Смута
Шрифт:
И должен весь народ признать,
Его единственным царём.
Народу также объявили,
Что все на думе утвердили,
Наказ Ивана исполнять
И в помощь Фёдору избрать,
Ивана Шуйского, героя града Пскова,
Мстиславского, он Земством управлял
И дядюшку царя родного,
Романова, он Фёдора как сына опекал.
А так же Бельского Богдана,
Любимца Грозного Ивана,
Он
И править с его помощью желает.
Но Бельского все в думе не любили,
В итоге регенты решили,
Опричный «Двор» весь разогнать
И у Богдана власть отнять.
Сам Головин для этой цели,
Его на местничество вызвал,
И Бельский через две недели,
На тяжбу с казначеем вышел.
Но Бельского лишь поддержали,
Щелкаловы да Годуновы,
Они за «Двор» стеной стояли,
И были вместе с ним готовы,
Хоть душу дьяволу продать,
Но лишь бы власть не потерять.
Головина же защищали,
Опекуны и часть боярства,
Которым страстно помогало,
Пришедшее на спор дворянство.
Бояре долго пререкались,
И меж собой так разругались,
Что на Богдана наскочили,
И до смерти чуть не прибили.
Богдан с трудом от них отбился,
И где-то во дворце укрылся.
Когда же страсти улеглись,
И все бояре разошлись,
Богдан момент удобный выждал
И полк стрелецкий в Кремль вызвал,
Врата закрыть все приказал,
Сам к Фёдору же прибежал,
И начал страстно убеждать,
«Двор» царский при себе держать.
А регентов всех распустить,
Да самому дела вершить.
Когда Романов всё узнал,
То всем дворянам и холопам,
Вооружиться приказал,
И к Фроловским идти воротам.
Там он с Мстиславским повстречался,
Князь требовал ему ворота отворить
И убедить стрельцов старался,
Его к царевичу по делу пропустить.
Стрельцы вначале растерялись,
На сходку у ворот собрались,
Затем калитку приоткрыли,
И лишь опекунов впустили,
Но следом дворня устремилась,
У входа битва разразилась.
На шум, возникший у ворот,
Стекаться начинал народ.
И вскоре площадь зашумела,
И на вопрос толпы: «В чём дело?»
Дворяне стали объяснять,
Что Бельский хочет власть забрать.
В могилу Фёдора свести,
И вновь опричнину ввести.
От этих
Вся площадь разом закипела,
Гнев дикий градом раскатился,
Послышался бунтарский гул,
Народ к Царь-пушке устремился,
Её на башню развернул,
Желая ворота разбить,
Да спор с Богданом разрешить.
Меж тем на башне не дремали,
Стрельцы из бойниц наблюдали,
Что происходит у ворот.
Когда же грозен, стал народ,
Орудия живо зарядили
И по толпе пальбу открыли.
Гром пушек Фёдор услыхал,
Когда ж он от стрельцов узнал,
Что люд московский взбунтовался,
И Кремль штурмом взять пытался.
И в злобе требует слепой,
Богдана выдать с головой,
А с ним и шурина родного,
Царицы брата Годунова.
Немедленно всех примерил,
И у бояр своих спросил:
«Как бунт в Москве остановить
И беспорядки прекратить».
Тогда Романов предложил,
Богдана в Нижний отослать,
Где б воеводой он служил,
А буйным москвичам сказать,
Что Фёдор Бельского проклял,
Да в Нижний Новгород сослал.
Народу так и объявили.
Когда ж восстание загасили,
Богдан из города бежал,
А следом Фёдор отослал,
В удельный Углич из столицы,
Ногих и Дмитрия с царицей.
Чтоб новый бунт предотвратить
И все волненья прекратить.
Когда ж Димитрия сослали,
В народе стали толковать,
Что дьяки в думе предлагали,
Трон у наследника отнять,
Что цесаревич сильно болен,
Как малое дитя безволен,
Не может Русью управлять
И важные дела решать.
Желая толки прекратить,
И Фёдора власть закрепить,
Романов срочно поспешил,
С Борисом дружбу завязать
И всем на думе предложил,
Его опекуном избрать.
Бояре долго колебались,
Когда ж Борис им клятву дал,
Что с Бельским навсегда порвал,
С ним дружелюбно побратались,
В делах успехов пожелали
И царским регентом избрали.
Тогда Романов в думе предлагает,
Собор всей Земщины собрать,
Который вскоре и решает,
На трон наследника венчать.
И вскоре под церковный звон,
По всем канонам Византийским,
Наследник на Московский трон,
Царём венчался Всероссийским.
И в честь венчания в столице,