Смерть любит танцы
Шрифт:
— Не надо…
Сан покорно замер. Да уж…
Сит
Громадный зал мерцал несколькими сотнями свечей, формирующих на полу тринадцатиконечную звезду, вписанную в круг. В центре этого художественного шедевра под названием «мечта шизофреника» красовался каменный стол, подозрительно напоминающий жертвенный алтарь. Рядом с ним маячил Арэд, с умиротворённым лицом покуривающий какую-то вонючую гадость. Я в очередной раз поморщился:
— Поздравляю, Арэд, исполнится твоё заветное желание — я на твоем
Демон затянулся:
— Ещё какой… Хотя кое-чего не хватает для полного счастья. Там недавно эри-ти переродилась, её крови попробовать хочу.
Я приподнял брови:
— Это и есть твоё желание? Хочешь новую эри-ти?
— Издеваешься? Я уже послал за ней ребят, скоро притащат. Нет, желание я загадаю потом… Лезь на жертвенник, чудо природы. Или передумал?
Я отрицательно мотнул головой и решительно вошёл в светящуюся окружность, устраивая спину на холодном камне. Кайф ниже среднего, однако, ещё и вонь…
— Арэд, мать твою, чем ты тут занимался?
— Не я, а сэйрасты из Нижних Миров. А чем, тебе вообще лучше не знать.
— Мог бы и помыть!
— Перетопчешься!
Я фыркнул, отрешаясь от вони. Всё-таки память предков права, Арэд неисправим. Потрясающий учёный, беспощадный политик — и редкостная сволочь…
Я прикрыл глаза, призывая Грань, по которой мы, Правящие, способны без особых проблем путешествовать. Краем уха я услышал шёпот Арэда, начавшего Ритуал Вызова. Носом сразу пошла кровь, но я не обратил внимание — главное, чтоб у этотго придурка действительно получилось пробить коридор для Тан и провести меня к ней. Сколько понадобится крови — в принципе, неважно…
Реальность смялась, как клочок бумаги, и резко распрямилась, превращаясь в знакомый мне коридор Духов. Отлично! Я тут же полностью отрешился от тела, кинувшись туда. На миг мелькнула мысль о возможном предательстве Арэда, но потом стало плевать: если умерла Тан, то мне зачем жить? Лучше отомщу демону в следующей жизни…
Коридор привел меня к высокой резной двери, из-за которой доносилась музыка. Вдохнув несколько раз, я мысленно пожелал себе не спятить и решительно толкнул створку. С тихим скрипом она отъехала в сторону, являя моему взору громадный бальный зал. Помещение было тронуто тленом, пол залит чем-то алым, подозреваю, кровью, а посреди него кружились в танце нарядно одетые пары. Впечатление от них портили только белые бездушные маски, скрывающие лица и превращающие людей в страшные куклы.
Брезгливо поморщившись, я шагнул в кровавую лужу и начал блуждать среди сумасшедших призраков в масках, стараясь к ним не прикасаться. Боги, где же Тан? Неужто Арэд что-то напутал?! Если вернусь — убью скотину синекожую!!!
Замерев посреди зала, я беспомощно наблюдал, как неестественно двигаются кружащие вокруг фигуры, подчиняясь странной, жутковатой музыке. Они дёргались, как куклы на верёвочках, и странно выгибались, словно коверкая саму человеческую природу. Выглядело это жутковато, особенно
На очередном повороте она вдруг оступилась на больной ноге, и, неловко повернувшись, потянулась ко мне. Этот жест был пропитан такой мольбой, и было в нём что-то такое знакомое… Нет. Не может быть… правая нога…
Я кинулся вперёд, не помня себя:
— ТАН!!!
Девушка вздрогнула, но её партнёр неумолимо волок её за собой, не обращая внимания на подкашивающиеся ноги. Рыкнув, я кинулся вперёд и намертво вцепился в холодную руку девушки, нагло втиснувшись между нею и кавалером-садистом.
— Пошёл вон! — прошипел я, вкладывая как можно больше Силы в голос. Призрак отшатнулся. Воспользовавшись ситуацией, я обхватил тан за плечи и оттащил в сторону.
— Тан, солнышко, ты меня узнаешь?
Она неуверенно кивнула, и, всхлипнув, упала передо мной на колени, сжавшись в комочек. Вздрогнув, я присел рядом и обнял её, мимолётом отметив, что не чувствую запаха. Мир призраков, бес его раздери…
— Тан, давай уйдём отсюда.
— Я не могу, Сит. Я уже пробовала — не получается…
Я несколько раз вдохнул и выдохнул. Что ж делать, спрашивается? Ладно, попробуем уйти! Подхватив Тан под локоток, я осторожно повёл жутко хромающую девушку за собой. Кровь странно бурлила и пузырилась у нас под ногами, за спиной раздавались шепотки. Мы подошли к двери, шагнули… и отлетели в кроваую лужу, ударившись о стену. Я ругнулся, выпустил руку Тан, попробовал пройти — вышло! Но стоило попытаться выйти с ней, как дверной проём превращался в реалистичный до жути рисунок на каменной стене, сквозь который, разумеется, пройти невозможно.
— Сит, — заговорила Тан тихо, — Уходи, мне уже не вырваться, я утонула в крови, и на мне маска. Этот зал меня не выпустит, а вот тебя — вполне. А ты теперь — жив. И свободен.
Я улыбнулся, глядя в прорези маски, и, поддавшись порыву, осторожно прикоснулся губами к холодным белым губам, доверительно шепнув:
— Я тебя не оставлю, сестренка. Наша судьба будет общей.
В прорезях для глаз, раньше темных, что-то блеснуло. Она взъерошила мне волосы, провела пальчиком по щеке, губам, шее…
— Ты понимаешь, что твоя жертва будет напрасной… братик? Я никогда не буду с тобой, если выживу. Я не знаю точно, в чём проклятие, но уверена, что не хочу его возобновлять. Я не люблю тебя, малявка, и никогда не полюблю. Так что уходи отсюда!
Я невольно улыбнулся:
— А зачем тогда ты меня спасала?
Она обижено дёрнулась:
— Как же! — в её голосе прорезались эмоции — впервые за последнее время, — Ты — мой Хозяин, и я решила спасти тебя. Поверь, ничего личного!