Смерть любит танцы

Klara Клара

— Я б пришла к тебе на могилу, — сказала я честно. Она просияла и уставилась на меня влюбленными глазами:

— Честно! Кин, ты такая замечательная! Слушай, а если окажется, что я немного тебе вру, ты всё равно придешь? — на меня уставились наивные глаза Хани, отсвечивающие алым. Я улыбнулась:

— Я знаю, что ты — эри-ти. Да, я б пришла.

Она буквально заверещала от восторга, тут же принимая свой истинный облик. В ярко-красных глазах с вертикальным зрачком сияло счастье:

— Ты — такая замечательная! Нет,

правда! Хочешь, я с тобой кровью поделюсь?

— Нет, спасибо! — поморщилась я. Кровь эри-ти очень ценилась, селяне специально приманивали доверчивых духов сладостями и убивали, чтоб заполучить ценную жидкость. Как по мне, это было мерзко: эта разновидность умертвий была незлобной, подчиняемой, к тому же, эти жутковатые на вид духи обожали детей и беременных женщин, иногда привязываясь к ним и исполняя роль эдаких своеобразных Хранителей.

Эри-ти немного расстроилась, надула губки и молча повела меня за собой. Чтоб наладить отношения, я неуверенно сказала:

— Я не потому не хочу твоей крови, что ты мне не нравишься. Просто я не хочу делать тебе больно, потому что ты — ребёнок. Понимаешь?

Она повернулась — и кинулась мне на шею:

— Спасибо! Ты хорошая-хорошая! Ты просто светоч! Ты достойна нашего Хозяина, и он тебя любит, очень-очень! А ты меня заберёшь?

Я нервно икнула.

— Я не могу…

— Подумай! Я буду делать всё, что ты скажешь! Я прослежу за твоей дочечкой, я буду тебя защищать! Ну, уговори Каррара меня отпустить! Мне тут плохо!

— Почему?

— Мне одиноко! Я хочу быть живой! По миру столько уродов бродит, они родились и живут! Чем я хуже? Там, в мире живых, всё по-другому! Я хочу туда! Чем мой брат лучше меня?! Только тем, что у него нормальный папа? Ну, ничего! А у меня будет нормальная мама! Кин, умоляю, забери меня отсюда!

Я призадумалась, глядя на духа. Некоторые говорят, что эри-ти не имеют ничего общего с родителями, и личности у них нет. Сейчас я убедилась — лгут! При всей своей шизанутости она была по-настоящему похожа на Хани — упрямством, огнём и какой-то непримиримостью. Было, было что-то в её глазах…

— Я попробую уговорить Каррара, если ты поклянешься, что не предашь меня.

Она вцепилась в меня, как клещ, и с готовностью закивала:

— Клянусь! Тьмой клянусь!

Я нахмурилась:

— Хоршо. А теперь мы, может, всё же пойдём к склепам? Я ещё Каррара вроде повидать хотела…

— Конечно, Хозяйка! — радостно выпалила эри-ти. Ой… За Хозяйку Сан меня вообще четвертует… И когда эта идиотка только успела?!

— Эм… Слушай, а сколько тебе дней?

— Я не помню, Хозяйка. На моей памяти прошло два лета — это я знаю точно. А вам обязательно нужно точное количество дней?

— Нет, я просто спросила!

Итак, что получается? Хан была беременна, но по малолетству избавилась от ребёнка. Дите благополучно переродилось в эри-ти и было отправлено на Кладбище

Древних в качестве служанки. Должно быть, беременность сбрасывали на позднем сроке, или отец был магом — но, так или иначе, у духа начала проявляться личность, надо признать, довольно свободолюбивая. И теперь эта сущность считает, что заполучила шанс вырваться на свободу. В моём лице. Я прищурилась: а что? Это будет потрясающий способ манипулировать Хан и Лассаном, и потом, личный дух в услужении — это всегда выгодно!

— Хозяйка, мы пришли!

Я встрепенулась и подняла голову.

Мы очутились в уютной части кладбища, засаженной плакучими деревьями и потрясающе благоухающими восточными ночными фиалками. Здесь, среди цветов и деревьев, застыли потрясающе красивые статуи драконьей кости, изображающие Лунных Жриц и Правящих. Я поклонилась им, с тоской глядя на эти лица. Вы все погибли в кровавой резне, устроенной магами… здесь нет и не может быть ваших тел… Вот Таннирра, вот Дэррирр, её обнимающие… Вот Сэррирр, сын Таннирры, предавший Ирриду… Вот Ниаррирра, совсем грудной ребёнок, пропавшая без вести и признанная погибшей… Тан держит её на руках… боги…

Вздрогнув, я побыстрей отвела взгляд и прошлась по извилистой тропке.

— Сколько их здесь?

— Двадцать три, Хозяйка.

— То есть, здесь все? А чьи тела погребены именно на этом кладбище?

— Иди за мной! Я тебе их покажу. Одна из них стала свеной, а вот вторая ушла за Грань, хотя он её очень ждал.

Я замерла, глядя на такие родные лица, искусно высеченные неведомым мастером.

— Здравствуйте, мама, сестрёнка… — шепнула я, — Ждали сестру? А кто?

— Тарраст, — пропел мягкий мужской голос за спиной, одно звучание которого, как всегда, вызвало толпу бегущих по спине мурашек, — Он очень любил твою сестрёнку, Кин, он организовал шикарное погребение, надеясь, что она вернётся в облике свены.

Я стремительно обернулась и встретилась глазами с ним. Каррар слегка улыбнулся и, повернувшись к эри-ти, бросил:

— Вон!

Она послала ему полный обожания взгляд, потом заговорщицки подмигнула мне — и растаяла. Я осталась наедине с самой красивой, самой лживой, самой наглой, самой любимой сволочью в своей жизни.

— Ну, здоров будь, мой мёртвый любимый, — бросила я, снова поворачиваясь к гробнице сестры.

Он приподнял бровь:

— Ну, здравствуй, моя честная смертная любимая.

Мы оба, как по команде, ехидно улыбнулись. Вокруг него сгустилась Сила Смерти, я активизировала Силу дочери. Именно в этот момент я окончательно убедилась в том, что мы все-таки друг друга стоили…

Повисло молчание. А что тут, беса лысого, скажешь? Я планово морочила ему голову сто лет. Он мне теперь отвечает тем же. И оба мы упёрлись, как бараны, стараясь снести к чертям одну и ту же стену… Но давим мы на неё, увы, с разных сторон…