Смотритель
Шрифт:
— В этом полностью моя вина, — схватился за голову Маккиавели.
— Отец, не вини себя в этом, он в любом случае бы меня вытащил к себе.
— Возможно, но в этот раз именно я тебя отправил к нему, и пока остается хотя бы единственный шанс избавиться от проклятия, я его обязательно использую.
Клэр покашляла в кулак, она совершенно не собиралась присутствовать при выяснении отношений между сыном и отцом.
— Одним словом, я убил его, хотя по идее умереть должен был я. Мне повезло, и я выбрался оттуда живым, правда, сопровождавшие меня воины погибли. А по
— Откуда он появляется? — спросил Аристарх.
— Из моей крови.
— Не понял?
— Стоит мне порезаться и капли крови, падающие на пол, открывают ему проход в наш мир, — прояснил свои слова Сальвадоре. — Единственное что его может остановить – это вбитый серебряный гвоздь в упавшую каплю крови. И они должны вбиваться во все капли, иначе ифрит появится, ему достаточно единственной капли, не пронзенной гвоздем.
— Это объясняет перчатки на руках телохранителей, — наклонилась к Аристарху Клэр.
— Не мне рассказывать смотрителям, какие у нас с серебром натянутые отношения, но другого варианта нет, как идти на подобный шаг, ведь в замке никого кроме нас не осталось.
Неожиданно дверь в зал отворилась, и на пороге появилось еще трое вампиров. Каждый из них нес в руках поднос, на одном из них Аристарх заметил запеченную курицу, остальные были заполнены кровавыми яблоками.
— Прошу вас составить мне компанию за обедом, — произнес Сальвадоре. — Надеюсь, мой повар сумел угодить человеческим вкусам.
Аристарх отрезал себе и Клэр по порции курятины, или того, что было похоже на нее, и осторожно положил в рот небольшой кусочек. Мясо действительно напоминало куриное, но было гораздо нежнее и сочнее, хотя это могло говорить об элементарном искусстве повара.
— У вас отличный повар, — отметил Аристарх, после того как отправил в рот очередной великолепный кусочек курятины.
— Рад, что вам понравилось.
Сальвадоре потянулся за яблоком, но ножка его стула подломилась и он едва не упал, но успел ухватиться за край стола.
— Смотрители, вам предстоит работа, — обратился он к ним, показав распоротую ладонь.
Один из телохранителей мгновенно оказался возле стола с оружием и, схватив горсть серебряных гвоздей, принялся вбивать их в центр капающих на пол пятен крови. Это не первое появление ифрита и вампиры были готовы к нему. Стул Сальвадоре находился на деревянном помосте, вбивать серебряные гвозди в каменный пол было довольно проблематично и вампиры вынесли из этого урока правильные выводы. Второй телохранитель в это время забинтовывал ладонь хозяина. Вскоре рана на ладони Сальвадоре затянулась, и он снял повязку, а телохранитель бросил ее в камин, где она вспыхнула и мгновенно сгорела. Неожиданно вбивавший гвозди телохранитель выхватил меч и закрыл собой Сальвадоре.
— Хозяин, у меня закончились гвозди.
Аристарху пришла в голову дикая мысль, но он решил пока не озвучивать ее, а проверить на практике. Выхватив пистолет, он перемахнул через стол, и оказался
— Куда вбивать гвоздь! — крикнул он, обращаясь к телохранителю.
Вампир указал острием меча на раздувающееся пятно крови. Аристарх, не раздумывая, вогнал в нее серебряную пулю, и пятно перестало вздыматься.
— Вроде обошлось, — произнес телохранитель, внимательно осматривая пол под стулом Сальвадоре.
— Неплохо, — отметила Клэр.
Аристарх убрал пистолет и в этот момент из-за спинки трона появился ифрит.
— Плохо ищите, — усмехнулся он и протянул огненную руку в сторону Сальвадоре.
Телохранители, не раздумывая, взмахнули мечами, и отсеченная конечность упала на деревянный помост. Там где стоял ифрит стол уже прогорел, а теперь и воспламенилось то место, где упала перерубленная в двух местах конечность демона. Сальвадоре отпрыгнул на каменный пол, а два его телохранителя продолжали кромсать ифрита. Демон ничего не предпринимал, чтобы как-то защитить себя и просто позволял вампирам вдоволь насладиться рубкой его тела.
Ифрит, состоящий из расплавленной магмы, выжидал нужного момента и когда мечи вампиров раскалились, и они не могли их удерживать, ифрит перешел в атаку на телохранителей. Они сгорели практически мгновенно. Те части, что были отрублены вампирами, быстро восстанавливались. Вытекавшая из раны огненная магма застывала и напоминала растрескавшуюся в засуху землю, а в трещинах продолжала светиться жидкая составляющая ифрита.
Клэр зарядила ружье и выстрелила в демона. Пуля пробила тело ифрита навылет и вонзилась в стену, разбрызгав по камням фреон. Демон открыл рот, и изверг из него струю пламени, которое заставило Клэр заняться спасением своей жизни. Винтовку пришлось бросить, с ее тяжестью она бы не смогла уклониться от летящего пламени.
Клэр ускользнула, но вот винтовка, покрытая пламенем, раскалилась и через мгновение расплавилась. Единственный патрон взорвался, лишив смотрителей последнего оружия против ифрита. Аристарх разрядил пистолет в голову и грудь демона, но ничего кроме мгновенно затянувшейся магмы не увидел. Пистолет смотрителей не имеет такой пробивной силы как одолженная им винтовка Машинерия и пули не пробивали ифрита навылет, а застревали в его теле, но это все чего он добился. Как оказалось, никакой разницы для смотрителей между пистолетом и винтовкой не было, и то и другое оказалось бесполезным в борьбе с противником.
— Пожалуй, я оставлю в живых этих забавных людей, — прогремел под сводами замка голос ифрита. — Не думал, что вампиры запросят помощь, посмотрим, что они смогут придумать. А чтобы они лучше думали, я убью твоего отца.
Ифрит набрал полную грудь воздуха и принялся плевать в главу третьего родового замка сгустки расплавленного серебра, которым снабдил его Аристарх, выпустив ранее весь магазин в тело демона. Старый вампир пытался избежать смертельного металла, и это ему удавалось до тех пор, пока ифрит не прыснул в него облако расплавленного серебра. Смерть оказалась практически мгновенной, и кучка пепла осыпалась возле стены, на которой пытался укрыться вампир.