Слуга Империи
Шрифт:
– У некоторых убийц были стальные клинки.
– Боги!
– воскликнула она.
– Это же династический меч!
– Она присмотрелась повнимательнее и нахмурилась.
– Но рукоять у него совсем простая. И никаких знаков принадлежности к дому или клану.
– Обратившись к военачальнику, она распорядилась: - Пусть твои люди обследуют трупы. Посмотрим, не найдутся ли еще такие клинки.
– Какое это имеет значение?
Кевин оттолкнулся от разрушенного подоконника и протянул руку Маре, чтобы она могла опереться: было видно, что ее
Кевину ответил Люджан, шедший на шаг впереди:
– В Империи мало настоящих стальных мечей. Одним таким мечом владеет каждая семья, ведущая свое происхождение от зари нашей истории... во всяком случае, принято считать, что владеет. Доступ к династическому мечу имеет только глава семьи, правящий властитель. Это бесценное сокровище, и среди семейных реликвий оно стоит на втором месте после натами.
Мара добавила от себя:
– Существует меч семьи Акома, который некогда принадлежал моему отцу и который я сохраняю для Айяки. Это редкое оружие из стали.
Они добрались до места, где коридор соединялся с залитой кровью центральной комнатой. Воины Акомы уже трудились, расчищая пол от трупов. У одной из стен были сложены пять стальных мечей; шестой был у Кевина.
– Эти мечи найдены среди мертвых убийц, военачальник, - доложил один из воинов.
Люджан с благоговением взглянул на клинки:
– Откуда они могли взяться?
– От Минванаби?
– ответил Кевин вопросом на вопрос.
Из передней комнаты появились властители Ксакатекаса и Бонтуры; одежды у обоих были не только заляпаны кровью, как у Мары, но вообще приведены в полнейшую негодность. Привлеченные блеском ста-ли, они тоже обследовали оружие.
Кевин обтер свой клинок полой рубахи.
– А этот - новый, - сказал он спокойно.
– На нем еще видны слабые следы, оставленные точильным камнем.
– В последний раз осмотрев меч, он добавил: - Но отметок оружейника на нем нет.
Все уставились на раба. Илиандо надулся, набрав полную грудь воздуха, и уже собирался возмутиться, но его гневную вспышку опередило любопытство Хоппары:
– Да какой же оружейник сумеет изготовить такой меч?
Кевин пожал плечами:
– Среди моего народа это искусство - совсем не редкость. По-моему, из дюжины хороших кузнецов любой способен сделать точную копию этого клинка.
Не желая, чтобы молодой властитель выставил его в неблагоприятном свете как человека невоспитанного, Илиандо поднял клинок и чопорно заявил:
– Клинок острый, но форма у него не столь изысканная, как у мечей, изготовленных нашими предками. Возможно, существуют копии, сделанные из менее ценных металлов.
– Но где человек может раздобыть такое богатство?
– спросил Хоппара.
– В моем мире, - предположил Кевин.
Властители обменялись взглядами; старшего из них, казалось, ошеломили независимые повадки раба. Однако никто не стал перебивать Кевина, когда он заговорил:
–
– Он изобразил стремительный выпад.
– Показывает и говорит ему: сделай мне такой же. Этот клинок мало чем отличается от тех, которые в ходу у горцев племени хадати у меня на родине. Кузнец из Вабона вполне способен выковать такой же, и легко может оказаться, что оружейник, взятый в плен, сейчас работает у кого-нибудь из ваших властителей.
– Минванаби!..
– с ненавистью выплюнула Мара это имя.
– Все металлы, захваченные за Бездной, считаются военными трофеями и собственностью Империи. Часть отсылается в храмы в качестве пожертвований, другая часть - в Имперскую сокровищницу, а остальное идет на содержание армии в Мидкемии. Но все это находится в ведении Имперского Стратега, а если тот отсутствует - его наместника. Тасайо занимал пост наместника в течение пяти лет. Для человека не слишком щепетильного этого времени вполне достаточно, чтобы переадресовать потоки контрабанды в поместье его кузена.
– Поразмыслив, Мара добавила: - Или в свое собственное поместье... для личных надобностей.
По выражению лица Илиандо было видно, что ему крайне неприятно признавать такую возможность.
– Если каждого убийцу снарядить стальным мечом, то цена одной такой атаки окажется баснословной, - с сомнением пробурчал он.
– Для рейда в Имперский дворец?
– перебил Хоппара.
– Готов держать пари, что понадобилось бы в пять раз больше мечей.
– Он обвел взглядом пол, усеянный пятнами крови.
– Никакой гарантии успеха, и притом предполагается, что все до одного погибнут. Нет, как ни крути, а выходит, что именно Тасайо нанял людей Камои.
– Ну хорошо, - сказал Кевин, пнув ногой шлем убитого черного воина, - а кто же послал эту компанию?
Хоппара устало опустился на оставшийся чистым уголок спальной циновки. Он уставился взглядом на свой меч, лезвие которого было в сплошных зазубринах, а острие разлохматилось из-за разрушенной склейки слоев.
– Кем бы он ни был, он нас, можно сказать, выручил. Оба отряда - убийцы из Камои и эти воины - мешали друг другу, потому что путались под ногами. Сомневаюсь, что мы смогли бы выстоять, если бы против нас были только убийцы.
Мара пересекла комнату и села рядом с юношей.
– Доблестные воины выиграли для нас этот день, господин Хоппара, - сказала она.
– И твой дом вправе гордиться тобой.
Властитель Бонтуры многозначительно покосился на Кевина, который все еще держал один из металлических клинков:
– Боги усмотрят в этом святотатство. Раб...
Люджан не дал ему договорить:
– Я ничего не видел.
Грузный властитель повернулся к Маре, возмущенный грубостью военачальника. Однако она заверила его с самым добродушным видом: