думал о том, какую награду сегодня получит, какой подарок его ждет. Он видел на этом покойнике, пока родственники прощались с ним в часовне, очень ценные часы, трудно сказать, что еще там есть.
С этой мыслью Чарли приступил к третьему шурупу.
Внезапно ему показалось, что позади что-то происходит. Даже послышался какой-то странный звук, из-за чего рука с отверткой дрогнула и отвертка сорвалась с прорези шурупа и процарапала глубокую борозду в дереве гроба.
– Дерьмо! – С этими словами Чарли выпрямился и обернулся через плечо: что там происходит? Он стоял и прислушивался к звукам ночи, но больше ничего не услышал. Луна по-прежнему освещала кладбище холодным ярким светом.
Он так ничего и не увидел, и единственный услышанный им звук оказался легким движением ветра в ветках деревьев. И словно бы еще кто-то посвистывал на одной ноте. Чарли немного постоял, выпрямившись, потом нагнулся и вложил конец отвертки в прорезь третьего шурупа.
Наконец он вывинтил его, вытащил из отверстия и положил в карман.