Смерть молчит
Шрифт:
– Знаете, все это не пойдет... Я как раз припомнил, что один из наших художников уже предложил нечто подобное, так что... вы понимаете... И кроме того, шеф... он велел мне передать вам... что...
Тут слова застряли у него в горле. Бессильно махнув рукой, он только надеялся, что Жаклин Легран не будет настаивать на продолжении разговора. В самом деле, девушка прекрасно все поняла. Складывая эскизы обратно в папку, только бросила:
– Жаль, столько труда впустую...
И остановила его
– Все равно благодарю вас, мсье Малле. И надеюсь, что в один прекрасный день вы займете место мсье Шазеля.
Как она ушла, он не слышал. Мучительно захотелось выпить. Сунув руку в карман, убедился, - плоская фляжка там. Встал и под обстрелом иронических взглядов зашагал через зал, направляясь в туалет. Все знали, зачем.
В укрытии торопливо отвинтил пробку. Животворное тепло алкоголя! Сразу почувствовал себя гораздо лучше и с высоко поднятой головой вернулся на место, не обращая никакого внимания на ухмылки.
Одиннадцать часов. Все шло нормально. Папаша Шазель в своем кабинете-бункере как обычно считал мух или разглядывал снимки своей последней шлюшки. Старый козел!
Тут секретарша принесла Малле бумаги на подпись.
– Скажите, вы сегодня видели мою жену?
– спросил он, отложив ручку.
– Нет, но она, наверное, в студии, - ответила секретарша.
Чиркнув последнюю подпись, он заявил вдруг:
– Я отлучусь на минутку.
В Агентстве все было организовано в американском стиле. Все под рукой. Художественная студия, фотостудия и студия рекламных фильмов. Джульетта наверняка была там, но почему не заглянула к мужу?
Нет, нужно разобраться, что случилось. Над дверью горел красный фонарь. Вахтер уважительно привстал.
– Моя жена там?
– Да, только что пришла, мсье Малле.
Франсуа пнул двери. И увидел такую картину: в свете рефлекторов Джульетта в красном купальном костюме в объятиях мускулистого парня в плавках на фоне, изображавшем лазурное море.
Хотя он и привык к подобным вещам, но как всегда ощутил укол ревности. Никто не обратил внимания на его появление, поэтому он выбрал уголок потемнее и стал внимательно наблюдать.
Джульетта с распущенными волосами, в облегающем купальном костюме выглядела великолепно. Статиста не приходилось уговаривать обнять её посильнее, - он явно получал удовольствие.
– Нет, плохо! Никуда не годится!
– выкрикнул Фрэнки, вскочив на подиум.
– Карл, ты заслоняешь верх купальника! Сдвинь руки ниже. Да, вот так! Останьтесь в этой позе и, Бога ради, улыбнитесь как следует! Не двигайтесь!
Вернувшись к камере, уткнулся в видоискатель и проворчал:
– Годится. Распылитель!
Подскочил парень с миниатюрным опрыскивателем и оросил нагое тело Джульетты и её партнера капельками лазурной
– Уйди из кадра. Снимаем!
И улыбающаяся пара, обнимаясь, счастливыми лицами уставилась в объектив! Франсуа в своем углу грыз ногти. Как же ему сейчас хотелось помолодеть на десяток лет и снова покорять свою жену!
– Перерыв!
– объявил Фрэнки.
Он сам считал себя настоящим режиссером, и даже носил пластмассовый козырек. Свет выключили, Джульетта вытирала грудь полотенцем. Фрэнки фамильярно погладил её по плечу. Тут и вынырнул Франсуа с натянутой улыбкой.
– Привет! Как дела?
Фрэнки ловко отодвинулся от Джульетты и пожал Малле руку.
– С такой звездой, как Джульетта, - всегда хорошо. Нужно будет представить её Жану Ренуару, - рассмеялся он.
Франсуа, поцеловав жену, спросил:
– Почему ты не сказала мне о своем приезде? Знаешь ведь, я люблю смотреть, как ты работаешь.
Джульетта, надевая халат, направилась в каморку, громко именовавшуюся гримерной, двери которой были помечены белой звездочкой. С кислой миной буркнула:
– Я опаздывала. Проспала...
– Ну, если ты так поздно ложишься...
– Я поступаю, как мне удобно, Франсуа. И ничто не мешает тебе составить мне компанию.
Он прикусил губу. Конечно, она молода, он стар. Когда-то он сопровождал жену, но теперь бессонные ночи его слишком утомляют. Покидая агенство в семь вечера думает только об отдыхе. Она же каждый вечер встречается с друзьями, ходит в театры и кабаре, возвращаясь нередко под утро.
Сбросив халат, Джульетта подставила мужу спину.
– Помоги расстегнуть. Спасибо.
Купальный костюм "Калифорния" соскользнул с её стройного тела. Франсуа сунул дрогнувшую руку в карман. В дверь постучали. Фрэнки.
– Малле, Шазель просит вас подняться наверх.
– Ладно, уже иду.
– Обедать будешь дома?
– повернулся он к Джульетте.
– Да. До скорого!
Франсуа вышел.
– "Не уловка ли это Фрэнки, чтобы остаться с Джульеттой с глазу на глаз? Старику я вряд ли нужен в это время. И Джульетте это не впервой! Она с ним уже спала? Нет, меня это не интересует!"
Пользуясь случаем, в лифте отхлебнул из фляжки коньяку.
II.
Домой он пришел около часа. Миновав столовую, откуда доносился звон посуды, пересек свою комнату и вошел в ванную. Бутылка коньяку была уже пуста, но знал, что-нибудь спиртное найдется в шкафчике с лекарствами. Заметив дрожь в руках, только пожал плечами: знал, что становится алкоголиком. Уже несколько месяцев замечал у себя тревожные симптомы: неудержимое желание выпить, провалы памяти, неудержимые взрывы гнева, вызванные алкогольным отравлением...