Смерти вопреки
Шрифт:
– По-моему, он все же деньги не получил, – вставил Прищепов.
– По-твоему, – передразнил его Адвокат, – он-то по-своему поступает. Что ты думаешь, – я просто так курьера отправил, без присмотра?
Адвокат презрительно взвесил в руке кейс с деньгами, но Артему тем не менее его не вернул.
– Так своему другу и передай, – продолжал он, – и не нужно никакой самодеятельности. Никакой. Вытрясите из этого козла душу и привезите ее мне А если не сможете, я сам из вас душу вытрясу. Чувствую, пора наконец этим заняться.
Адвокат встал и, не попрощавшись,
Со спины к нему подошел человек. Прищепов нервно обернулся. Некоторое время они смотрели друг на друга. После некоторого напряжения памяти Артем узнал шофера и верного телохранителя Адвоката.
– Хозяин приказал отвезти вас в аэропорт – железным голосом произнес телохранитель.
– Сейчас кофе допью, – кивнул Артем, – и тогда поедем. Ладно?
Он не хотел кофе, но не любил, когда с ним обращались как с мальчиком.
– Поторапливайся.
– Я же сказал – допью кофе...
Но шофер оставался неумолим. Видимо, инструкции у него были самые жесткие.
– Нет, – покачал он головой, – поехали. У нас мало времени.
Артем понял, что настоять на своем не удастся, поднялся и вздохнул:
– Что ж, поехали, раз такое дело.
Кроме водителя в машине сидел еще один человек, дюжий и молчаливый, и Артем понял, что его дальнейшее пребывание в Москве окажется очень коротким. Из ресторана его привезли прямо в аэропорт, с ходу взяли билет и даже проводили до самолета. Артем и оглянуться не успел, как оказался в мягком кресле самолета, пристегнутый ремнем безопасности. Больше всего он сожалел о том, что не успел зайти к своей возлюбленной. Особо жарких чувств к ней Прищепов не испытывал, но каждой новой встречи ожидал с нетерпением...
Александр Бондарович проехал с десяток кварталов. Никто его не преследовал, никто не пытался остановить. Наконец, убедившись, что "хвоста" нет, он вздохнул спокойно, остановил машину, выбрался из нее, открыл капот.
Нет, никто не копался в моторе, никто не пробовал установить мину, разрегулировать тормоза. Такие вещи Банда замечал с первого взгляда. Все основные приемы диверсий были ему известны, и он, если бы понадобилось, сам мог бы отправить на тот свет кого угодно.
День не предвещал ничего хорошего. Ниточка в лице Мусы Корда оборвалась, так и не дав приблизиться к цели. Ну что ж, такое случалось и раньше.
Теперь у Банды имелась хотя бы фотография предполагаемого курьера. Стоило продолжать поиски именно здесь, в Ялте. Курьер исчез, но не исчезли же деньги! Походило на то, что не один он, Александр Бондарович, занят их поисками.
Мимо спешили люди. Бондарович сидел в автомобиле, прикидывая, куда именно лучше сейчас отправиться. Роза Мамаева ждала его в Коктебеле.
Если бы он и впрямь был ее охранником, то непременно поспешил бы туда. Казалось, так
Бондарович взял в руки фотографии, полученные в милиции. Всегда возникает ощущение тайны, когда смотришь в лицо покойнику. Вечная тайна смерти, тайна тех нескольких фраз, которыми ушедший человек мог бы разъяснить многое... Почти всегда кажется, будто покойник улыбается, – иногда просветленной улыбкой человека, чьи страдания окончились, иногда издевательски, словно умирающий предвидел, какие трудности придется преодолеть живущим, чтобы разгадать его тайну. Именно такая улыбка застыла на лице мертвого курьера.
"Ясное дело, у него есть имя, фамилия, друзья, но его смерть – всего лишь одна из многих смертей. Нужно время, чтобы узнать, кем он был. А вот время и есть самый дорогой товар. Да, его можно купить, но расплачиваться приходится той же монетой – временем, а значит, собственной жизнью".
Бондарович откинулся на спинку сиденья, не глядя открыл бардачок, сжал в руке трубку радиотелефона. Одна за другой утопали в корпусе кнопки набора.
– Слушаю, – голосом полковника Котлярова отозвалась трубка.
– Это я, – не стараясь следовать уставу, произнес Банда.
– Узнал.
– Лучше бы не узнал.
– Богатым хочешь стать? – поинтересовался полковник Котляров.
– С тобой станешь. Прищепов вчера вылетел в Москву. Ты не в курсе, как он добрался?
Это сообщение заставило Котлярова ненадолго замолчать. Он аккуратно отслеживал все рейсы, прибывающие в столицу, но ни в одном списке пассажиров Артем не значился.
– Первый раз слышу, – наконец откровенно признался Котляров.
– Ты о многом не слышал... – начал было Александр, но понял – Котляров сейчас, прикрыв трубку рукой, отдает приказ еще раз проверить все рейсы. – Эй, ты слушаешь меня?
– Конечно.
– Ну так вот. Мамаев утверждает, что денег не получал. Его должники уверены, что деньги у него. Им удобнее так считать – они надеются выколотить из него нужную сумму. Я, кажется, вышел на след исчезнувшего курьера, постараюсь передать тебе его фотографию.
– С ним самим встречался?
– Он мертв, и самое интересное – труп пропал из машины, в которой его везли в морг.
– А поподробнее нельзя?
– Наведи справки в местной милиции, мне не до пересказов сплетен.
– Сделаю.
– Тут очень много побочных факторов, – признался Банда, подразумевая Розу Мамаеву, – приходится заниматься ими параллельно с главным делом. Скорее всего в следующий раз свяжусь с тобой из Коктебеля.
– Может, прислать подмогу?
– Бессмысленно. Тут тебе не прочесывание лесного массива, где нужно брать количеством.
– Справки о ком-нибудь навести нужно?
– Разузнай поподробнее, кто такой Муса Корд Его, кстати, взорвали сегодня в автомобиле.