Смерть любит танцы
Шрифт:
— А-А-А!!!! — завизжала Тасс на одной ноте. Я зевнула, как сытый упырь, выбралась из кровати и открыла дверь:
— Ну, и какой нечисти лысой так орать по утрам?! — хрипло вопросила я. Тасс завизжала ещё громче. Братец поморщился, притянул невесту к себе и сунул ей в рот невесть откуда взявшуюся конфетку. Я благодарно кивнула. Впрочем, долго счастье не продлилось:
— Тан! Уже полдень! Пора собираться! У тебя такой вид, как будто ты вчера вместе с Ластом до ночи утрясала политические проблемы!
Я тут же подправила
— Делать мне больше нечего! Лян, не смотри так, пять минут — и я готова! — с этими словами я резко развернулась и захлопнула дверь.
Из зеркала на меня с любопытством глянуло анатомическое пособие под названием «Хронический недосып». Вздохнув, я вытащила из бара первую попавшуюся бутылку с гномьим гербом на этикетке. По телу пробежала дрожь, горло обожгло огнём — зато сразу пришла бодрость и чёткость восприятия. Да, гномы, неделями бодрствующие в своих шахтах — мастера своего дела. Жаль, что к их пойлу быстро привыкают. Говорят, некоторые старые представители их расы не могут прожить без глотка и получаса…
Пока мысли мои блуждали вокруг социальных проблем гномьей общины, руки машинально вылепливали из странного создания, отразившегося в зеркале, красотку. Невольно вспомнился тётин перл: «Хочешь знать, жениться ли на девушке? Окуни её в бассейн с магическим проявителем. Если всплыло то же, что и нырнуло — ура! Она таки симпатяжка». Что тут скажешь? Жестоко, но справедливо!
Спустя двадцать минут я вылетела из комнаты и, оглашая коридоры замка звонким цокотом шпилек, понеслась к герцогине.
Над её внешним видом уже трудилось несколько служанок, но, увидев меня, она их благополучно вытолкала взашей.
— Тан, время…
— Его полно! Мы успеем ещё травяной отвар с пирожными выпить!
— Какой отвар? Какие пирожные?! Да меня тошнит от страха!!
— Деточка, расслабься и представь, что скажут гости, когда нас увидят…
— Юмор у тебя…
До церемонии мы, действительно, успели не только поесть, но и подремать — все-таки, я привыкла к экстремальным темпам сборов…
Традиционно, началось всё на заходе солнца. Дети Древних вообще считали, что браку покровительствуют исключительно ночные боги. Церемония проходила возле громадной статуи, изображающей Хозяина Кладбищ во всей красе — мужчина в строгом, но красивом наряде, с лицом, возраст на котором не читался, расслаблено сидящий на стуле с высокой спинкой. В руке он традиционно держал бокал с выгравированной надписью: «Я — Хозяин, у которого рано или поздно гостят все». Другой рукой мужчина обнимал сидящую на его коленях беременную женщину — по религии некромантов, их человеческую прародительницу. Это тоже был символ — мол, взамен ушедшим приходят новые, потому умирать — не страшно…
В зале собралась куча народу, Ласт уже ждал невесту возле ковша с пылающим там магическим пламенем, рядом с ним статуями застыли отцы жениха
— Я надеялась, он не приедет, — простонала Тасс, — Только его рожи…
— Всё, топай! Тебя уже все ждут!
— А ты тут Ларра не видишь?
— Его тут нет. Пошли!
Тассера недоверчиво вздохнула и отодвинула полог, непрозрачный с той стороны. Мы торжественно вступили в зал…
По толпе пронесся ошеломлённый вздох — представители древних рас впечатлились. Папаша Ласта (да и мой, судя по всему), одобрительно приподнял бровь, сам жених смотрел на Тасс сияющими глазами….
Герцог Рантон презрительно отвернулся от дочери. Подруга даже на мгновение с шага сбилась — такое презрение было написано на лице отца. Застыла на миг, тряхнула головой — и пошла дальше, гордо вздёрнув подбородок.
Тут надо сказать отдельное слово о наших нарядах.
Сегодня ярко-алый выбрала себе Тасс. Платье обнимало её фигурку, красная помада подчеркивала яркость наряда, золотистые завитые волосы лежали на плечах тяжелыми кольцами, руки украшали кружевные перчатки, за спиной с мягким шелестом струился золотистый шёлковый шлейф…
Я, чтоб не копировать подругу, выбрала сегодня облегающий серебристый наряд с изумрудными элементами — он подчёркивал гибкость движений и резко контрастировал с платьем Тасс…
Стоит ли говорить, что приличия Империи предписывали невесте и сестрёнке совсем другие одеяния?!
В общем, мы с подругой кое-как дошли до Огненной Чаши. Дальше выступил вперед отец Ласта, молодые перекрестили руки над огнём, и Глава Некромантов сказал:
— Пути Богов привели вас сюда сегодня. Они соединят именем стихий ваши руки и судьбы. Они подарят вам и свободу, и путы. То пламя, которое горит под вашими руками — ваша страсть. Та кровь, что кипит в ваших жилах — ваша суть. Видим мы, и да видят боги — вы стоите здесь добровольно, вы можете уйти, коль пожелаете.
Повисла пауза, дающая молодым возможность одуматься и по-тихому свалить.
— Именем Бога… — начал Глава Некромантов.
— Именем Богини, — выступила я вперёд,
— Именами Древних предков, покровителей и духов, — теперь мы говорили хором, — Да будет так!
Пламя заревело, взметнулось вверх, окутывая молодых плотным коконом. Сквозь его завесу я видела, как Ласт шагает впрёд и обнимает испуганно вскрикнувшую Тасс. Да, в Империи свадьбы проходят не так… зрелищно…
Тем временем пламя соткалось в фигуру человека в плаще. Он откинул капюшон, и мы увидели то же лицо, которое изобразила статуя. Так, роль Бога взял Хозяин Кладбищ…
Он выжидательно оглянулся, усмехнулся и кивнул нам с Главой. Мгновение спустя из пламени, смешанного с тьмой, соткалась вторая фигурка — гибкой, ловкой танцовщицы. Богиня тряхнула огненно-рыжими волосами, блеснула омутами глаз и шагнула вперёд.
— Ханирра, — пронёсся по толпе шёпот, — Она сотни лет не приходила!