Смех

В обычном городе, в обычной семье жила девочка Вероника. Она была обычным веселым ребенком, немного капризным, немного шубутным, но все же послушным и очень славным. Сейчас она находилась в своей комнате и смотрела в окно. Ей было немного грустно. Ведь она осталась одна дома. А за окном вовсю веселился снег. Он летал маленькими хлопьями, крутился возле окна и падал на землю. Ей тоже хотелось выскочить на улицу, и поиграть с веселым и беззаботным снегом. Ловить его ладошками и подбрасывать его высоко высоко в верх. А затем

смотреть как он медленно опускается бесчисленными снежинками. Снег словно услышал маленькую девочку и начал бросаться к ней в окно. Стуча белыми хлопьями в стекло. Он словно кричал Веронике:

– Эй, давай выходи на улицу и побегай вместе со мной.

Но она не могла выйти к веселому снегу. Папу вызвали на работу. Мама ушла в ближайший магазин за продуктами, а ее оставили одну. И от этого ей было немного одиноко. Еще она грустила от того, что взрослые мало шутили и смеялись. И это ей было непонятно, ведь через два дня насупит самый чудесный день в году – Новый год. У нее в доме соберутся гости с детьми. И квартира наполнится весельем и радостным детским смехом. Но это будет через два дня. Через таких долгих и бесконечно ожидаемых два дня. Вероника вздохнул и отвернувшись от окна вышла в зал. В углу, недалеко от телевизора стояло настоящее комнатное чудо. Символ надвигающегося праздника, елка. Большая, пушистая, нарядная. От нее исходил еле уловимый хвойный запах. Но веронике всегда, казалось, что ель пахнет мандаринами. Ведь каждый новый год можно было бесчисленно есть мандаринки и разные вкусняшки. Вероника подошла к елке и еще раз осмотрела ее придирчивым взглядом. Все игрушки висели как положено, сверху блестящим водопадом струилась мишура. А немного выше ее головы висел большой круглый фонарик. «Его раньше здесь не было». – Подумала девочка. Она взяла свой детский стульчик и подставила к елки. Встав на него, фонарик оказался ровно на уровне ее глаз. Она повернула фонарик к себе блестящей поверхностью. В красном шаре фонарика находилось зеркальное углубление. Девочка взглянула в него и ей показалось, что внутри шарик больше, чем с наружи. А там в глубине отражалось ее мелкое личико. Вероника поднесла пальчик к отверстию и ей показалось как по зеркальной поверхности к ней вылезает большой палец. Это было так смешно, что она звонко засмеялась и сунула пальчик глубже. Внезапно она почувствовала, что ее кто-то схватил за палец и потащил внутрь шара. Вероника вскрикнула не от страха, ведь она была храброй девочкой, а от неожиданности. И случайно сдернула шарик с пушистой лапы ели. В это же мгновение ее дернули сильнее, стульчик покачнулся и Вероника, теряя равновесие и начала падать с шариком на ёлку. «Я сейчас упаду и разобью все игрушки» – только и успела подумать она, как вест мир перед ее глазами разлетелся на маленькие зеркальные кусочки. Вероника вскрикнула и с испугу зажмурилась. На пол упал большой красной фонарик, но он был достаточно прочным,

так что он не разбился о просто покатился прочь от новогодней елки. В след за фонариком упал стульчик. В углу, возле телевизора, стояла нарядная елка, рядом лежал красный фонарик и перевернутый набок детский стульчик, но девочки в комнате не было.

Вероника открыла глаза и осмотрелась. Она оказалась в большой светлой комнате. Большую ее часть занимал стол, заставленный разными банками. Все банки были с закрытыми крышками. У некоторых банок крышки даже были перемотаны синей лентой. «Изолента». – прочему то вспомнила Вероника, как называется эта лента. Так ее называл Папа, когда что-нибудь ремонтировал. В банках очень часто вспыхивали крохотные искорки и тут же гасли. Если смотреть на банку подольше, то непроизвольно хотелось улыбнуться. На середине комнаты стоял большой таз. В нем то и дело вспыхивали маленькие искорки. Точно такие же были и в банках. Окон в странной комнате не было. Висело большое квадратное зеркало, но в нем не отражалась комната. В нем почему-то отражался зимний лес, слово это было не зеркало, а окно. Напротив, неё висела круглая дверь. Причем дверь была подвешена на гвоздике при помощи толстой веревки. Но самое необычное было другое. Напротив неё стояли две маленькие девочки, на голову ниже Вероники. В руках они держали маленькие, розовые сочки, которыми обычно ловят бабочек. Они с любопытством её разглядывали. Одеты девочки были в одинаковые серые комбинезоны с короткими синими юбочками. На ножках голубые сапожки. Девочки не улыбались, а можно сказать – хмурились, рассматривая Веронику.

– Вы кто? – Немного придя в себя спросила Вероника.

– Я, Блестяшка, а она Искорка. – Тут же представились девочки.

– А где моя комната с ёлкой? – Начала немного пугаться Вероника.

– Тихо. – Тут же испуганно зашипели на нее девочки. – Не произноси как называется это дерево.

– Но почему, и кто вы такие? – Повысив голос произнесла Вероника.

– Мы зеркашки. И собираем детский смех. А тебя случайно затянули в шар.

– Как это затянули. Я сплю?

Вероника так подумала, потому что ей часто снились сказочные сны.

– Нет ты не спишь. А мы действительно собираем датский смех и закрываем в банки. А некоторый смех бывает такой задорный и веселый, что крышку приходится заматывать клейкой лентой. – Нахмурившись продолжила другая девочка.

– Это чтобы он не начудил, и не приблизил известный праздник – Шепотом добавила другая.

– Какой праздник? – Удивилась Вероника.

– Нам нельзя его произносить вслух, иначе Грусник заставит нас опять читать грустные сказки и смотреть на плачущих детей.

– Да объясните толком, я ничего не понимаю. Если я не сплю, то, где я? И как я попаду к себе в комнату, ведь скоро новый год? – Крикнула Вероника и топнула ножкой.

Конец ознакомительного фрагмента.