Случайность - 3

Макгвайр Джейми

Уэстон поднял кольцо.

— Похоже на то, что я отталкиваю тебя?

Я посмотрела на кольцо, мое сердце разрывалось.

— Почему это так трудно? — Я посмотрела вниз. — Это не должно было быть таким сложным.

— Нет, не должно быть.

Я заглянула в него.

— Ты не можешь просто потерпеть? Это важно для меня.

Жевалки на его лице заиграли.

— Ты уезжаешь послезавтра. Я не хочу... если ты не примешь кольцо, это нормально. Я должен был знать лучше. Эрин, я... — Он сжал губы, и прерывисто вздохнул. — Я просто отпущу тебя. Я думаю, что

так лучше.

— Ты расстаешься со мной? — спросила я. — Потому что я не хочу надевать его?

— Не все ли равно?

Я тяжело задышала.

— Я не понимаю, что происходит.

Он ответил, стиснув зубы.

— Ты хочешь, чтобы я отвез тебя домой?

Я поморщилась.

— Да.

Мотор грузовика взревел, и он бросил пятерню на привод, вздымаясь вперед, пока мы находились на другой стороне магистрали. Он дернул руль влево, выворачивая на сто восьмидесятую, а потом надавил на газ. Мы практически летели домой. Он не подъехал к парковке. Вместо этого, он остановился у обочины, достаточно для меня, чтобы спуститься вниз. Я даже не успела закрыть дверь, та захлопнулась прежде, чем он отстранился, внезапное движение впереди закрыло его для меня.

Грузовик Уэстона быстро обогнул угол, но я успела зайти внутрь, прежде чем смогла услышать, пойдет ли он домой или уедет. Я не хочу знать. Я пыталась быть спокойной, поднимаясь вверх по лестнице, но как только дошла доверху, Джулианна позвала меня.

— Все в порядке?

— Нет. — Сказала я, сидя в гневе на лестнице. — Он злится на меня — снова.

— Что случилось?

— Он уменьшил свое классное кольцо. Он хотел, чтобы я надела его. Он все это спланировал и хотел быть особенным, но я психанула, и испортила все дело. Я думаю, что он порвал со мной.

Щеки Джулианны наполнились воздухом, и тогда она медленно выпустила его, глядя с глубокой задумчивостью.

— Вау.

— Да.

— Ну... — она поднялась по лестнице. Ее белое атласное одеяние поймало лунный свет, проступающий из окна над дверью. — Боже, — сказала она, сидя на пару ступенек ниже от меня.

— Да.

— Хочешь, мы разбудим папу?

— Нет, — сказала я, ненавидя свой пластиковый тон в голосе. — У нас было такое хорошее лето. И я говорила Уэстону все, что он хотел услышать. Я думала, мы сможем заставить работать отношения. Но ничто из этого не вышло. Он хочет ожерелье на моей шее и кольцо на пальце. И теперь, он говорит о настоящих кольцах.

— Что?

— Пока рано. — Решила я внести ясность.

Джулианна кивнула, с облегчением.

— Боже мой, ему плохо.

— В буквальном смысле. И не в подростковом просторечии.

Джулианна облегченно усмехнулась.

— Я не знаю об этом, но мне кажется, что вы постоянно заводите один и тот же разговор.

— До тошноты.

— Ладно, может, он прав. Возможно, пришло время сделать перерыв. Вы будете заняты упаковкой в течение следующих нескольких дней, и затем ты въедешь в Стиллуотер. Как только обустроишься со своими занятиями, то ты можешь позвонить ему.

Я нахмурилась.

— Я чувствую, что он не захочет этого. Я чувствую,

как он отталкивает меня — непреднамеренно, но он делает это нарочно.

— Он проверяет тебя.

Я посмотрела на нее.

— Да.

— Потому что он ненадежный.

— Да. — Я задумалась на некоторое время. — Ты права. Нам нужно пространство. Он должен все выяснить. Я не могу сделать это за него.

Она прижалась щекой к моему колену.

— Я нахожусь в своей лодке.

— Ты имеешь в виду, что он фиксер? (прим. переводчика fixer от франц. — определять)

— Он хочет все разложить по полочкам, его чувства. Как сказал папа, он пытается контролировать единственное, что он может, потому, что все остальное находится так далеко вне пределов его досягаемости.

— Я не должна винить его за это. Мне не любить его вне ее?

— Можно, но не в ущерб вашим потребностям.

Я чувствовала себя больной.

— Это все слишком взросло для меня. Я не чувствую себя в состоянии бороться с этим.

— Ох. Вот в этом и проблема. Все было бы намного проще, если бы ты вела себя как влюбленная типичная восемнадцатилетняя девочка, надела кольцо на палец, и умоляла бы алмаз скорее раньше, чем позже. Ему нужно некоторое время, наверстать упущенное, посмотреть на вещи с разумной точки зрения, это произойдет.

— Мне жаль его. — Сказала я. — Он заслуживает кого-то, кому может быть нравится головокружение в таких вещах.

— Я не... — сказала Джулианна, не задумываясь. — Ты просто умнее этого. Он еще будет уважать тебя за это.

— Ты так думаешь?

— Я знаю это. Он паникует. Это пройдет.

Я обняла свою маму, а затем поспешила вверх по лестнице, падая на кровать с мобильником в руке.

Ты паникуешь. Это пройдет.

После нескольких минут без ответа, я положила мобильник на тумбочку.

Дождь начал стучать в окно. Гром раздался далеко вдали. Вскоре молния хрустнула за пределами окна, мигая импульсами в спальне.

Я старалась не думать об Уэстоне, но это стало невозможным. Несколько сожалений, но в основном сладкие моменты начали всплывать в моей голове. Однажды, я фантазировала о том, что могла бы быть любима Уэстоном Гейтсом. Сейчас, время было вывернуто наизнанку, и любовь была нелепа, горька, с ультиматумами, тупиком — по крайней мере, то, что от нее осталось. Мое сердце разбилось, когда мои мысли обращались в темноту, как ночь между молнией. Он просто хотел отдать мне свое кольцо. Это была такая щенячья любовь, сделать так.

Почему я так обижалась на каждые его попытки удержать меня?

Казалось, у нас были два очень разных разговора. Кольца, ожерелья, и обещания в сторону; я поставила под угрозу наши отношения за отказ от любви по его пути, а не по- моему.

Могу ли я на самом деле попрощаться с мальчиком, о котором мечтала, прежде чем узнать, что такое любовь?

Ужасное осознание выбивает.

Неужели уже слишком поздно?